Глава 3: Сомнение
Ци Минь проснулся очень рано. Левая нога тупо ныла. Взглянув на часы, он увидел, что еще только пять утра. Попытался снова заснуть, но сон не шел.
Налил стакан воды из термоса, стоявшего на тумбочке, проглотил одну из капсул, данных доктором Вэем. Только он собрался снова лечь, как из тихого коридора донесся топот множества ног.
Любопытство взяло верх. Опираясь на костыль, он вышел из палаты.
В дальнем конце коридора мелькнули фигуры — Вэй Вэньхуа, еще один врач в белом халате и несколько медсестер. Они бежали в его сторону, но не доходя до его палаты, резко свернули на соединительный мост.
Ци Минь вернулся в палату и выглянул в окно. Краешек белого халата мелькнул и исчез в дверном проеме коридора на той стороне. «Кажется, там онкологическое отделение», — припомнил он.
К тому времени, как рассвело, больница ожила. Коридоры наполнились шагами, разговорами, покашливанием. Около восьми утра в палату Ци Миня вкатили инвалидное кресло, в котором сидел пациент, замотанный в бинты с ног до головы, точно мумия. Медсестра, перекладывая тихо стонущего пациента на свободную койку через одну от Ци Миня, попутно объясняла ему правила внутреннего распорядка, время заказа еды и раздачи кипятка.
— Если что-то понадобится, нажмите кнопку вызова у изголовья. Вот этот проводок, свисает рядом с подушкой.
Лицо у медсестры было уставшим, но говорила она мягко и терпеливо. Напоследок налила пациенту стакан воды. Тот принял лекарство и затих, больше не двигаясь.
Словно кто-то щелкнул невидимым тумблером — в течение следующего часа палата заполнилась новыми пациентами. Привезли мужчину средних лет, перенесшего операцию по удалению геморроя, и молодого парня с аппендицитом. Тихая палата мгновенно превратилась в гудящий улей.
Мужчина с геморроем поначалу был бодр и даже пытался завязать разговор с молодым соседом через койку. Но не прошло и получаса, как его лицо исказилось от боли, и он, уткнувшись лицом в подушку, принялся стонать, не переставая.
Молодому парню с аппендицитом операция предстояла только завтра. Он немного почитал книгу, но вскоре его забрала медсестра — готовить к операции, брить операционное поле. Палата опустела, и теперь ее наполняли только непрекращающиеся стоны несчастного мужчины.
Кровать Ци Миня стояла у окна, дальше всех от двери. Мужчина с геморроем лежал на койке у самого входа. Между ними расположились койки молодого парня и пациента-«мумии». Кровать стонущего дядьки оказалась как раз рядом с «мумией».
Ци Миню было все равно — он как раз закончил обедать, когда привезли этого мужчину, потом немного поиграл в телефон и теперь дремал сидя, прислонившись к подушкам. А вот новому соседу, похоже, было не по себе. Зрелище неподвижной, замотанной в бинты фигуры на соседней койке явно действовало ему на нервы. Откуда он такой взялся? Что с ним случилось? Почему он лежит так тихо, не шевелясь? Даже непрерывные стоны не могли его разбудить. Ни звука, ни движения…
«А вдруг… вдруг он умер?!»
Эта мысль заставила мужчину похолодеть. Он стал пристально наблюдать за «мумией». Приглядевшись, он с ужасом заметил, что живот соседа совершенно неподвижен, дыхания не видно! В одно мгновение лоб мужчины покрылся испариной.
Ци Минь открыл глаза как раз в тот момент, когда перепуганный до смерти дядька судорожно жал на кнопку вызова медсестры.
Вскоре в палату вошла медсестра средних лет с суровым лицом. Она решительно направилась к койке «мумии» и протянула руку к его шее, чтобы проверить пульс.
В этот момент «мумия» шевельнулся и, с трудом разлепив глаза, пробормотал невнятно:
— Чё такое?
— А, ничего, — невозмутимо ответила медсестра. — Одеяло сползло, я поправлю. — И для убедительности действительно поправила одеяло.
— А-а… — промычал пациент. Он инстинктивно чувствовал какой-то подвох, но лекарства делали свое дело — сонливость накатывала снова. Веки слипались. Пробормотав что-то нечленораздельное, он снова уснул мертвым сном.
Ци Минь: «…»
Стонущий дядька: «…»
Медсестра бросила на них обоих долгий, многозначительный взгляд. Не сказала ни слова, но этот взгляд был красноречивее любых речей. Молча развернувшись, она вышла из палаты.
В воздухе повисла гнетущая неловкость.
Ци Минь поднялся на костылях и демонстративно прошелся перед койкой дядьки, показывая, что с ним-то все в порядке. Затем тоже направился к выходу.
Он доковылял до соединительного моста — подышать свежим воздухом, погреться на солнышке. И снова увидел Вэй Вэньхуа. Доктор стоял в дальнем конце моста и разговаривал с пожилой женщиной в больничной пижаме. Даже с расстояния в несколько метров под его очками были заметны темные круги усталости. «Неужели он все еще не ушел после ночного дежурства? Уже ведь день», — подумал Ци Минь.
У пожилой женщины, похоже, были проблемы с горлом — говорила она невнятно, глотая слова. Но Вэй Вэньхуа терпеливо слушал. Ци Минь подошел поближе и прислушался. Старушка, явно выжившая из ума, повторяла одно и то же по кругу. Ци Минь быстро устал от этого бессвязного бормотания, но Вэй Вэньхуа продолжал слушать с неизменной улыбкой. Заметив Ци Миня, топчущегося неподалеку, он кивнул ему, не меняя выражения лица. Уголки его губ были все так же вежливо приподняты.
На мосту поднялся ветер, стало прохладно. Ци Минь плотнее запахнул куртку и, опираясь на костыль, побрел обратно в палату. Проходя мимо койки стонущего дядьки, он снова задержался на мгновение, демонстрируя свое присутствие.
Дядька: «…»
К ужину в палату пришла мать «мумии» с термосом. Из их разговора Ци Минь узнал, что мужчина — его звали Юэцзы — держал небольшой лоток с завтраками, готовил рис в бамбуковых стеблях. Несколько дней назад, около четырех-пяти утра, он как раз выкатил свою тележку на перекресток, когда увидел, как несколько парней пристают к девушке. Поняв, что дело нечисто, он бросился на помощь. Парни, похоже, были пьяны, завязалась драка… вернее, избиение — Юэцзы досталось по полной программе. Позже девушка вызвала полицию, хулиганов забрали, а Юэцзы доставили в ближайшую больницу Дунчэн.
— Ты хоть отбиваться-то пробовал?! — ворчала мать, кормя его с ложечки. — Я была в полиции, видела этих отморозков — как новенькие! А на тебя посмотреть страшно! И так не красавец, а теперь еще и рожа как у свиньи! Глаза бы мои не глядели!
— Мам, если бы я стал отбиваться, это была бы обоюдная драка! — промычал Юэцзы сквозь бинты. — Тогда бы я сейчас не в больнице лежал, а в камере с этими ублюдками сидел! А ты бы бегала, выкупала меня!
— Ишь ты, остряк! Убили бы тебя там на месте, и дело с концом! Меньше бы мне забот было! — Мать легонько стукнула его по плечу, но даже это заставило Юэцзы скорчиться от боли.
Вечером в палату пришла та самая девушка — лет двадцати с небольшим, симпатичная — вместе с родителями. Они принесли корзину с цветами и фруктами. Долго благодарили Юэцзы, пытались вручить ему большой красный конверт с деньгами. Мать Юэцзы, еще недавно ворчавшая на сына, теперь рассыпалась в любезностях и от конверта решительно отказывалась.
— Ну что вы, что вы! Не нужно! Нам достаточно вашего внимания! Юэцзы поступил как настоящий мужчина! Разве можно пройти мимо, когда такое творится?! Полицейские мне все рассказали! Эти хулиганы напали первыми, все на камерах записано! Они и так оплатят все лечение! Не нужно нам ваших денег!
После долгих уговоров и отказов девушка с родителями сдались. Они еще раз поблагодарили Юэцзы, оставили ему пакеты с какими-то закусками и предметами первой необходимости и, поскольку было уже поздно беспокоить больного, ушли.
