Мясо имело густой дымный привкус, как будто весь черный дым над костром был поглощен им. К тому же оно было жестким, твердым и несоленым. Шу Цзинтянь боялся, что мясо не пропечется полностью, и поэтому намеренно жарил его подольше, что привело к тому, что в некоторых местах оно обгорело.
Шу Цзиньтянь изо всех сил старался прожевать кусок, но не мог этого сделать. Мясо было твердым, как дерево. Поэтому он предпочел просто проглотить его целиком.
- Ханью, не хочешь пойти и попробовать? Полагаю, ты никогда не ел жареного мяса. Угощайся, ба!
Шу Цзиньтянь взял другой кусок мяса, который был зажарен еще сильнее, и злобно ухмыльнулся. Однако он вдруг обнаружил, что большая змея не только не обвивалась как обычно вокруг него, но даже уползла подальше.
Змей боится огня?
Шу Ханью наклонил голову и нерешительно посмотрел на предложенное угощение. Извиваясь, он медленно приблизился к самке. Затем он вытянул раздвоенный язык и осторожно прикоснулся к куску, но тут же убрал язык, словно обжегся.
Шу Цзиньтянь улыбнулся и отложил мясо, которое Шу Ханью лизнул сбоку, в сторону, затем взял еще один кусок мяса, чтобы съесть.
- Ты боишься обжечься, да? Я положу его сюда, чтобы оно немного остыло, а потом ты сможешь съесть его через некоторое время.
Шу Ханью кивнул и поскорее отполз. Находясь слишком близко к огню, он чувствовал, что его кожа стала сухой.
Шу Ханью перекинулся в человека и стал гораздо увереннее. Он обхватил самку сзади, заслоняясь ее телом от иссушающего жара открытого огня. Шу Ханью протянул руку, чтобы ткнуть в мясо, которое она отложила для него. Чувствуя, что его можно удержать, он собрал все свое мужество, помял его в руке.
Теплый, как самка. Шу Ханью бесстрастно положил мясо в рот.
Шу Цзиньтянь перестал есть и повернулся, чтобы посмотреть с улыбкой на лице, как Шу Ханью ест. Предложив змее разделить такую гадость с ним, накормив ею. Хорошо это он придумал, чтобы поиздеваться над ней.
Шу Ханью сунул весь кусок целиком, набив рот, прожевал, потом бесстрастно проглотил.
Веселое выражение лица Шу Цзиньтяня застыло. Вот так просто? Он действительно не подарил ему никакого чувства удовлетворения.
- Если тебе нравится, ешь больше, ба.
Шу Цзиньтянь достал еще мяса и положил его рядом с Шу Ханью, который покачал головой:
- Ты ешь!
Он лишь хотел проверить, съедобно ли то, что ела самка. Однако он нашел ее предпочтения действительно странными. Она не будет есть хорошую свежую пищу, как ту, что он принес, вместо этого она превращает ее во что-то подобное, чтобы съесть.
Шу Цзиньтянь машинально доел остатки мяса. Во всяком случае, он хотя бы набил желудок. Ему не хотелось тушить костер. У него была только одна зажигалка, и она когда-нибудь закончится. Он должен экономить там, где может.
Он использовал зеленые ветки и листья, прикрыв огонь, чтобы не вызвать лесной пожар. Затем он насыпал сверху слой земли и оставил несколько отверстий, чтобы оставить вентиляцию, позволил костру медленно тлеть.
Они вдвоем попили воду у реки и привели себя в порядок. После чего Шу Цзиньтянь лениво разлегся на траве на берегу реки, глядя в звездное небо.
Незнакомое звездное небо было заполнено мерцающими звездами. Мирное ночное небо было огромным, сияющим, темно-синего цвета.
"Как красиво. Там так много созвездий. Я никогда не видел столько звезд. В прошлом небо всегда было темным, и я мог видеть только редкие особо крупные отдельные звезды. Только лунный свет мог проникнуть сквозь слои пыли, красиво сияя.”
Шу Ханью тоже лежал рядом с самкой, обняв ее за плечи и глядя ей в лицо.
- Звезды здесь такие яркие, а почему нет луны?
Шу Ханью прикоснулся к мягким волосам самки, внимательно прислушиваясь. Одна рука спонтанно ласкала женское тело.
Шу Цзиньтянь мгновенно покрылся мурашками и вскочил с земли, но Шу Ханью с силой потянул его вниз, прижав голову Шу Цзинтяня к своей груди.
Шу Цзиньтянь нахмурился и,се еще сопротивляясь, когда рука, обхватившая его, внезапно стала такой сильной, что он едва смог вздохнуть.
- Веди себя хорошо, не двигайся, - теплый голос совсем не походил на голос насильника. Шу Цзиньтянь так сжал зубы от охватившей его злости, что они заныли. Он бессильно стучал ногами по земле. Шу Ханью крепко прижал его, не давай возможности шевельнуться.
- Я спрашиваю, почему вы, змеи, так любите обвиваться вокруг всего подряд? Посмотри по сторонам, вокруг много деревьев. Иди пообвивайся вокруг них. На свой выбор. Так зачем ты обнимаешь меня?
- Потому что ты мой.
- …? - Шу Цзинтянь.
Шу Цзиньтянь был взволнован и раздражен. Он уперся подбородком в обнаженную грудь Шу Ханью, его голова двигалась вверх-вниз, пока он говорил.
- Но почему? В лесу так много всяких тварей. Почему ты должен выбрать меня?
- Потому что ты... - "Потому что ты самка, его редкая самка," - однако Шу Ханью не знал, как сказать "самка" на языке Шу Цзиньтяня, и мог только промолчать.
- Хм! - Шу Цзиньтянь был не склонен продолжать этот глупый разговор с дикой змеей, оставаясь лежать неподвижно на обнаженном теле другого, и отдыхал.
Шу Ханью продолжал беспорядочно гулять по его телу. Шу Цзинтянь полагал, что это скоро пройдет, просто нужно будет потерпеть. Разве это не просто зверь? Большая змея, которая любила обвиваться вокруг людей? Просто подумай об этом, как о том, что носишь живое боа.
Таким образом, Шу Цзиньтянь продолжил прикидываться человеком-овощем, пока…
Он вдруг начал вырываться и, подняв голову, сердито сказал:
- Отпусти, - и получил в ответ предупреждающий взгляд.
Шу Цзиньтянь деликатно решил не обращать внимания, стиснув зубы. "Просто временно потерплю эту руку засунутую мне в штаны и разминающую мою задницу."
- У меня болит живот, я хочу облегчиться, так что, может быть, ты позволишь мне уединиться?
Если его невинная просьба не сработает, он придумает еще что-нибудь жалобное. Шу Цзиньтянь сменил тон, и его поведение сразу стало другим.
Надо признать, что актерское мастерство Шу Цзиньтяня было на высоте. Если он собирался разыграть сценку, то он действительно это сделает. Изобразив на лице страдания, сжимая живот и согнувшись в талии, как будто у него действительно был понос, он чала свою игру:
- Может быть, у меня несварение желудка от того, что я только что съел, так что ты позволишь мне облегчиться, хорошо? Ханью ~
Как Шу Ханью мог не позволить ему этого, когда Шу Цзинтянь так его умолял? Он неохотно вынул руку и отпустил самку.
Шу Цзиньтянь поспешно вскочил и, схватившись за живот, побежал в густые кусты.
Шу Цзиньтянь услышал позади себя какой-то звук и обернулся. Шу Ханью шаг за шагом следовал за ним.
- Это... Я не смогу это сделать, если ты пойдешь за мной. Так что жди меня здесь, ба!
Услышав это, Шу Ханью остановился, ожидая его за кустом.
- Перестань за мной украдкой подглядывать. Ах, что за взгляды искоса. Нет, не могу. Я ухожу еще дальше.
Шу Ханью улыбнулся и молча позволил самке отойти подальше.
Шу Цзиньтянь вошел в непроглядную чащу. В тот момент, когда он обрел свободу, его первая мысль была о побеге.
Была глубокая ночь, большая змея не последовала за ним, должен ли он бежать? Какое-то время в голове Шу Цзиньтяня быстро крутились шестеренки.
Через несколько минут Шу Цзиньтянь послушно вышел. Видя, что Шу Ханью все еще стоит в той же позе, ждет его. Он действительно не мог понять ход мыслей большой змеи. Какая от него польза большой змее? Разве это не всего лишь возможность оборачиваться вокруг него каждый день? Почему большая змея так опекает его?
Шу Цзиньтянь приглушенным голосом сказал:
- Эй.
- М-м-м? - Шу Ханью подошел к женщине и взял ее за руку, его напряжение немного спало.
На самом деле, в тот момент, когда Шу Цзиньтянь раздумывал о побеге, он сам же пресек эту идею в зародыше.
Во-первых, темнота была препятствием для людей и была очень опасна.
Во-вторых, для дикой змеи темнота не могла быть серьезной проблемой. Ночью она также могла ловить крупную добычу, так что, возможно, ночью превосходство змеи было еще очевиднее.
Вероятность успеха побега была почти равна нулю, и поэтому Шу Цзиньтянь быстро отказался от этой идеи.
Присаживаясь и пригибаясь, он умудрился по-настоящему покакать. Шу Цзиньтянь использовал землю, чтобы закопать свои отходы, прежде чем уйти.
Шу Цзиньтянь понятия не имел, что если бы он действительно не сделал этого, даже если бы он вернулся, Шу Ханью узнал бы о том, что он лжет. Не подозревая, он прошел испытание по счастливой случайности.
Из-за того, что Шу Цзиньтянь намеренно делал все возможное, чтобы показать свое послушание, бдительность большой змеи по отношению к нему становилась все меньше и меньше, и она часто позволяла ему самому решать свои физиологические проблемы. Конечно, Шу Ханью всегда был по соседству.
Кроме охоты Шу Ханью проводил все свое время, цепляясь за Шу Цзиньтяня; обвиваясь вокруг него, как будто они были страстной парой влюбленных.
Шу Ханью наслаждался этим, и дни проходили спокойно. Однако Шу Цзиньтянь был невыразимо несчастен. Такой как он, боявшийся змей с юных лет, каждый день опутывался питоном и каждое утро просыпался в его кольцах. В такие моменты он был близок к нервному срыву.
Те несколько раз, когда он ходил облегчиться, стали временем, когда Шу Цзиньтяню позволили вздохнуть свободно.
Шу Цзиньтянь все лучше узнавал большую змею научился придумывать всевозможные предлоги, чтобы избежать змеиных объятий вокруг себя. Но по мере того, как большая змея ослабляла свою бдительность за ним, ее интимные движения становились все активнее.
Шу Цзиньтянь крепко спал, когда в оцепенении почувствовал что-то во рту и инстинктивно укусил. Ледяная, но узкая и длинная, эта холодная штука вскоре нагрелась у него во рту.
Держать что-то во рту - не самое лучшее решение, чтобы крепко спать, и он попытался выплюнуть эту штуку. Однако то, что было у него во рту, казалось живым и извивалось во рту повсюду. Эта штука даже схватила его высунутый язык, лишая его возможности пошевелить им.
Шу Цзиньтянь неловко заерзал. Чувствуя, как его тело сжимают, он понял,что это большая змея все еще обвивает его.
Внезапно Шу Цзиньтянь почувствовал, что эта штука у него во рту каким-то образом похожа на питона, обвивающегося вокруг его тела, и вдруг что-то понял. Шу Цзиньтянь был так напуган, что сон как рукой сняло.
Шу Цзиньтянь резко открыл глаза, перед глазами очень близко он увидел змеиную голову с парой холодных прозрачных глаз, в которых ясно отразились его собственные испуганные широко распахнутые глаза.
- М-м-м-м... Отпусти меня... Ву!
Его рот был заполнен, и он не мог его закрыть. Обильная слюна потекла по щекам и шее.
Раздвоенный язык во рту гибко обвился несколько раз, прежде чем медленно отпустить язык и постепенно отступить.
Когда этот длинный змеиный язык освободил его язык, во рту Шу Цзиньтяня выделилось слишком много слюны, потекшей наружу вслед за убранным змеиным языком, капая на обнаженное в этот момент тело Шу Цзиньтяня.
- Уф! Пх-х-х! Буэ-э-э!
Шу Цзиньтянь склонился в сторону и выплюнул слюну, испытывая такое отвращение, что ему захотелось вынуть даже свои внутренности, чтобы промыть их. Тем не менее его не вырвало. Он даже не смог бы этого сделать, если бы его сильно укачало.
Кроме выплюнутой слюны, он ничего не мог из себя исторгнуть. Он просто чувствовал гребаное отвращение в своем сердце.
Спустя длительное время Шу Цзиньтянь наконец повернул голову и недоверчиво посмотрел на большую змею.
- Что ты делаешь? Как такое может быть? - сердито сказал Шу Цзиньтянь, широко раскрыв глаза.
Отвратительный вид самки разозлил Шу Ханью, его глаза опасно сузились, а мощный хвост крепко обвился вокруг нее.
Шу Цзиньтянь внутренне вздрогнул и осторожно остановился, не смея больше двинуться. Шу Цзиньтянь лично испытал на себе безжалостность большой змеи и не осмелился ей сильно дерзить, даже когда злился В конце концов он просто с негодованием уставился на Шу Ханью.
- Хс-с-с-с ~
Длинный раздвоенный язык снова потянулся к Шу Цзиньтяню. И он о чем-то догадавшись, содрогнулся и начал вырываться в попытке убежать.
Хвост, обернутый вокруг Шу Цзиньтяня еще сильнее его сжал, лишив его возможности двинуться.
- Нет! - тело Шу Цзиньтяня напряглось, и он испуганно вскрикнул.
Время, казалось, замедлилось, и глаза Шу Цзиньтяня расширились, его зрачки сузились, когда он увидел раздвоенный язык, приближающийся к нему.
http://bllate.org/book/13544/1202562
