Глава 6
Не паникуем и притворяемся уверенными
Испокон веков южные города отличались изысканной красотой: зеленовато-серый кирпич, мелкая черепица на крышах с "лошадиной головой" [1], искусная резьба галерей, цветочные ажурные окна – всё настолько изящное, что, казалось, не выдержит даже слабого мерцания клинков [2]. Однако именно этот тихий и утончённый уголок, как назло, граничил с самым воинственным из пяти континентов – Демоническим, и за последние сто лет не знал ни минуты подлинного покоя и мира.
_______________
1 Крыша с "лошадиной головой" – отличительный элемент архитектуры южного Китая, получила такое название потому, что напоминает скачущую лошадь. Такая многоступенчатая конструкция предотвращает распространение пожара, так как изолирует огонь и не даёт добраться до соседних домов.
2 Мерцание клинков (刀光剑影) – идиома, означающая сцену ожесточенных и кровопролитных боёв, яростного сражения.
_______________
Несколько дней назад, когда Цзи Мо отправлялся из Линьгуана на задание, в природе царствовала весна во всём своём буйстве ярких красок, сочных звуков и дурманящих ароматов: изумрудная шёлковая трава, огненно-красные искры цветов, нежные золотисто-зелёные ивы, а над ними – певчие птицы заливались в лазурном небе дивными сладкоголосыми трелями. Это было время бурлящей жизненной силы, время бодрости и задора… Теперь же, по возвращении, была всё та же весна, всё так же сияло солнце, но внутренние дворики и сады стояли заброшенными, на улицах не было ни души, лишь запустение и тишина встречали случайных гостей.
Нетрудно было догадаться, в чём заключались методы Демонического континента. У Святого Храма в каждом более-менее крупном городе Хаотяня располагался особый ритуальный зал, предназначенный исключительно для жертвоприношений. Так как захватчики хотели утвердить свою власть, а заодно спровоцировать Храм на ответные действия, то это место было наиболее логичным выбором для показательной казни слуг Божьих.
И действительно, когда Цзи Мо и Е Минцзюнь незаметно пробрались к ритуальному залу Линьгуана, то увидели служителей Храма – тех самых, что притворялись в Цзянъине простыми горожанами. Все они, пока ещё живые, были подвешены за руки перед вратами зала. Не успевших сбежать на кораблях жителей Линьгуана солдаты Демонического континента тоже согнали сюда, желая сделать очевидцами всего процесса казни, видимо рассчитывая, убивая курицу, запугать обезьяну [3].
_______________
3 Убить курицу, чтобы запугать обезьяну (杀鸡儆猴) – известная китайская стратагема, означающая наказывать одного в назидание другим, делать что-либо для устрашения других. А на более высоком уровне интерпретации понимается не только как средство устрашения, но и как способ побудить к определённым действиям.
История возникновения: В Древнем Китае считалось, что обезьяны боятся вида крови, поэтому уличные артисты убивали куриц у них на глазах, пытаясь таким методом запугивания приручить обезьян и заставить их выступать.
_______________
Тяжёлый запах крови, пропитавший воздух, никак не рассеивался. Трупы людей, пытавшихся дать отпор нападавшим, поспешно и грубо сваливали в одну кучу. Все остальные покорно повиновались приказам солдат, их лица выражали глубокую апатию и оцепенение.
Но даже в этой гнетущей и мрачной атмосфере, среди упавших духом людей подвешенный Цинь Йе отказывался сдаваться. Его руки были стянуты так сильно, что на запястьях появились фиолетовые кровоподтёки, но он продолжал гневно сверкать глазами, обвиняюще выкрикивая:
– Владыка Демонов и Верховный Жрец заключили договор о ненападении! На тридцать лет! Сейчас прошло только десять! А Демонический континент вторгся в наш город, убил и покалечил невинных жителей! За такое вероломство вас ждёт божественная кара!
– Не смеши меня! Во все времена мир преклоняется только перед силой. Десять лет назад этот старикан Су Гэ дал серьёзный отпор. В тот раз мой отец – Великий Владыка – отпустил вас. Теперь Демонический континент стал намного сильнее, мы пришли сражаться и убивать. И что вы нам сделаете?
После того, как Гоушэ заглотил городского Лорда, немногие смельчаки осмеливались подать голос. Поэтому, стоило кому-то заговорить, молодой человек в роскошном одеянии, восседавший на голове гигантского змея, тотчас развернулся к нему.
С неприкрытым сарказмом он добавил:
– Вы верите в своего Бога, но никакому божеству не под силу спасти вас. Я верю только в своего отца! Он дал мне несметное войско демонических зверей, способное сравнять небо с землёй. Самые сильные в нашем мире – это Небесные люди. Мой владычествующий отец – самый сильный из них. А значит, его слово – это божественное слово, его воля – воля Небес!
Этот щеголеватый юноша был сыном Владыки Демонов, принцем Йе По. Хотя они с Цинь Йе были примерно одного возраста, их судьбы разительно отличались. Признавая лишь силу и мощь, выходцы с Демонического континента не ведали к противнику ни жалости, ни милосердия. Всему миру было известно: если говорить о способностях к кровопролитиям и массовым бойням, то Демонический континент не знал себе равных.
Но Цинь Йе, которого Цзи Мо помнил всегда застенчиво улыбающимся, перед лицом Демонического принца, известного своей жестокостью, проявлял поразительное бесстрашие. Ехидная улыбка, так не свойственная этому молодому человеку, расцвела на его лице:
– Да брось, если Владыка Демонов и вправду такой непобедимый, почему до сих пор существуют остальные континенты? Ничего, уже скоро я увижу, как твоё хвалёное войско падёт от рук Верховного Жреца, заставив вас всех улепётывать, поджав хвосты!
– А у тебя крепкий хребет для такого мелкого щенка, – Йе По удивлённо изогнул бровь; похоже, он не ожидал, что в мире ещё остались смертные, имеющие наглость противиться Небожителям. – Жаль, но ты слишком слаб.
Перед его отъездом Владыка Демонов втайне дал ему особое задание – любой ценой захватить живым Великого Жреца Утренней Звезды Цзи Мо. Он не понимал, почему его всемогущий отец придаёт такое значение какому-то хаотяньскому жрецу. Но он абсолютно точно не мог разочаровать его.
– Пф, рано или поздно отец отправит Су Гэ составить вам тёплую компанию… А пока что займёмся нашими делами. Поскольку вашему Жрецу Утренней Звезды плевать, живые вы или уже подохли, то, уж извините, я тоже не буду вас щадить.
С кровожадной ухмылкой Йе По перевёл взгляд на мужчину, стоявшего на земле на коленях, и спросил, высокомерно задрав подбородок:
– Это ты – самый умелый дознаватель в Линьгуане?
Вообще-то этот человек был одним из стражников, отвечавших за поддержание закона и порядка в городах Божественного континента. Но сейчас он безропотно преклонял колени перед неприятелем и даже заискивающе улыбался тому, кто приказал разрушить его родной город:
– Да, Ваше Высочество.
Угодливая улыбка мужчины вызывала у Йе По чувство брезгливости. Люди Демонического континента всю жизнь стремились к ярким удовольствиям и острым ощущениям, поэтому откровенно презирали жителей Божественного континента, которым ради спокойной жизни приходилось и в словах, и в делах соблюдать законы Святого Храма.
Впрочем, у него возникла отличнейшая идея. Бросив вызывающий взгляд на Цинь Йе, чьё лицо выражало ненависть и отвращение, он сказал:
– Подвергни их всех линчи – нанеси каждому по 108 разрезов. Начни с того наглеца с крепким хребтом. Если он будет умолять о пощаде, я, так и быть, оставлю тебя в живых.
Услышав эти слова дознаватель с едва сдерживаемой радостью извлёк свой специальный нож для экзекуций. Он с нетерпением посмотрел на молодого слугу Божьего, не так давно смело вставшего на защиту города:
– Господин Цинь Йе, так или иначе ты всё равно умрёшь. Не лучше ли смириться и этим спасти мне жизнь? Считай это жертвой, принесённой во благо всего народа Божественного континента.
Как бы он ни храбрился, в конце концов, Цинь Йе был всего лишь шестнадцатилетним юношей. Он впервые отправился на задание, а Цзи Мо – Великий Белый Жрец, которого он сопровождал, – никогда и ни с кем не вступал в сражения. Естественно, что сейчас, перед угрозой линчи, он испытывал неизбежный страх. Но что по-настоящему шокировало его, так это то, с какой лёгкостью человек, стоявший напротив, согласился стать палачом.
Молодой священнослужитель, с детства получавший праведное воспитание в Храме, твёрдо верил, что каждый человек должен посвятить себя добру и свету, отстаивая справедливость и оберегая невинных; он даже осмелился гневно смотреть на Демонического Принца. Но он не понимал, почему люди, которых он самоотверженно защищал, в этот момент боялись и слово сказать, почему стражники, обязанные вместе с ним не жалея жизни оборонять город и жителей, повинуются врагу, как злобные псы. Юноша, всем сердцем стремящийся к свету, в этот миг словно оказался в кромешной тьме. Он окончательно запутался, но просить пощады не собирался, лишь с трепетом прикрыл глаза и, как делал каждый день в утренние часы в Святом Храме, произнёс слова, наполненные отчаянной надеждой:
– Боже, благослови этот мир.
– Как священнослужитель, Цинь Йе обладает высоким статусом. При желании он спокойно успел бы отплыть на последнем корабле, если б не остался защищать город.
Цзи Мо невозмутимо наблюдал за разворачивающейся трагедией. Он уже не раз видел подобные инциденты и давно завёл привычку перед началом миссии предупреждать своих подчинённых, чтобы в случае провала задания они не геройствовали, а немедленно возвращались в Храм и докладывали Верховному Жрецу о сложившейся ситуации. Все захваченные слуги Божьи выглядели незнакомо: должно быть, были юными и совсем ещё неопытными новичками, только что вышедшими из тростниковой хижины [4]. Это объясняло, почему они напрочь забыли его строгий приказ и бросились оборонять город, оказавшись в итоге в столь бедственном положении.
_______________
4 Выйти из тростниковой хижины (初出茅庐) – китайская идиома, означающая человека, попавшего в новое для себя общество или начинающего работать в новой сфере, наивного и неопытного.
_______________
Здесь была только малая часть людей из его отряда. Остальные, вероятно, выполнили его распоряжение и вернулись в Храм; но по правде говоря, Цзи Мо подозревал, что в будущем они вряд ли достигнут каких-то успехов. А те, кто действительно способны на что-то стоящее, сейчас по воле Принца Демонов были подвешены в ожидании казни и вскоре станут бездыханными изувеченными трупами.
К сожалению, в этом мире, где постоянно появляются Небожители, даже самый талантливый смертный будет просто никчёмным отбросом. Пусть он потратит всю жизнь на усердное культивирование, что он сможет против протагонистов-читеров?
И вот, посмотрите на него: даже прекрасно понимая, что лично он ничего не выиграет от спасения этих людей, он всё равно вернулся. Ну а раз уж он так и так здесь, то намерен добиться оптимального результата, чтобы соответствовать общеизвестному образу Жреца Утренней Звезды – расчётливого и корыстного эгоиста.
Придерживая ладонью Вуйен, Цзи Мо повернулся к стоявшему рядом бессмертному в белоснежных одеждах:
– Могу я узнать, когда Сяньцзюнь планирует приступить к действиям?
– Прямо сейчас.
Е Минцзюнь привык не откладывать дела, а действовать сразу – решительно и прямолинейно. Этот раз не стал исключением: едва прозвучали его слова, Цзи Мо, не успевший даже отреагировать, предстал перед людьми, за которыми только что наблюдал.
Внезапно обнаружив рядом с собой две подозрительные личности, Йе По ошеломлённо замер, но уже в следующий миг пришёл в себя и заорал:
– Кто вы такие?
Когда этот вопль достиг его слуха, Цзи Мо осознал, что только что произошло: Е Минцзюнь без какой-либо подготовки фактически вломился в центр вражеского окружения, да ещё и его с собой прихватил. В долю секунды проанализировав ситуацию, Цзи Мо сумел удержать на лице безмятежное выражение, словно имел в голове готовый бамбук [5], а Демонического Принца вообще ни во что не ставил. Но на самом деле он чувствовал, что у него голова идёт кругом.
Этот чёртов Сяньцзюнь надеется победить простой [6] низкоуровневой атакой?! Всего с 2% культивации сражаться в одиночку – ах да, не в одиночку, вместе со жрецом НУЛЕВОГО (!) уровня – против армии, возглавляемой Принцем Демонов?.. Нынче все главные герои такие безбашенные?!
_______________
5 Иметь в голове готовый бамбук (胸有成竹) – идиома, показывающая, что человек, прежде чем приступить к каким-либо действиям, составил в голове хорошо продуманный план.
История возникновения: художник Вэнь Юйкэ очень любил рисовать бамбук. Он посадил возле своего дома бамбуковую рощу и наблюдал, как она растёт и как выглядит в разные времена года. Образы бамбука глубоко отпечатались в его памяти, и каждый раз, когда он брал в руки кисть, чтобы рисовать, у него в голове уже складывалась подходящая картинка, поэтому все его произведения были уникальными, яркими и живыми. Когда люди спрашивали, как у него так получается, он скромно отвечал: «Я просто рисую бамбук, имеющийся в моей голове».
6 Простая (обычная) атака – во многих играх так называются атаки, для которых не используют никаких особых навыков или приёмов, только физическую силу.
_______________
Все присутствующие были в ступоре, зато его виновник оставался невозмутим и лишь ровным дружелюбным тоном заговорил с Йе По:
– Будь добр передать этих людей мне.
Маска на лице Цзи Мо – известный божественный артефакт этого мира, единственный в своём роде. Йе По хватило одного взгляда, чтобы опознать её, а значит, и определить личность владельца. Было логично предположить, что мужчина в белой одежде, сопровождавший Жреца Утренней Звезды, – никто иной, как недавно прибывший Небожитель.
Любой Небожитель не так прост, как может показаться на первый взгляд. На свете нет никого – конечно, кроме Цзи Мо – кто бы разбирался в их причудливых способностях. Гордый и заносчивый Йе По тоже не смел недооценивать пришельцев с небес. А потому он прежде всего призвал Гоушэ, чтобы обезопасить себя, и лишь затем, увидев, что Е Минцзюнь не двигается, холодно рассмеялся:
– Я не последний человек на Демоническом континенте. Что ты сделаешь, если я откажусь?
Крючковые змеи Гоушэ были огромными неповоротливыми тварями. И сейчас целых двадцать таких монстров нарезали круги над крышами ближайших домов. Один только ледяной взгляд этих холоднокровных животных способен был напугать до полусмерти кого угодно. Но Е Минцзюнь не удостоил их вниманием и невозмутимо ответил:
– Тогда я заставлю тебя… очень нежно.
Все, кто слышал эти слова, были поражены. Даже Цзи Мо не понимал, что творится в голове Е Минцзюня, и вынужден был вежливо поинтересоваться:
– Сяньцзюнь, не могу не спросить, почему именно "нежно"?
«Он что, даже этого мерзкого гадёныша Йе По считает… милым? Не слишком ли странные у него вкусы?»
Под пристальными взглядами многочисленной толпы бессмертный остался по-прежнему безмятежным и только мягко взглянул на Цзи Мо:
– Я очень давно не применял низкоуровневые техники. Не хочу испугать тебя, если вдруг перестараюсь и результат получится слишком разрушительным.
«Да-да, конечно, продолжай притворяться. Испугаешь меня? Серьёзно? Это какой такой "разрушительный" приём ты можешь использовать при 2% культивации?»
Несмотря на свой скептицизм Цзи Мо поддержал претенциозное выступление протагониста – раз уж они на одной стороне, то хочешь не хочешь, а нужно сотрудничать:
– Сяньцзюнь такой добрый, я восхищаюсь им, – с притворным обожанием вздохнул он.
Будучи сыном Небожителя, да ещё и Владыки Демонов, Йе По был весьма красив. Добавьте зловещую ци культиватора крови – неудивительно, что любой, увидевший его, будет сильно напуган. Но сейчас человек в белом относился к нему без должного уважения, непринуждённо болтая с Цзи Мо, словно это не они были окружены могучим вражеским войском.
«Боюсь, этот Небожитель не похож на других».
Всем известно, что Жрец Утренней Звезды умеет заглядывать в прошлое и предсказывать будущее, а раз он привлёк для помощи этого человека, значит у того необычные способности. Как минимум – необычные.
Цзи Мо – высокопоставленный Белый Жрец Святого Храма. С чего бы ему так почтительно относиться к неизвестному человеку, пусть даже и Небожителю? Глядя на это, Йе По ещё больше насторожился.
Он Принц Демонов. Он лицо Демонического континента, особенно когда находится за его пределами. Он не должен отступать! Хотя… никто ведь не запрещает сперва разведать обстановку.
Изобразив гневный вид, Йе По отдал приказ:
– Гоушэ, я хочу, чтобы вы съели его… ОЧЕНЬ НЕЖНО! И обязательно как следует пережуйте, перед тем как проглотить!
Цзи Мо, конечно, не подозревал о сложных умозаключениях Принца Демонов. Увидев готовящихся напасть Гоушэ, он мгновенно напрягся и бросил быстрый взгляд на Е Минцзюня. Герой оставался спокойным и расслабленным, лишь поднял голову, рассматривая огромных змеев. Красивые глаза засияли ярким мерцающим светом; нахмурившись, он сказал:
– Вы все ужасно уродливы.
Никак не ожидая, что в такой момент Е Минцзюнь будет переживать о подобных глупостях, Цзи Мо решил для себя, что этот главный герой всё-таки совершенно ненадёжен. Он уже протянул руку к пространственному браслету, собираясь достать свой последний козырь, как вдруг все двадцать змеев, надвигающихся на них со свирепым видом, по какой-то неведомой причине упали замертво. При ближайшем рассмотрении оказалось, что они были без сознания.
«Это что сейчас было? Е Минцзюнь использовал печать заклинания?.. Ну не может же быть, что эти змеюки получили 10000 очков морального урона из-за его комментария?! А в обморок упали, получается… от стыда?»
Разумеется, демонические звери Гоушэ, родившиеся в ядовитом болоте, не обладали настолько тонкой душевной организацией. Просто всё произошло так быстро, что даже Цзи Мо, стоявший рядом с Е Минцзюнем, ничего не успел заметить и потому никак не мог выкинуть из головы столь бредовую версию произошедшего.
Неужели этот бессмертный всё время лгал и его база культивирования на самом деле не запечатана?!
Терзаясь подозрениями, Цзи Мо незаметно переместил угол обзора Вуйен в попытке понаблюдать за своим спутником, но увидел всё то же равнодушное выражение лица. Как будто что-то почувствовав, Е Минцзюнь с любопытством потянулся к его маске.
Поспешно уклоняясь от рук мужчины с медвежьими [7] повадками, Цзи Мо никак не мог обнаружить уязвимых мест героя. Оставалось лишь беспомощно вздыхать:
«Этот странный сеттинг Е Минцзюня, ничего не вижу через него…»
_______________
7 "Медвежьи" – то есть принадлежащие медведю-ребёнку. Эта метафора уже встречалась в 4 главе, но напомню: "медвежонок" или "медведь-ребёнок" – человек, который ведёт себя своенравно, действуя в соответствии со своими желаниями и капризами, а не руководствуясь здравым смыслом, и этим раздражает окружающих и сбивает с толку.
_______________
Если даже Цзи Мо, практически всё знавший о Небожителях, не рассмотрел истинную сущность Е Минцзюня, то что уж говорить о других. Йе По не раз убеждался в чудовищной силе своих Гоушэ и потому сейчас был потрясён больше всех. Особенно его угнетала мысль, что он между делом нажил себе грозного врага. Так что сейчас он, и думать забыв о своей репутации, проворно отступил к телохранителям и испуганно спросил:
– Да кто ты, мать твою, такой?
_______________
Автору есть что сказать:
Йе По: Наш противник точно не ниже королевского ранга. Будьте осторожны, не позвольте себя схватить!
Цзи Мо: Ха, советую вам поскорее сдаться! (Выглядит уверенным, как опытный пёс, но на самом деле тихо паникует.)
Е Минцзюнь: Взгляни на этих маленьких милашек. Зачем ты обижаешь их?
Цзи Мо: Если проиграешь этот бой, то потеряешь объект своей стратегии. Уж поверь мне!
Е Минцзюнь: О-о… Эти змеи такие уродливые, я разберусь с ними.
Гоушэ: Да чтоб вас **** (нецензурная лексика).
http://bllate.org/book/13808/1218842
