Линь Чжаочжао проплакал в объятиях Сюэлегэра довольно долго. Лишь когда все слёзы иссякли, а одежды мужчины основательно промокли, он вдруг вспомнил, что в двух шагах от них валяется «труп».
— Эм… — Линь Чжаочжао слегка отстранился, не решаясь продолжить.
— Что такое?
Вместо ответа Линь Чжаочжао молча указал дрожащим пальцем в угол шатра.
— А это ещё кто? — Сюэлегэр был настолько поглощён юношей, что даже не обратил внимания на валяющееся в стороне тело.
— …Чиэрсы.
При звуке этого имени в глазах Сюэлегэра вспыхнула такая жажда крови, что воздух в шатре, казалось, заледенел.
— Почему он здесь валяется? — Сюэлегэр подошёл к распростёртому на ковре тысячнику.
— Я… взял подсвечник и ударил его по голове… — голос Линь Чжаочжао чуть дрожал. — Он упал и больше не шевелился. Кажется, я… убил его…
Его сердце сжималось от страха. Он убил тысячника племени Кэлецзи и теперь до ужаса боялся, что его поступок навлечёт страшную беду на Сюэлегэра и всё племя Сюэди.
— Отличная работа.
Линь Чжаочжао растерянно моргнул.
Узнав, что он совершил убийство, Сюэлегэр даже бровью не повёл. Он не только не упрекнул его, но и похвалил.
— Какая жалость, он не умер. Просто в отключке, — коротко проверив пульс, бесстрастно констатировал вождь.
— Не… не умер? — Линь Чжаочжао инстинктивно вжался в кровать, в груди снова заворочался липкий страх.
— Не умер, — Сюэлегэр выпрямился и с леденящим презрением посмотрел на бесчувственную тушу.
И прекрасно, что не умер.
Сдохнуть вот так просто — слишком лёгкое наказание для этой мрази.
Найдя прочную верёвку и крепко-накрепко скрутив Чиэрсы, Сюэлегэр вернулся к Линь Чжаочжао и взял его на руки.
— А если он очнётся и сбежит? — юноша крепко обхватил шею мужчины. В его глазах Чиэрсы был воплощением зла: живой он — беда, мёртвый — тоже беда.
— Не сбежит, будь уверен, — Сюэлегэр вынес его наружу и бережно усадил в их собственную повозку. — Отдохни здесь немного.
— Куда ты? — Линь Чжаочжао вцепился в него, наотрез отказываясь отпускать.
— Не бойся, здесь только наши люди. Никто больше не причинит тебе зла, — Сюэлегэр ласково погладил его по спине. Видя, как отчаянно Линь Чжаочжао цепляется за него, он не испытывал ни малейшей радости — лишь бесконечную, разъедающую душу горечь.
Его Лочу, сокровище, которое он готов был носить на руках и сдувать пылинки, пережил такой немыслимый кошмар.
Понимая, что у вождя ещё остались незавершённые дела, Линь Чжаочжао, хоть и со страхом в сердце, послушно забрался в повозку.
— Возвращайся скорее.
— Хорошо.
— Как только закончишь — сразу ко мне.
— Хорошо.
Линь Чжаочжао опустил глаза и, разжав пальцы, отпустил край чужой одежды:
— Я хочу уехать отсюда. Хочу поскорее вернуться домой.
— Хорошо.
Сюэлегэр соглашался на всё. Его взгляд, обращённый к юноше, был мягким, как весенние воды, словно перед Линь Чжаочжао стоял совершенно другой человек.
— Спи, Лочу. А когда проснёшься, мы поедем домой, договорились?
Линь Чжаочжао кивнул и послушно скрылся в повозке.
Но стоило пологу опуститься, как взгляд Сюэлегэра разительно переменился. В его глазах застыл мёртвый, непроницаемый лёд.
— Охранять повозку ценой жизни. Что бы ни случилось снаружи, не смейте тревожить госпожу.
— Слушаемся, вождь!
Сюэлегэр вернулся в разорённый лагерь Шуйи. Ночная атака увенчалась абсолютным успехом. Враг, погрязший в пьянстве и блуде, не смог оказать ни малейшего сопротивления.
— Вождь, выжившие люди Шуйи и воины Чиэрсы взяты в плен, — доложил Дажибатэ, замявшись. — Только вот самого Чиэрсы нигде нет…
— Не нужно его искать, — Сюэлегэр вошёл в шатёр и выволок связанную тушу наружу, словно мешок с требухой.
Дажибатэ зачерпнул ведро ледяной воды и с размаху плеснул её в лицо Чиэрсы.
— Кха! Кха-кха! — от обжигающего холода тысячник содрогнулся и мутно приоткрыл глаза.
Он тяжело заворочался, ещё не до конца осознавая, в каком аду очутился.
— Где я?.. Башка раскалывается… Ах ты ж шлюха подзаборная… — не успел он договорить, как жгучая, рвущая плоть боль пронзила его рот.
Глаза Чиэрсы полезли на лоб, и он едва снова не лишился чувств. Лезвие кривой сабли с хрустом вошло ему прямо между челюстей.
Сюэлегэр с силой провернул клинок. То ли из-за того, что лезвие отсекло язык, то ли от невыносимой боли, но из горла Чиэрсы вырвался жуткий, нечеловеческий булькающий хрип. По лезвию сабли изо рта хлынула густая, тёмная кровь.
