Юй Цзэчуань, договорив, окончательно замолчал. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и с полуулыбкой, полунасмешкой смотрел на Лу Яня. Холод незаметно расползался вокруг. Это был взгляд, каким смотрят на добычу, и в этот миг смутно казалось, будто он и вправду положил глаз на стоящего перед ним мужчину.
К сожалению, Лу Янь не проявил почти никакой реакции. Поначалу он слушал рассказ Юй Цзэчуаня с серьезным и напряженным настроем, но ближе к концу у него беспричинно возникло ощущение «ах, так вот оно что, ничего особенного».
В конце концов, во время романтических отношений сообщать партнеру о своих передвижениях — вещь совершенно нормальная. Хотя это и несколько покушается на личное пространство и свободу, Лу Янь считал, что по сравнению с тем, чтобы его зарезали ножом, это сущие пустяки.
В душе ему почему-то стало немного смешно:
— Тогда в отношениях ты, должно быть, очень ревнив.
Сказав это, Лу Янь выпрямился, отступил на шаг и снял осаду вокруг Юй Цзэчуаня. Он поднял руку и привел в порядок смятый воротник. Длинные костлявые кончики пальцев слегка согнулись, и сквозь кожу смутно проступили синие сосуды на тыльной стороне ладони. Затем он вдруг сменил тему:
— Но тебе лучше не западать на меня, я больше всего боюсь ревнивых людей.
Казалось, он не успокоится, пока не доведет Юй Цзэчуаня до белого каления.
Юй Цзэчуань, услышав это, разъярился:
— Ты!
Но Лу Янь уже быстро набрал код, юркнул в квартиру и удрал быстрее кролика.
С легким хлопком Юй Цзэчуань обрушил кулак на дверь. Он вспомнил, что ещё не перевел Лу Яню деньги за кухонный нож, и процедил сквозь зубы:
— Выходи!
Он не любил оставаться должным.
Лу Янь, спрятавшись за дверью, подумал, что был бы дураком, если бы вышел, и, слегка повысив голос, произнес:
— Если что-то есть, поговорим в другой раз. Время позднее, я сначала лягу спать.
Сказав это, он запер дверь на засов и только тогда прошел в комнату. Юй Цзэчуань, стоя снаружи, от злости поперхнулся и тяжело ударил по двери кулаком. Ему ничего не оставалось, как подобрать с пола пакет с покупками и вернуться домой.
Тот горшок с фиолетовой агератиной тихо стоял перед панорамным окном, в ночной темноте выглядя особенно загадочно.
Юй Цзэчуань включил свет и подошел. От прозвучавших ранее слов Лу Яня, почти что заигрывания, у него всё ещё не улеглось раздражение. Его лицо было мрачным, и он уже собирался выбросить этот горшок с цветком в мусорное ведро, однако, протянув руку и коснувшись его, наткнулся на сухие и хрупкие листья, и только тогда обнаружил, что цветок уже засох.
Этот куст агератины цвел на редкость неприметно: цветки были не больше соевого зерна, скученно жались друг к другу. Лепестки немного напоминали маргаритки, а немного — пушистые шарики, скрываясь в густой листве, так что без внимательного взгляда их вообще нельзя было заметить.
Юй Цзэчуань ни разу его не полил, ни разу не дал ему по-настоящему увидеть солнце, а теперь, когда наконец вспомнил и решил выбросить, обнаружил, что этот горшок с цветком уже давно тихо засох в никем не замеченном углу.
Он сам не знал почему, но внезапно растерялся.
Словно сделал что-то не то, словно обманул чью-то добрую волю.
Юй Цзэчуань машинально поднялся, пошел на кухню, набрал воды, быстро вернулся к цветочному горшку и вылил её туда, неуклюжими и бессистемными действиями пытаясь спасти хоть что-то, однако даже когда воды внутри стало так много, что она уже переливалась через край, этот горшок с цветком всё равно оставался безжизненным и даже уронил один лист.
Юй Цзэчуань бессознательно поджал губы. Он своими глазами увидел, как из отверстия на дне цветочного горшка медленно вытекла лужица желто-бурой воды, смешанной с землей, запачкав светло-серую кафельную плитку, и наконец осознал, что этот горшок с цветком, вероятно, действительно умер.
По другую сторону стены Лу Янь, который в этот момент вел прослушивание, внезапно почувствовал, будто в ухо попала вода. В наушниках раздался оглушительный треск. Он словно от электрического удара вскочил с кровати, поспешно снял наушники и, нахмурившись, тихо пробормотал себе под нос:
— Не обнаружил ли Юй Цзэчуань чего-нибудь?
Это предположение было несколько страшным и вполне могло напрямую касаться того, как именно он погибнет.
Лу Янь осторожно снова надел наушники, но на этот раз никаких посторонних звуков не раздалось. Стояла тишина, от которой становилось неуютно. В душе у него было неспокойно, и он почти был готов прямо сейчас броситься к соседней двери, чтобы проверить обстановку, но здравый смысл всё же остановил его порыв.
После того как дождь прекратился, из-за облаков показалась ясная луна. Платаны снова уронили на землю слой сухих листьев, и сегодняшняя ночь была обречена стать бессонной.
Юй Цзэчуань почти всю ночь не мог толком заснуть. Он свернулся на диване, лениво опустив веки, и его взгляд то и дело невольно устремлялся к стоявшему на подоконнике горшку с засохшим цветком — это был один из немногих добрых жестов, полученных им в жизни от других людей.
Слишком долго тонуть в отчаянии и вправду было страшно: любая искра казалась ему обжигающе горячей.
Юй Цзэчуань закрыл глаза и решил, что, как только рассветет, выбросит цветок. Незачем засохшему растению оставаться в доме.
Ранним утром следующего дня Юй Цзэчуань нашел полиэтиленовый пакет, положил в него тот горшок с цветком и собрался спуститься вниз, чтобы выбросить, но не ожидал, что, едва открыв дверь, чуть не налетит на человека. Из-за близости мужчины легкий запах средства для стирки мгновенно заполнил его ноздри, а над головой раздался голос с ноткой смеха:
— Ой, это ты, какое совпадение.
Юй Цзэчуань поднял голову и увидел, что это Лу Янь. Он вспомнил о засохшем цветке в своем пакете, и в душе у него почему-то екнуло. Он машинально спрятал пакет за спину и произнес «мм», в котором нельзя было разобрать эмоций.
— Какое совпадение.
Он впервые в жизни ответил хоть чем-то, пусть даже всё тем же ледяным тоном.
Лу Янь с самого утра караулил Юй Цзэчуаня, как охотник у норы, и наконец-то его поймал. Он невзначай бросил взгляд и вдруг заметил, что форма черного мусорного пакета в его руках была несколько странной и выглядел он тяжеловатым. У него екнуло сердце, и он догадался, в чем дело.
Зачем Юй Цзэчуаню ни с того ни с сего выбрасывать этот горшок с цветком?
Лу Яню стало ещё более жутко. Он слегка опустил глаза, пытаясь по лицу Юй Цзэчуаня разглядеть хоть какие-то признаки, однако из-за того, что тот носил маску, разглядеть что-либо было решительно невозможно.
Лу Янь улыбнулся и с пробной осторожностью спросил:
— Ты идешь выбрасывать мусор?
Юй Цзэчуань почему-то не хотел, чтобы Лу Янь узнал, что он загубил тот горшок с цветком, нахмурился и уклончиво произнес «мм».
Сказав это, он быстро скользнул мимо плеча Лу Яня, подошел к внешней площадке и нажал кнопку лифта, но не ожидал, что стоявший позади мужчина сделает широкий шаг длинными ногами и прямо последует за ним. Его глаза, видневшиеся над маской, улыбались. Он сложил руки ладонями вместе:
— Ты же не обиделся на меня? Вчера я был неправ, прошу у тебя прощения. Будь великодушен и прости меня, ладно?
Такое удовольствие, когда человек, которому так и хотелось врезать, сам шел на попятную и признавал ошибку, обычному человеку было не дано понять.
Юй Цзэчуань вошел в лифт и, услышав это, наконец приподнял веки и взглянул на Лу Яня:
— Неправ? В чем же ты был неправ?
Он всё ещё помнил, как вчера Лу Янь сказал ему, что он ревнив, и попросил ни в коем случае не западать на него, словно он был страшным зверем, которого нужно избегать любой ценой. Юй Цзэчуань сдерживал раздражение и молча ждал объяснений.
Лу Янь, стоя позади, покорно произнес:
— Мне не следовало отвергать твоё расположение.
Юй Цзэчуань: «???»
— Если ты и вправду запал на меня, мне следовало считать это честью, а не отказывать тебе, как вчера.
Юй Цзэчуань: «???»
Исходя из вышесказанного, Лу Янь с искренним видом произнес:
— Я был неправ, прости меня.
Он явно пришел не извиняться, а нарываться на ссору.
Юй Цзэчуань долго терпел, но в конце концов не вытерпел. Рука, опущенная вдоль тела, медленно сжалась в кулак, и он внезапно нанес Лу Яню четкий удар локтем, от которого тот, пошатнувшись, отступил на полшага назад.
Юй Цзэчуань глухо предупредил:
— Если ты ещё раз понесешь всякую чушь, в следующий раз я ударю тебя по лицу!
Он ударил весьма умело: это был скорее толчок, нежели сам удар. Лу Янь, схватившись за живот, отступил на полшага и не почувствовал особой боли.
Так Лу Янь понял, что Юй Цзэчуань не обнаружил подслушивающего устройства в цветочном горшке и не раскрыл его личности. Поглаживая живот, он со смехом произнес:
— Ты такой свирепый, так тебя никто не полюбит.
Юй Цзэчуань презрительно усмехнулся:
— Мне не нужна ничья любовь.
Его никогда никто не любил, с самого детства и до сих пор.
В этот момент лифт как раз достиг первого этажа. Юй Цзэчуань с мусорным пакетом в руке вышел наружу, оставив Лу Яня позади в оцепенении.
И как раз когда Лу Янь, опустив голову, размышлял, не пойти ли ему следом и не проверить обстановку, в его поле зрения внезапно появилась пара черных спортивных кроссовок на шнурках.
Юй Цзэчуань вернулся и, нахмурившись, сунул Лу Яню в лицо экран телефона. В его взгляде читалось одно лишь нетерпение.
— Добавь меня в друзья, я переведу тебе деньги за вчерашние покупки.
Лу Янь на мгновение остолбенел, а придя в себя, сдержанно отказался:
— Не нужно, это всего несколько десятков юаней.
Юй Цзэчуань мрачно уставился на него:
— Добавишь или нет?
Лу Янь: «…»
Лу Яню ничего не оставалось, как достать телефон и отсканировать код, после чего они с Юй Цзэчуанем добавили друг друга в друзья.
Юй Цзэчуань ввел своё имя и уже собирался поставить Лу Яню заметку, но тут вспомнил, что до сих пор не знает его имени:
— Как тебя зовут?
Лу Янь на мгновение замолчал:
— Меня зовут…
— Как?
Лу Янь лихорадочно перебирал в голове мысли, вспомнил, как в предыдущих двух попытках игры погиб из-за вранья, и, промучившись довольно долго, выдавил из себя два слова:
— А-Янь, «янь» как в «продлевать годы и приумножать долголетие».
Юй Цзэчуань нахмурился:
— И всё?
А фамилия?
Лу Янь засунул обе руки в карманы куртки и, притворяясь смущенным, опустил голову:
— Если тебе не нравится это имя, можешь звать меня Яньянь. Все мои близкие друзья так меня называют.
Юй Цзэчуань: «…»
Юй Цзэчуань развернулся и ушел. Он боялся, что если останется ещё немного, то Лу Янь доведет его до смерти своим поведением.
Лу Янь, опасаясь вызвать подозрения, сделал вид, что идет в расположенный внизу магазинчик за одэном. Через полупрозрачную стеклянную витрину он издалека увидел, как Юй Цзэчуань, выбросив мусор, ушел, и лишь спустя некоторое время подошел к мусорному баку, чтобы проверить обстановку.
Через наполовину открытый край пакета нетрудно было разглядеть, что внутри находился горшок с засохшим и пожелтевшим цветком, листья которого поникли и пожелтели от нехватки воды, и от них остался почти один лишь стебель.
Значит, всё из-за того, что цветок засох.
Лу Янь стоял на месте, о чем-то задумавшись. Он подошел к обочине и остановил такси, открыл дверцу, сел на заднее сиденье и сказал водителю:
— Мастер, будьте добры, отвезите меня в ближайший цветочный магазин.
Водитель бросил взгляд на Лу Яня через зеркало заднего вида, увидел молодого мужчину в маске и подумал: «Что это за человек такой, который покупает цветы ранним утром?»
Он завел машину и спросил:
— Цветы, небось, девушке покупаешь?
Лу Янь не хотел ничего объяснять и, улыбнувшись, ничего не ответил.
Вскоре телефон в его кармане внезапно завибрировал: пришло уведомление о переводе. Лу Янь взглянул и обнаружил, что это Юй Цзэчуань прислал деньги. Он снова выключил телефон и не принял их.
Жизнь Юй Цзэчуаня день ото дня шла по одному и тому же неизменному распорядку. После обеда он как раз сидел перед компьютером и работал, когда снаружи внезапно раздался стук в дверь, и рука, стучавшая по клавиатуре, невольно замерла.
«Тук-тук-тук…»
Стук раздался снова, на этот раз очень отчетливо.
Юй Цзэчуань нахмурился, не в силах понять, кто это вдруг мог прийти к нему. Он отодвинул стул, встал и подошел к двери, приоткрыв её лишь на узкую щелочку, и с настороженностью во взгляде спросил:
— Кто?
— Это я.
Лу Янь, стоя за дверью, поприветствовал его. В руке он держал пакет, и нельзя было понять, что в нем. Его глаза, видневшиеся над маской, улыбались, и это почему-то напоминало ослепительные фейерверки, внезапно расцветающие в ночном небе.
Юй Цзэчуань, увидев, что это он, на мгновение остолбенел:
— Это ты?
Кончики пальцев, сжимавшие дверную ручку, невольно ослабли, и плотно закрытая щель двери под действием силы медленно открылась, пропуская из внешнего коридора полосу теплого желтого света.
Лу Янь кивнул и вдруг ни с того ни с сего спросил:
— Ты что, загубил тот горшок агератины, что я тебе подарил?
Юй Цзэчуань замер: «…»
Он так и знал, что этот тип явился не с добром, а с намерением предъявить счет задним числом.
Юй Цзэчуань и в самом деле никогда не признавал ошибок, тем более он не считал себя виноватым: тот горшок с цветком Лу Янь настоятельно ему подарил, он не просил его сам.
Он приподнял бровь и с вызовом спросил:
— Ну и что, если загубил?
Уж не собирается ли Лу Янь с ним драться?
Очевидно, Лу Янь драться не собирался. Услышав это, он достал из пакета цветочный горшок и протянул его Юй Цзэчуаню:
— Я подумал и решил, что агератина и вправду трудна в уходе, к тому же вчера я нечаянно тебя рассердил. Чтобы выразить сожаление, я сегодня купил новый горшок.
Новый?
Юй Цзэчуань проследил взглядом и увидел, что в руках Лу Яня оказался горшок с зеленым кактусом, на верхушке которого красовался маленький желтый цветок, уродливый до невозможности. Выражение его лица несколько раз переменилось и стало довольно мрачным:
— Ты называешь кактус цветком?
Лу Янь опустил голову и погладил маленький желтый цветок на верхушке кактуса, с недоумением произнеся:
— Это же цветок, он даже распустился.
И цвести умеет, и ухаживать легко — разве это не было прекрасно?
— Ты… — Юй Цзэчуань, услышав это, уже собирался что-то сказать, как телефон в кармане брюк внезапно зазвонил, показывая входящий вызов. Ему ничего не оставалось, как прервать разговор, повернуться спиной к Лу Яню и ответить: — Алло?
Звонил Сюэ Цзинь:
— Эй, я как раз иду с работы, заодно принесу тебе поесть.
Юй Цзэчуань взглянул на время на запястье:
— Не нужно, я сегодня уже ел.
Сюэ Цзинь с насмешкой произнес:
— Один раз за день, да? Смотри, как бы не помер с голоду, не завершив великое дело. К тому же тот рекламный план для острова мне нужен уже сегодня, завтра Цзян Боюнь идет в Dingyou Group говорить о сотрудничестве.
Юй Цзэчуаню ничего не оставалось, как произнести:
— Тогда приходи.
— Я уже почти у твоего дома. Минут десять, припаркуюсь и поднимусь.
Лу Янь, стоя за дверью, услышав это, ощутил в душе настоящую бурю. Хотя в только что прозвучавшем разговоре Юй Цзэчуаня имя не называлось, тот всегда был замкнутым, и человеком, который мог прийти в эту квартиру и принести ему еду, кроме Сюэ Цзиня, никто другой быть не мог.
В отличие от ничего не подозревающего Юй Цзэчуаня, Сюэ Цзинь воочию видел первоначального хозяина и прекрасно знал о той грязной истории между первоначальным хозяином и Цзян Боюнем. Если они столкнутся, с вероятностью в десять из десяти его узнают.
Этот Сюэ Цзинь, хитрец, в прошлой попытке погубил Лу Яня своими свининой с зеленым перцем и пирожным с матча. На этот раз ни за что нельзя было допустить, чтобы он снова его подставил.
За какие-то несколько секунд в голове Лу Яня промелькнуло бесчисленное множество мыслей. Увидев, что Юй Цзэчуань повесил трубку, он с улыбкой протянул ему тот горшок с кактусом:
— Возьми, в твоей комнате слишком уныло. Чем больше смотришь на зелень, тем лучше для глаз.
Юй Цзэчуань счел его уродливым:
— Я не люблю что-либо выращивать.
Лу Янь терпеливо произнес:
— Тебе даже поливать не придется, просто поставь рядом с компьютером.
Сказав это, он, не дожидаясь ответа Юй Цзэчуаня, первым сунул ему кактус, а затем развернулся и пошел домой, чтобы не столкнуться с Сюэ Цзинем.
Движение Юй Цзэчуаня, которым он хотел отказаться, запоздало на полтакта, и ему ничего не оставалось, как принять этот горшок с кактусом размером с ладонь. Он увидел, как Лу Янь уходит, опустил голову и потрогал колючки на нем — довольно острые, но цветок на верхушке дрожал, уходя в другую, хрупкую крайность.
Юй Цзэчуань неизвестно о чем задумался.
Тем временем Лу Янь уже сидел за компьютерным столом, включив подслушивающее устройство. Он надел наушники, закрыл глаза и внимательно вслушивался в происходящее по соседству, кончиками пальцев то и дело легонько постукивая по столешнице, боясь упустить хоть малейшую информацию.
Судя по словам, которые Юй Цзэчуань произнес перед смертью в прошлой попытке, Лу Янь мог предположить, что Сюэ Цзинь скопировал доказательства с компьютера Цзян Боюня только в конце месяца. Сейчас месяц лишь начинался, так что особо беспокоиться, пожалуй, не стоило.
Но Лу Янь хорошо понимал, насколько страшен эффект бабочки: в самом начале этой жизни он внес слишком много изменений, и если какая-нибудь деталь повлияет на общее направление событий, это может угрожать его жизни, поэтому он не смел относиться к этому легкомысленно.
На восьмой минуте после ухода Лу Яня на лифте поднялся Сюэ Цзинь. С пакетом с едой в руке он подошел к двери квартиры Юй Цзэчуаня, привычно набрал код, вошел и закрыл за собой дверь.
— Сегодня дождь наконец-то на время прекратился, но на дорогах всё равно пробки.
Юй Цзэчуань сидел на диване и всё ещё разглядывал тот горшок с кактусом размером с ладонь. Услышав голос Сюэ Цзиня, он даже не поднял головы и небрежно произнес:
— Я давно говорил тебе не приходить.
— Так нельзя. Боюсь, что ты умрешь с голоду. Если бы не Аньни, которая попросила меня принести тебе поесть, ты что, правда думаешь, что мне хотелось бы приходить? — Сюэ Цзинь поставил бумажный пакет на стол и один за другим принялся вынимать оттуда контейнеры с едой. — Мусс с матча, свинина с зеленым перцем, картофельная соломка, суп с ребрышками…
Юй Цзэчуань перебил его:
— Не перечисляй, всё это любите вы двое.
Сюэ Цзинь поправил очки:
— Я бы и рад принести что-нибудь из того, что любишь ты, но ты же совершенно неприхотлив в еде. Аньни очень любит пирожное с матча из той кондитерской и специально попросила меня принести тебе порцию. К тому же свинина с зеленым перцем очень ароматная, я могу съесть с ней три большие чашки риса.
Юй Цзэчуань любил немногое, а вот то, что ненавидел, составляло целый список. Он открыл суп с ребрышками, отпил глоток и сказал Сюэ Цзиню:
— Мне достаточно супа, остальное ешь сам. Я не люблю сладкое, в следующий раз не приноси мне.
— Так и быть, съем сам. Как раз после работы проголодался. — Сюэ Цзинь не стал церемониться, уселся на диван и принялся есть прямо из чашки. Он взял палочками немного свинины с зеленым перцем, пожевал и вдруг нахмурился: — Тьфу, почему этот зеленый перец такой горький! Уж не испортился ли? В прошлый раз, когда я ел, он тоже был испорченный, почему и на этот раз тоже?
Юй Цзэчуань, услышав это, взглянул:
— Если испортилось, не ешь.
— Ладно, мясо на вкус вполне нормальное, выберу его и съем, чтобы не выбрасывать.
Когда Сюэ Цзинь в своё время учился за границей, семья Юй оказывала ему достаточную поддержку, но он был на редкость бережлив и, как большинство студентов из обычных семей, подрабатывал по выходным. Если еда ещё не испортилась, он мог разогревать её по семь-восемь раз.
Юй Цзэчуань молча смотрел на него некоторое время, и на душе у него вдруг стало как-то не по себе. Это чувство было похоже на то, будто он вот-вот утянет за собой в омут ещё одного человека с блестящим будущим.
— Сюэ Цзинь.
— Что такое?
Юй Цзэчуаню захотелось закурить. Он пошарил в кармане, но сдержался:
— В дальнейшие дела больше не вмешивайся.
Движения Сюэ Цзиня на миг замерли, но затем он вернулся к обычному виду:
— Там видно будет. Кстати, всё это время я проверял те давние счета. Цзян Боюнь позавчера уехал в командировку, и я почти подобрал его пароль…
«Вж-ж-ж!»
Внезапно раздавшийся звонок прервал Сюэ Цзиня на полуслове. Он машинально взглянул на телефон на журнальном столике и с недоумением спросил:
— Цзэчуань, кто это звонит тебе по WeChat?
У него был острый глаз, и он заметил, что входящий вызов отмечен заметкой человека по имени «А-Янь».
— Ты его не знаешь.
Юй Цзэчуань не стал объяснять, взял телефон и прямо вышел на балкон, чтобы ответить на звонок. Неизвестно, о чем они говорили, но Сюэ Цзинь увидел, как выражение лица Юй Цзэчуаня внезапно переменилось, он развернулся и направился к выходу, второпях бросив одну фразу:
— У меня срочное дело, мне нужно выйти. Ты пока поешь, план сохранен на флешке, потом не забудь скопировать!
http://bllate.org/book/13981/3224105
