Спрятавшись среди густых деревьев, Седьмая Тень наблюдал за его Высочеством сквозь щели в каскаде из листвы, и когда наследный принц покинул утёс, то последовал за ним. Юноша легко передвигался прыжками между густыми деревьями. Тело его было быстрым и ловким, и он мог перемещаться по ветвям, не задев ни одного листа.
Кончики его ушей до невозможности покраснели, их температура передалась щекам, и на них, обычно бледных и холодных, тоже проступил легкий румянец. Он не только покраснел, но и несколько раз терял концентрацию, из-за чего в итоге врезался в ствол дерева. Юноша молниеносно поймал сбитое им же птичье гнездо и смущенно вернул его на ветку.
Его Высочество... Поцеловал его...
Седьмая Тень чувствовал себя сейчас крайне смущенным.
Всем было известно, что Его Высочество наследный принц ветреный и бессердечный человек, но Седьмая Тень, тщательно обдумав мысли Его Высочества и насильно отыскав в его действиях, направленных на него, немного сладости, изо всех сил убеждал себя, что он относится к нему немного иначе, нежели к другим.
Тем более, что на дорогом Его Высочеству портрете оказалась его мать... А не невеста.
Седьмая Тень двигался очень быстро, поэтому присел на ветку, чтобы дождаться Его Высочество наследного принца. С бесстрастным выражением лица он подпер щеку рукой и глубоко задумался. Глаза его были полны счастья, и он испытывал большое удовлетворение от того, что достиг желаемого.
Шестого дня девятого лунного месяца — день рождения Его Высочества. Только что подарить Его Высочеству?
Его Высочество ни в чем не нуждается.
Только лучшие вещи достойны Его Высочества.
Седьмая Тень очень долго размышлял, чувствуя разочарование из-за того, что у него ничего не было, и он не мог вручить ценный подарок.
Внезапно его глаза загорелись. Он собирался воспользоваться последними несколькими свободными от дежурства днями и вернуться во Дворец Теней. Там осталась одна его вещь. Вероятно, это самое ценное, что мог достать Седьмая Тень.
Он сопровождал Его Высочество до самого дворца. Наследный принц не спал всю ночь и, по всей видимости, сильно устал.
Седьмая Тень сидел на потолочной балке в опочивальне наследного принца и, наклонившись, смотрел на Его Высочество, лежащего на боку и завернувшегося в мягкое шелковое одеяло. Его волосы ниспадали до пола, а он сам погрузился в безмятежный сон.
Седьмая Тень бесшумно спустился с потолочной балки. Опустившись на колени у кровати, он обеими руками поднял упавшие на пол длинные волосы и положил обратно на кровать. Какое-то время юноша не двигался, разглядывая лицо спящего принца.
Только когда Его Высочество спал, он осмеливался так смотреть на него. В обычное же время он не смел так смотреть, поскольку это было нарушением правил. Седьмая Тень, не желая уходить, стоял на коленях около кровати. Он хотел еще немного посмотреть на Его Высочество.
Его Высочество был так красив, словно спустившийся на землю небожитель. Однако небожители не были такими своевольными. Его Высочество наследный принц обладал некой уникальной и возвышенной аурой, вызывающей у Седьмой Тени сильную одержимость.
Сегодня командир приказал собраться всем Призрачным стражам для обучения новым тактическим приёмам, поэтому Седьмая Тень был вынужден тихо покинуть опочивальню и направиться на тренировочную площадку.
Ли Юань уже долгое время притворялся спящим и боялся, что если будет и дальше притворяться, то действительно заснёт. Он открыл глаза и внезапно подумал, какое же выражение лица было у младшего Теневого стража, только что стоявшего на коленях рядом с ним. Наверняка, оно было застывшим и очаровательным.
Ли Юань ещё больше уверился в том, что этот младший Теневой страж сильно влюблён в него, но не знал причины. Он и не собирался узнавать её. В его сердце было действительно слишком много людей, которым он нравился. Постоянно получая восхищение и обожание других, постепенно Его Высочество наследный принц стал воспринимать это как само собой разумеющееся.