— Некоторым тварям язык ни к чему, — Сюэлегэр резко выдернул окровавленный клинок и с ледяным равнодушием посмотрел, как плачущий от боли Чиэрсы бьётся в конвульсиях, зажимая искалеченный рот.
— Прибейте его к деревянному столбу. Но не дайте ему сдохнуть, — бросил Сюэлегэр Багэну.
— Слушаюсь, — Багэн и его люди поволокли мычащего, захлёбывающегося кровью Чиэрсы прочь.
— Где Уладацзинь?
— Под стражей в вон том шатре, — ответил Дажибатэ.
Едва Сюэлегэр шагнул внутрь, как Уладацзинь в панике бросился ему навстречу, но охранники тут же скрестили на его шее кривые клинки.
— Племянник Сюэлегэр, наконец-то ты здесь! — лицо Уладацзиня скривилось от отчаяния и страха. — Что же ты творишь? Это всё ужасное недоразумение! Женщину украл Чиэрсы, моё племя Шуйи тут совершенно ни при чём!
— Недоразумение, — повторил Сюэлегэр, глядя на старика так, словно видел его гнилую душу насквозь.
— Да! Это всё Чиэрсы! Он сам притащил её в мой лагерь! У него приказ Ван-хана, я ничего не мог поделать, клянусь! — Уладацзинь продолжал изливать потоки оправданий, умоляя о пощаде.
Сюэлегэр едва заметно махнул рукой, и холодная сталь отодвинулась от горла Уладацзиня.
— Выходит, я вас неверно понял, дядя Уладацзинь?
— Конечно, племянник! Конечно! — Уладацзинь, решив, что слова подействовали, поспешил закрепить успех. — Я же названый брат твоего отца! Анда! Я даже хотел выдать за тебя свою единственную дочь! Разве племя Шуйи когда-нибудь предавало друзей?!
— Хорошо. Я вас услышал.
— Ох, слава небесам, что ты всё понял! Прикажи своим воинам отступить, прошу тебя… — Уладацзинь только было перевёл дух, как Сюэлегэр выхватил саблю и приставил острие прямо к его груди. — Ч-что ты делаешь?..
— Если вы своими руками убьёте Чиэрсы, дядя Уладацзинь, я поверю каждому вашему слову, — Сюэлегэр немигающе уставился в расширившиеся от ужаса глаза вождя.
— Ты хочешь, чтобы я убил Чиэрсы?! Но почему я?!
— Враг моего друга — мой враг. Разве для того, чтобы убить своего врага, нужны какие-то особые причины?
Лицо Уладацзиня окаменело:
— Чиэрсы — анда сына Ван-хана! Если я убью его, племя Кэлецзи сотрёт меня и мой народ с лица земли!
— Значит, мести Кэлецзи вы боитесь, а гнева Сюэди — нет? — холодно изогнул бровь Сюэлегэр. — Я верю только поступкам друзей, дядя Уладацзинь.
Уладацзинь долго смотрел на поблёскивающее лезвие, но в конце концов замотал головой:
— Нет… Я не могу убить Чиэрсы. Это безумие…
— Если вы не убьёте его, я убью вас.
Лицо Уладацзиня стало пепельно-серым. Посмотрев в глаза Сюэлегэру, он понял, что тот не шутит.
— Раз вы выбрали сторону врагов Сюэди, значит, вы и ваши люди сполна отведаете моей мести, — Сюэлегэр опустил саблю и развернулся, чтобы уйти.
— Нет! Стой! Сюэлегэр, племянник, постой! Ты не можешь так поступить… — вспомнив об участи вырезанного до последнего человека племени Ханьмань, Уладацзинь окончательно сломался. Липкий ужас подавил все остальные инстинкты.
— Я уже дал вам шанс доказать свою преданность.
— Я убью! Я убью его! Я прямо сейчас пойду и убью Чиэрсы!
Дрожа как осиновый лист, Уладацзинь выхватил саблю из рук Сюэлегэра и, пошатываясь, выбежал из шатра.
Первым, что бросилось ему в глаза, был Чиэрсы, распятый на деревянном столбе и извивающийся в агонии.
Уладацзинь сглотнул, его пальцы, сжимающие рукоять, мелко дрожали. Но стоило ему перевести взгляд и увидеть свою жену, детей и соплеменников, стоявших на коленях, словно овцы на бойне, под занесёнными клинками воинов Сюэди, как его хватка стала стальной.
Дьявол… Зачем он только связался с этим степным дьяволом…
— Будь ты проклят, Чиэрсы! Как ты посмел оскорбить сына моего покойного анды?! Сегодня я, Уладацзинь, свершу над тобой кровавую месть! Я отрублю тебе голову в утешение душе моего брата!
С истошным воплем Уладацзинь бросился вперёд и с размаху обрушил клинок на привязанного к столбу человека.
— Месть! Месть! Месть!
Когда отрубленная голова Чиэрсы с глухим стуком покатилась по земле, все воины Сюэди вскинули вверх окровавленные сабли и разразились оглушительным, яростным рёвом.
— Вождь, Чиэрсы мёртв. Как поступить с выжившими из его свиты? — подошёл за приказами Дажибатэ.
http://bllate.org/book/13696/1506981
Olliargent (читатель/заложение основ)
11 июня 2026 в 03:34
0
Готово:
