Бай Ли поднялся с дивана только спустя 10 минут после ухода Лу Шао. Робот-дворецкий, покачиваясь на своем круглом теле, принес ему тапочки, но тот босиком прошлепал на кухню.
Он уже успел обсухнуть и теперь не оставлял после себя мокрых следов, так что робот-дворецкий наконец мог немного отдохнуть, а не ходить за ним по пятам и вытирать пол.
Бай Ли отворил дверцу термошкафа и достал оттуда одну дозу восстанавливающего питательного раствора.
Прошло уже столько лет с тех, пор, как он покалечил ногу, но все равно каждый день принимал эти восстанавливающие питательные смеси. Каждый гребанный день. В первые годы, когда боль в ноге не утихала ни на миг, Бай Ли вынужден был едва ли не литрами глотать обезболивающее.
Вся его чертова жизнь крутилась вокруг восстанавливающих питательных растворов и смесей. Стоило только кому-то заикнуться о том, что появилась какая-то новая разработка, и он тут как тут. Сколько он уже их сменил?
Его жизнь превратилась в бесконечную погоню за исцелением. Но увы, все это былобесполезно. И Бай Ли вновь погружался в пучину разочарования и отчаяния.
Его жизнь была подчинена сюжету чертового романа. Даже его родная планета, Земля, стала в этом мире лишь преданием, просто легендой. После разрушительной межзвездной войны родная планета оказалась затерянной в бескрайних просторах космоса.
Нынешние обитатели Империи — лишь отдаленные потомки землян, хранящие в своих генах память о давно утраченном доме.
Человечество пыталось выжить, там, в космосе. Развивало свои технологии, эволюционировало под воздейтсивем солнечной радиации. Их тела приспосабливались, становились сильнее, выносливее. Пока наконец не появился втричный пол: альфы, омеги и беты. Все, ради выживания, ради обеспечения вероятности появления потомства.
Увеличилась и продолжительность жизни. И в конечном итоге человечество смогло утвердиться в космосе, создав могущественную Империю. Шаг за шагом, преодолевая трудности и лишения, человечество сумело закрепиться среди звезд.
Теперь продолжительность жизни достигала уже от ста пятидесяти до двухсот лет. Цифра, которая когда-то казалась бы невероятной древним землянам. А теперь, благодаря развитию технологий, люди могли наслаждаться долгой и полноценной жизнью.
Но для Бай Ли это означало лишь одно: ему предстояло влачить жалкое существование, мучаться болью, погружаться в бесконечный круговорот надежд и разочарований, и так прожить еще более ста лет.
Всякий раз, когда эта мысль пронзала сознание Бай Ли, его сердце словно сжималось в тисках невыносимой тоски. Каждая секунда, каждое мгновение превращалось в вечность, наполненную невыразимой мукой.
Бай Ли недолго пребывал в плену своих мрачных мыслей. Сигнал входящего вызова на персональном терминале вернул его к реальности. Он принял запрос на соединение, и голографическое изображение мужчины появилось в воздухе.
— Поздравляю молодожена! — радостно воскликнул мужчина, и вокруг его изображения тут же начали взрываться фейерверки, два крылатых пухлых малыша с голографическими трубами выпорхнули из проекции и развернули баннер с надписью: «Поздравляем, босс! Желаем стопроцентного попаданий и ни одного промаха!»
Бай Ли с присущей ему улыбкой посмотрел на мужчину и со щелчком открыл флакон с питательным раствором.
В мгновение ока все яркие краски и праздничные эффекты исчезли с голограммы, словно их и не было. Мужчина на изображении осторожно вгляделся в лицо Бай Ли, пытаясь уловить его реакцию. Убедившись, что не вызвал явного неудовольствия, он развел руками и сказал:
— Босс, я действительно от всего сердца вас поздравляю.
Произнося эти слова, мужчина одновременно пытливо осматривался, насколько позволял ограниченный обзор через персональный терминал. Его глаза быстро скользили из стороны в сторону, словно в поисках каких-то знаков или улик.
— Прекрати этот балаган, он уже ушел, — резко бросил Бай Ли, стукая банкой с раствором по столу.
Лицо собеседника мгновенно отразило глубокое разочарование. Не сдержавшись, он воскликнул:
— Так значит, правда! Тебя бросили на следующий день после свадьбы! Это точно станет самой громкой сплетней года во всей Империи!
Его голос звенел от возбуждения.
— Хотя я не считаю нужным обсуждать с тобой свою личную жизнь, ради моей репутации и репутации генерал-майора Лу Шао я всё же поясню, — Бай Ли, проявив невиданное терпение, не стал отключать терминал. — Лу Шао отправился в свой легион. Меня никто не бросал и не избивал. И да, я в курсе ваших пари по поводу моей первой брачной ночи.
Застигнутый врасплох, мужчина смущенно кашлянул. Пауза. И тут же, словно оправдываясь, выпалил:
— Ну сами подумайте! Это же Лу Шао! Кто бы не поставил на драку?!
Слова мужчины, словно разрозненные пазлы, все же сложились в понятную картину в голове Бай Ли.
Лу Шао был подобен орлу, парящему над империей, тот, кем восхищались миллионы людей... И в одночастье он рухнул, разбился о суровую действительность: стал просто омегой наследница семьи Бай.
Бай Ли задумчиво почесал подбородок. Ему вдруг вспомнилось, что сегодня он так и не заглянул на форумы. Интересно, что Хо Цунь вчера наплел журналистам? Как объяснил, почему Бай Ли и Лу Шао не появились на свадьбе?
Наверняка комментарии уже пестрили громкими заголовками и злыми шутками, а пользователи, как всегда, соревновались в остроумии. Новостной портал был тем самым местом, где слухи распространялись быстрее света, а любая новость, особенно такая, могла стать настоящей сенсацией.
Давненько он уже не был в центре скандалов. Кажется, с тех пор как Бай Ли ушёл из армии, он не оказывался в центре внимания развлекательных и скандальных новостей. И вот из-за свадьбы с Лу Шао он вновь ощутил то самое щекочущее чувство, словно вернулся в юные и беспечные годы, когда его имя постоянно мелькало на первых полосах таблоидов.
Мужчина, заметив, что Бай Ли молчит, смягчил тон и попытался успокоить его:
— Да не переживай ты. Генерал Лу Шао ещё молод, сейчас только на пике своей карьеры, дай ему время поблистать и посиять. Стоит ли из-за этого чувствовать себя несправедливо обделённым? Пусть поработает пару лет, а потом вернётся к семейной жизни. Вы ведь ещё молоды, всё в переди. Да и в конце концов, он всё-таки омега. Как ни крути, ему не суждено, как альфе, прослужить в Первом Легионе до выхода напенсию. Вернется, родит миленьких детишек!
Бай Ли, вынырнув из сладких воспоминаний о своей бурной юности, когда он был на пике славы, лениво поднял взгляд на собеседника. На его лице играла ироничная улыбка, то ли насмешка, то ли предупреждение:
— Сы Ту, раз уж ты посвятил себя разработке мехов, так и занимайся своими исследованиями, — сказал он с лёгким прищуром. — А не трать время на то, чтобы высчитывать, когда мой омега вернётся домой и когда решит завести детей.
Сы Ту, который с таким трудом выдавил из себя несколько слов утешения, едва не задохнулся от возмущения:
— Твой омега? Что? Твой омега?! Да это же генерал империи! Просто тебе посчастливилось официально оформить на него права! — он фыркнул и, отмахнувшись, добавил с явным злорадством: — Смотри, будь осторожнее, когда выходишь из дома. Чую, однажды в тебя полетит кирпич, причём не виртуальный, а самый настоящий!
Бай Ли явно польстили слова «официально оформил права». Он небрежно отбросил упавшую на лоб прядь волос:
— Что ж, я готов вкусить все прелести участи врага всего народа.
В его голосе не было ни капли смущения, а только самоуверенность человека, который привык быть в центре внимания и ловить на себе недовольные взгляды. Сы Ту не сдержавшись, саданул кулаком по столу:
— Я же переживал, что ты сильно расстроился из-за свадьбы, специально с утра пришел тебя поддержать, а ты, скотина, все это время тайком радовался! Бесстыдный, отвратительный, фу!
Бай Ли, прижав руку к груди, с преувеличенно довольным выражением на лице ответил:
— О, ты так мило завидуешь. Но, нет, я наслаждаюсь каждым мгновением.
Сы Ту аж задохнулся от такой наглости. Вот же наглое, бестыжее чудовище!
О том, что у Бай Ли нет ни стыд, ни совести , Сы Ту знал давно. Они были знакомы уже довольно долго: оба учились в одном выпуске Имперской Военной Академии. Правда, Бай Ли специализировался на боевых искусствах и управлении мехами, тогда как Сы Ту выбрал для себя инженерное дело: разработку мехов и усовершенствование систем искусственного интеллекта.
Ещё со времён учёбы Сы Ту считал, что Бай Ли — бесчувственный ублюдок, который плевать хотел на всех остальных. Но он и представить не мог, что со временем тот даже перестанет притворяться.
Си Ту глубоко вздохнул, поморщившись.
— Да уж, видимо, у тебя и прямь всё хорошо, зря только переживал. Думал, сейчас ты зализываешь свои раны, униженный и растоптанный. А ты смотри, цветешь и пахнешь, прекрасно себя чувствуешь.
Бай Ли приподнял бровь и улыбнулся, его черты лица по-прежнему излучали те же самоуверенность и задор, что и всегда. Казалось, будто все эти бесчисленные оскорбления, заполонившие просторы старнет, ни на йоту не поколебали его самообладания.
Сы Ту не мог не восхищаться им. Сам будучи альфой, он тоже порой заглядывался на таких омег, как Лу Шао. Однако, окажись он на месте Бай Ли, он бы ни за что не согласился жениться на Лу Шао. Психологическое давление было бы слишком велико, он бы просто не выдержал.
— Похоже, ты всем доволен, — Сы Ту цокнул языком. — Многие пары, подобранные нейрокомпьютером, поначалу не могут найти общий язык. Но, судя по всему, у тебя таких проблем нет. Ты прямо таки светишься от частья.
О да, прямо-таки на седьмом небе от счастья.
Бай Ли одним махом осушил уже открытую бутылку восстанавливающего питательного раствора. Ха, если бы Сы Ту только знал...
Если бы Сы Ту узнал, что они даже намека на аромат феромонов друг друга не уловили, что оба под ингибиторами... Все оставшиеся ему сто с лишним лет жизни были бы полны издевательств и насмешек.
Эти мысли промелькнули в сознании Бай Ли, словно падающие звёзды в ночном небе. Сделав глоток питательной жидкости, он ответил с улыбкой:
— У нас с Лу Шао всё хорошо.
Эти слова лишили Сы Ту дара речи. Он открывал и закрывал рот, словно выброшенная на берег рыба, не в силах подобрать нужные слова. Наконец, после долгой внутренней борьбы, он выдавил из себя:
— Ты, малец, определённо влюбился в Лу Шао.
И можно было только посочувствовать всем этим тайно влюбленным в Бай Ли бетам и омегам.
Бай Ли не стал отрицать, но решил сменить тему:
— Так ты только хза эим позвонил с утрапораньше? Узнать как я и как первая брачная ночь?
— Ну и заодно сообщить тебе: недавно я обновил систему и снес серьезные изменения в программу построения симуляции. И симуляционнаякапсула уже готова... — теперь Сы Ту. говорил серьезно — Может подъедешь сегодня? Посмотришь, протестируешь?
Бай Ли кивнул, перекинулся с Сы Ту ещё парой незначительных фраз и наконец отключился.
После выпуска из Имперской военной академии Бай Ли пошёл служить в армию, а Сы Ту продолжил заниматься разработкой мехов в Имперском научно-исследовательском институте. Но они подружились в училище и поддерживали связь после.
Так бы всё и продолжалось, но несколько лет спустя Сы Ту поругался в руководством научно-исследовательского института. В наказание его понизили в должности, по сути заставили перебирать бумажки, не давая заниматься исследованиями и разработками, и, не выдержав, Сы Ту уволился. Бай Ли же получил то-самое-ранение и ушел из Первого легиона.
Все эти годы Бай Ли непрерывно вкладывал деньги в исследовательскую деятельность Сы Ту, так что неудивительно, что тот звал Бай Ли «боссом».
Робот-уборщик сделал несколько кругов у ног Бай Ли, прежде чем тот вспомнил, что всё ещё держит в руках пустой флакон из-под питательного раствора.
Он поднял руку, намереваясь, как обычно, швырнуть куда подальше флакон, но вдруг замер, потом медленно опустил руку. И подражая Лу Шао, он аккуратно положил пустой флакон на механическую руку, которую протянул робот.
Бай Ли похлопал круглоголового робота по голове.
— Давай, скажи, что я хороший.
Робот кокетливо произнес:
— Плохой хозяин!..
И укатил прочь.
Бай Ли пошел переодеваться, бормоча себе под нос с досадой:
— Что значит «плохой»? Раз мы теперь с ним женаты, я что, перестал быть хорошим человеком?
С того момента, как Лу Шао вышел замуж, на Бай Ли обрушился шквал критики. От форумов до его личного блога и странички с социальной сети — везде он стал врагом народа номер один.
Все думали про Лу Шао, что теперь он одинокий цветок, растущий среди бетонных обломков.
Его новёхонький мобиль остался у места проведения торжественной церемонии бракосочетания. Бай Ли через личный терминал подключился к системе управления транспортом и активировал автопилот, чтобы мобиль сам вернулся в гараж. Сам же он выбрал из другую машину — более скромный по дизайну аэромобиль.
Когда он занял место водителя, система автоматически подключилась к имперскому новостному каналу, и на экране мобиля появилась трансляция.
Диктор сообщал о теперь уже свершившейся свадьбе, поздравлял Лу Шао и Бай Ли с бракосочетанием. Говоил о том, насколько это стал неожиданный союз, потрясший весь мир, как военное, так и аристократическое сообщество. Им двоим желали счастья и долгой счастливой совместной жизни.
И почему-то Бай Ли вспомнилось, как утром Лу Шао стоял перед панорамным окном, окутанный лучами солнца, а перед ним простилась столица Империи.
Что ж, может быть Сы Ту не так уж был далек от истины, когда сказал, что он по уши влюблен в Лу Шао. Увлечен так точно.
В конце концов, не найдётся того, кто не был бы очарован настолько прекрасным видением?
Бай Ли махнул рукой, переключившись с репортажа о свадьбе с Лу Шао на форум. И активировал функцию голосового чтения.
Система начала с напыщенной драмотичностью зачитывать все посты по порядку:
«Да что за никчемный альфа! Даже в первую брачную ночь ничего не смог!.. Ему колено прострелили?!..»
Сидя за рулем, Бай Ли не мог не расхохотаться: настолько забавно это звучало в исполнении системы.
Хотя у него было паршивое настроение, стоило ему услышать, как остальные тратили на него свои нервные клетки, так на душе сразу становилось легче.
***
Лу Шао вышел из тренировочного зала, чувствуя только приятную усталость в теле после хорошей тренировки. Отбросив со лба влажные от пота пряди, он направился к душевым, предназначенным для офицеров, намереваясь освежиться перед следующим этапом — тренировкой на симуляторе.
Хо Цунь завершил тренировку раньше Лу Шао и теперь, облокотившись на спинку кресла возле душевых, беседовал с несколькими офицерами. Как только Лу Шао приблизился, внимание всех присутствующих немедленно переключилось на него.
— Что за собрание? В душевые теперь очередь? — почувствовав на себе пристальные взгляды, Лу Шао невольно напрягся и решил первым нарушить тишину.
— Да мы уже помылись, — ответил Хань Мяо, тоже генерал, с которым у Лу Шао были неплохие отношения. — Эм, ну это… Давно не виделись, как ты?
От казалось бы простой фразы волосы на затылке встали дыбом.
— Да мы позавчера вместе отрабатывали на симуляторе!
— А? Правда? — Хань Мяо нахмурился, словно действительно не мог вспомнить.
Один из офицеров рядом подсказал:
— Да, три боя провели. Тебе чуть голову не снесли.
— Эй, да мне каждый день чуть голову не сносят! Как я могу такое помнить? — раздраженно фыркнул Хань Мяо.
Лу Шао и остальные переглянулись, потеряв дар речи.
— Просто ты же женился на этом… как его там… на Бай Ли. Говорят, свадьба — это как три осени разлуки. Вот мне и кажется, словно я тебя триста лет не видал, — Хань Мяо выглядел предельно искренним.
— «Три осени» — это три года, а не триста, — поправил Хо Цунь.
— Ах ты ж! Математик тут выискался! Завтра пойдешь к новобранцам арифметику преподавать. Начнешь с «дважды два — четыре», — огрызнулся Хань Мяо.
Хо Цунь предпочел промолчать.
Хань Мяо и остальные офицеры продолжили нести какую-то околесицу, и Лу Шао это все больше напрягало. Он после тренировки весь в поту, ему помыться надо, а его тут держат. Нахмурившись, он сказал:
— Если что-то случилось, говорите по делу.
Хань Мяо тут же выпалил:
— Ли Бай… тебя не обижает?
— Бай Ли, — поправил Лу Шао. Хоть они и не любли друг друга, но общались вполне себе неплохо, поэтому он машинально возразил: — Да всё в порядке. Почему спрашиваете?
Остальные офицеры переглянулись, и в итоге Хань Мяо, как самый близкий друг Лу Шао, выступил от имени всех:
— Точно всё в порядке? Мы слышали, что ты его вчера ночью в больницу тащил, потому что у него нога болела. Журналисты уже раструбили об этом на весь мир, сейчас на имперском форуме только об этом и говорят...
Лу Шао на мгновение опешил. Потом вспомнил вчерашний разговор Бай Ли с Хо Цунем. Он медленно перевел взгляд на адъютанта. Вот же идиотина... Как ему Бай Ли сказал, так он и передал. Неудивительно, что Бай Ли из-за него едва не вылетел из Топ-200 игроков.
Хо Цуню явно стало неловко, и он смотрел куда угодно, только не на Лу Шао.
Хань Мяо продолжил:
— Говорят, у Бай Ли из-за травмы там всё совсем плохо. Ну, поговаривают, он в этом плане… ну, не может.
— В каком плане? — не понял сначала Лу Шао, но тут Хо Цунь красноречиво стал подмигивать, и до него наконец дошло. Волна смущения из-за «чертовски неловкой ситуации» накрыла Лу Шао с головой. Однако, благодаря своей врожденной невозмутимости, он с трудом сохранил видимое спокойствие и откашлялся:
— Господи.... Да кто вам такую чушь наговорил?
— Ну, то есть, может? — уточнил ещё один офицер.
Лу Шао за всю свою жизнь впервые столкнулся с тем, что кто-то проявляет интерес к его интимной жизни. Он вдруг почувствовал, что его словарный запас иссяк, и смог лишь механически повторить:
— Всё в полном порядке.
Отмахнувшись еще несколькими ничего не значащими шутками, которые обычно отпускают женатые люди, Лу Шао чуть ли не бегом скрылся в душевой.
Офицерская душевая была просторной, разделенной на несколько кабинок. Стоя под струями экспресс-душа, Лу Шао все еще не мог понять, как эти люди умудрились связать травму Бай Ли с… этим самым.
Вот уж правда, дай слабину — и все начнут тебя через решето просеивать.
Выйдя из душевой, переодетый в свою тренировочную форму, Лу Шао обнаружил, что все офицеры разошлись, остались лишь Хо Цунь и Хань Мяо, которые продолжали непринужденно болтать.
— Он действительно ничего тебе не сделал? — спросил Хань Мяо, едва увидев Лу Шао. Когда остальные разошлись, он уже не особо выбирал выражения. — Слушай, я слышал, что эти дворяне те ещё ублюдки. Если он поднимет на тебя руку или еще что... Ты не молчи! Пусть только посмеет, я его отмудохую как следует...
Лу Шао не знал, смеяться ему или плакать:
— Всё в порядке, правда.
Хо Цунь добавил:
— Генерал Хань Мяо, вы не слушайте, что о Бай Ли… говорят. Он очень уважает генерала Лу Шао. Как по мне, так он получше некоторых альф из Легиона будет.
Будучи бетой, он не воспринимал альф так, как омеги, у него не было пиетета перед вторичным полом. И он недолюбливал некоторых альф в армии: сами и в подметки не годились Лу Шао, зато гонору хоть отбавляй.
Услышав от Лу Шао уже в третий раз, что всё в порядке, Хань Мяо немного успокоился и даже почувствовал неловкость:
— Ну, знаете, люди разное говорят, вот я и забеспокоился.
С этими словами он поднялся, и они вместе с Лу Шао и Хо Цунем направились к тренировочным ангарам, где проводили боевые симуляции с использованием мехов.
Лу Шао вспомнил, что видел мельком в старнете. Господи, неужели и в Первом Легионе тоже?.. Не удержавшись, он спросил:
— И что говорят?
Хань Мяо давно привык к его манере говорить крайне лаконично:
— Да всякое. И про тебя, и про него… Да ты в голову не бери, им просто заняться нечем.
Он было хотел добавить что-то еще, но передумал, посчитав неуместным, и промолчал.
А Лу Шао не уточнял.
Он, будучи омегой, за эти годы много чего наслушался, давно привык к слухам и думал, что ничего нового уже не услышит. Но оказалось, что после женитьбы слухов стало ещё больше.
Хань Мяо продолжил:
— Я вообще-то очень волновался. Думал, тебе этого… как его… кибермозг какого-нибудь гада подсунул. Но раз ты сегодня уже в Легионе, значит, все в порядке. Бай Ли к тебе хорошо относится.
Лу Шао снова не понял:
— В смысле?
— Ты разве не знаешь? Многие омеги после того, как их пометит альфа, встать не могут на следующий день. Альфы чаще всего срываются и кусают железу слишком сильно, впрыскивают слишком много феромонов. Слабые омеги просто не могут к этому привыкнуть, в себя приходят только через день-два, — объяснил Хань Мяо. Он был очень близок с Лу Шао, они каждый день тренировались вместе, и Хань Мяо не воспринимал его как обычного омегу, поэтому говорил прямо. — Я вот чуть не сорвался, когда метил Чэнь Наня, довольно сильно его укусил.
Чэнь Нань — супруг Хань Мяо, ещё один омега, служащий в армии, правда в отделе логистики.
Конечно, в армии служили и омеги, но большинству из них не разрешалось заниматься тяжелой работой. Особенно — управлять мехами, не говоря уже об участии в боях. Лу Шао был редким исключением — настолько сильным, что заставил армию подчиниться и позволить ему пилотировать меха.
Хо Цунь, шедший следом за двумя генералами, вставил:
— Так сильно? Неужели альфы, когда кусают омегу, совсем не думают об их теле?
Хань Мяо махнул рукой:
— Кто ж тогда удержится? Все как сумасшедшие становятся. Конечно, можно постараться сохранить ясность ума, но тогда альфа должен себя сдерживать, а это очень тяжело. Те альфы, у которых нет особых чувств к своим омегам, вряд ли будут себя сдерживать. Думают только о своем удовольствии, какая им разница, что будет на следующий день? Даже лучше, если омега не сможет работать, будет дома спокойно детей рожать.
— Помнится, Чэнь Нань на следующий день после вашей свадьбы уже вышла на работу, — заметил Лу Шао.
— Да разве ж это одно и то же? Мы-то с Чэнь Нанем с детства вместе, как я могу позволить ему страдать? — вздохнул Хань Мяо. — Я же знаю, как он любит свою работу, конечно, не буду ему мешать. Да и много ли найдется альф, которым нравится, что их омега каждый день крутится среди кучи других альф? Но я ему доверяю и готов его поддерживать. Видишь, Чэнь Нань каждый день радуется, как будто его чем-то вкусным накормили, мне и этого достаточно.
Хо Цунь поддакивал, совсем забыв, что он пока еще холостой бета, и рассуждал так, будто у него огромный опыт в этих делах.
Хотя хочешь не хочешь, а крутясь в их тесной офицерской компании, волей-неволей всему научишься.
Хань Мяо продолжил:
— И вот на себя посмотри. Ты уже на следующий день после свадьбы здесь. Эти альфы от любопытства с ума сходят! Все думают, что это Бай Ли ни на что не годен, раз не смог достаточно феромонов влить. Меня тоже спрашивали, я чуть не убил тех, кто спрашивал, хорошо еще, что в звании не понизили.
Это всё вернуло Лу Шао мыслями к Бай Ли и ситуации, в которой они оба находились. Не мог же он просто сказать Хань Мяо, что его так и не пометили? Да они с Бай Ли контактами-то обменялись только вчера, и то вынужденно...
Да и в целом Бай Ли был совершенно не против того, чтобы Лу Шао продолжал работать, об этом они договорились еще до свадьбы. Но Лу Шао и в голову не прихоидло, что из-за этого станут судачить.