Когда выяснилось, что «мумия» — герой, спасший девушку, в палате началось оживление. Молодой парень и дядька с геморроем наперебой расхваливали Юэцзы, их лица сияли так, будто это они сами совершили подвиг. Они настойчиво просили рассказать подробности героического спасения. Мать Юэцзы, поначалу злившаяся на сына за безрассудство, теперь раскраснелась от гордости и смущения.
Оживление продолжалось до самого отбоя. Когда мать Юэцзы ушла, палата наконец погрузилась в тишину.
Ци Минь лежал на кровати без дела. Какое-то смутное беспокойство не давало ему покоя, хотелось встать, пройтись.
На следующий день, снова выйдя на соединительный мост, он помедлил и повернул обратно, решив пройтись по коридору онкологического отделения на той стороне. Он слышал от других пациентов, что там лежат в основном больные раком. Часто видел, как они выходят на мост подышать воздухом.
Войдя в коридор, Ци Минь удивился — здесь было довольно людно. Палаты, мимо которых он проходил, были переполнены. Почти у каждой кровати стоял штатив с капельницей. Родственники и медсестры сновали туда-сюда. Но, несмотря на эту суету, в воздухе витала атмосфера уныния и безнадежности.
Проходя мимо одной из палат, он заметил старика, лежащего на кровати и повернувшего голову к двери. Старик был худ, как скелет. Увидев Ци Миня, он вперился в него мутным, немигающим взглядом.
Ци Минь дошел до конца коридора, но так и не увидел ни одной пустой койки. Нахмурившись, он повернул обратно.
Пожилая женщина сидела на стуле у стены, невидяще уставившись перед собой. Когда Ци Минь снова проходил мимо, она вдруг окликнула его:
— Ты кого-то ищешь?
Ци Минь вздрогнул от неожиданности, но остановился и заговорил с ней. По невнятной, шамкающей речи он узнал старушку, которая вчера на мосту донимала доктора Вэя своими бесконечными повторениями.
— Да, — соврал Ци Минь, не моргнув глазом. — Несколько дней назад встретил на мосту одну пожилую женщину. Она попросила меня позвонить ее внуку… Я ждал несколько дней, но она больше не появлялась. Боюсь, как бы с ней чего не случилось. Вот решил поискать. — И он демонстративно похлопал себя по карману, где лежал старенький телефон Motorola.
Старушка долго смотрела на его карман, потом кивнула.
— А, это ты про Линь Ечжэнь… Она тут недолго пробыла. До этого все в реанимации лежала, только недавно перевели обратно. Второй сын сначала навещал, а потом перестал… Больше и не приходил… Парень, ты ее внук, что ли?
— Бабушка, вы ошибаетесь. Я не ее внук.
Старушка кивнула и снова забормотала себе под нос:
— А она перед смертью вроде получше стала… Все говорила, что хочет тебя увидеть… Бабушка твоя по тебе скучала… А все равно не выкарабкалась… Утром проснулась, гляжу — а она лежит… вся синяя уже…
Ци Минь нахмурился, с трудом разбирая ее бессвязную речь. Поправлять ее он не стал. Старушка говорила обрывками, путая слова и мысли, но общий смысл Ци Минь уловил.
— А вы знаете, отчего умерла Линь Ечжэнь? — громко спросил он, перекрикивая шум коридора.
Старушка блуждающим взглядом обвела потолок, стены. Потом снова уставилась на Ци Миня и опять за свое:
— А, Линь Ечжэнь… Ты ищешь Линь Ечжэнь… Ты ее внук, я тебя знаю…
Ци Миню пришлось проявить немало терпения, ведя этот бессмысленный диалог, прежде чем он получил ответ на свой вопрос.
— Сказали, сердце отказало, — медленно прошамкала старушка. — Доктор сказал, раковые клетки в легкие пошли… Рак легких, последняя стадия… Так часто бывает… Доктор Вэй сказал… органы отказали… так часто бывает… не спасли…
— Доктор Вэй?.. Вы имеете в виду доктора Вэй Вэньхуа? — услышав знакомое имя, Ци Минь невольно наклонился к старушке.
В этот момент за спиной раздался голос:
— Что ты здесь делаешь?
Ци Минь медленно выпрямился и обернулся. Позади него, засунув руки в карманы халата, стоял Вэй Вэньхуа. Его чуть раскосые глаза пристально смотрели на Ци Миня.
http://bllate.org/book/13489/1198439