Лу Шао не понимал, то ли это он слишком зациклен на тренировках, то ли Бай Ли, выросший в аристократических кругах, ко всему этому относится проще. Но Бай Ли вроде не возражал, и Лу Шао не знал, что тот думает, но на душе было как-то неспокойно.
Он так сильно задумался, что не услышал, как Хань Мяо окликнул его сзади, и, подойдя к двери их первого тренировочного зала, который они обычно занимали, машинально толкнул её и вошёл.
Внутри стояли с десяток новобранцев в новенькой форме и разом повернулись к нему.
Говоривший с ними офицер поднял голову, увидел Лу Шао и поспешил к нему, отдавая честь:
— Генерал Лу Шао, сегодня первый тренировочный зал предназначен для новобранцев. Сообщение было разослано на личные терминалы офицеров.
Лу Шао посмотрел сообщения на своем терминале и обернулся к Хо Цуню.
Тот хлопнул себя по лбу:
— Черт, забыл! Сообщение вчера отправили. Они, наверное, думали, что вы сегодня не придете, генерал, вот и не учли вас.
Тут уже вмешался Хань Мяо:
— Ничего страшного, во втором тренировочном зале можно заниматься.
Взгляды новобранцев после слов «генерал Лу Шао» стали особенно пристальными. Они буквально облизали его с головы до ног своими глазами, особо не скрывая любопытство и пренебрежение.
Но Лу Шао едва ли обратил на это внимания, просто кивнул офицеру и вышел.
В тот самый момент, когда дверь тренировочного зала закрылась, внутри раздался настоящий взрыв голосов.
— Это и правда был генерал-майор Лу Шао! Неужели он на следующий день после свадьбы уже здесь? Получается, всё, что говорят на форуме, правда… Этот альфа ни на что не годен…
Даже сквозь дверь было отчетливо слышно.
Хань Мяо и Хо Цунь чувствовали себя крайне неловко, они молча направились ко второму тренировочному залу.
Лу Шао чуть отстал, не спеша следом за ними заходить в тренировочный зал. Свернув за угол, он сел в зоне отдыха и открыл на своем личном терминале форум.
***
Бай Ли припарковал свой аэромобиль у подъезда жилого комплекса. На его персональном терминале шла прямая трансляция матча по виртуальным боям столичной лиги. Ситуация на поле была напряженной, сражение было в самом разгаре.
Настроение у него было отличное, он мурлыкал себе под нос какую-то бессмысленную мелодию, выходя из мобиля. Затем он обернулся, заюрал с заднего сиденья большой пакет помидоров и, подхватив огромную белую редьку, с довольным видом захлопнул дверь мобиля ногой. Повернувшись, он нос к носу столкнулся с Лу Шао, от чего чуть не подпрыгнул от испуга и сорвался на ругань.
Лу Шао только что вышел из гаража и, не успев сделать и пары шагов, увидел Бай Ли, склонившегося над задним сиденьем. При одном взгляде на него Лу Шао вспомнил, что на имперском форуме сейчас обсуждают, насколько именно травмирован альфа, и ему стало как-то не по себе. И тут же увидел, как Бай Ли, опираясь на ту самую «поврежденную» ногу, ловко захлопнул дверцу машины другой ногой.
Лу Шао не мог отвести взгляда от левой ноги Бай Ли, которую все считали покалеченной, не зная что и думать.
— Цветочек, ты чего так рано вернулся? — удивился Бай Ли. — Я думал, ты эти несколько дней проведешь в казарме, в Легионе.
Тут Лу Шао заметил большой пакет в руках Бай Ли и огромную, немытую редьку. И вся его мрачность тут же улетучилась, он уставился на редьку, которая успела испачкать темно-серый повседневный костюм Бай Ли.
Редька была просто огромной.
— Это ведь редька?
— Я её на огороде в исследовательском центре у друга выкопал, — не поняв его удивления, пояснил Бай Ли. — У них ещё по старинке, в земле выращивают, она вкуснее, чем в супермаркетах и на рынках.
Лу Шао смотрел на Бай Ли, Бай Ли смотрел на Лу Шао.
Через несколько секунд таких переглядок Бай Ли осторожно спросил:
— Хочешь попробовать?..
Лу Шао с серьезным видом так же осторожно ответил:
— Прямо так… пробовать?
В глазах Бай Ли читалось полное недоумение.
Лу Шао ответил ему таким же вопросительным взглядом.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/13958/1228745