Но только Седьмая Тень порождал в сердце Ли Юаня нечто вроде собственничества и желания насильно завладеть. Ему всё больше и больше хотелось держать в своих руках этого послушного младшего Теневого стража, наблюдать, как холоден и жесток он по отношению к другим, как мягок и послушен с ним и как он покорно щебечет, стоит только повелеть.
Ли Юань только-только закрыл глаза, когда за пределами опочивальни послышались шум и голоса. В этот самый момент снаружи заговорила служанка Лю Юй:
— Вы пришли? К этому времени наш хозяин, должно быть, проснется. Вы прибыли раньше. Выпейте чашку чая и подождите немного в комнате для гостей.
Ли Юань нетерпеливо отбросил одеяло и крикнул:
— Проснулся. Лян Сяо, входи.
Резная деревянная дверь распахнулась, и внутрь вошла Лю Юй, неся медный таз для умывания и мягкое тканевое полотенце. Поставив таз, она сразу же отступила и вышла. Затем в проёме двери мелькнул один рукав с вышитыми дикими гусями, а после показался пайсяо из черного нефрита, висящий на красной веревке на талии. В комнату протиснулся Лян Сяо и, потирая руки, спросил:
— Довольно рано проснулся, а. Не иначе как пропустил ужин?
— Ещё нет и полудня... — Ли Юань зевнул, зачерпнул из таза воду, умыл лицо и лениво прислонился к изголовью кровати, — Проснулся. Чепуха, я ещё не ложился.
Лян Сяо был потрясен. Он сел напротив Ли Юаня на стул, и на его лице появилась сомнительная улыбка:
— Служанка, отвечающая за благовония[1], куда-то ушла вчера вечером и ты проворочался в кровати всю ночь без сна[2]?
[1] 红袖添香 (hóngxiù tiānxiāng) хунсю тяньсян «красные рукава дополняют благоуханием» — обр. о девушке, составляющей компанию при учёбе.
[2] 被翻红浪 (bèifān hóng làng) бэйфань хун лан «одеяло превратилось в красные волны» — это китайская идиома, которая описывает невозможность уснуть и ворочание в кровати, но также подразумевает под собой и половой акт.
Ли Юань хмыкнул.
Лян Сяо виновато улыбнулся:
— Исянь, князь наказал тебя за то происшествие или нет?
Ли Юань поднял брови:
— За скандал в Инъюэфане?
Лян Сяо быстро кивнул головой:
— Слышал, что всех дежуривших в тот день охранников и мальчиков-слуг обезглавили, ты... В порядке? Князь ведь не отправит тебя в качестве наказания на курган мечей?
Ли Юань махнул рукой:
— Мой Царственный отец вряд ли накажет меня аскетизмом из-за пары изменщиков[3]. Курган мечей? Я пробыл там несколько лет и ни за что не вернусь туда снова.
[3] 狗男女 (gǒunánnǚ) гоунаньнюй досл. «мужчина и женщина — собаки» — китайское ругательство, обозначающее изменников, мужчину и женщину в непристойных отношениях или вступивших в незаконный роман.
Лян Сяо вздохнул с облегчением:
— Тогда хорошо. В конце концов, это я все-таки искал тебя по этому делу, и это моя вина.
— Всё в порядке, Яньси и так притесняют дома. Так или иначе, он тоже из знатного рода, и я не мог спокойно смотреть на то, как его унижают без какой-либо причины. Жаль только, что эти десятки человеческих жизней попусту были отданы этой лисице второй императорской супруге Чэнь и этой пустышке[4] Чэнь Юаньли. — Ли Юань вздохнул, — Я послал людей успокоить их семьи. Это моя вина, что пострадали слуги.
[4] 绣花枕头 (xiùhuā zhěntou) сюхуа чжэньтоу досл. «вышитая подушка» — обр. «внешне красивый, а на деле никчемный; одна видимость, пустышка». Это метафора человека, у которого есть только внешность, но нет знаний или таланта.
Лян Сяо поспешно сказал:
— Не нужно, я просто отправлю им в качестве утешения серебро. «Младшая сестра» Кун прорыдал дома полдня, говоря, что тебя наказали из-за него. Он так испугался, что не решился прийти и увидеться с тобой. Сейчас он у меня дома.
Ли Юань нетерпеливо замахал рукой:
— Ладна-ладно, хватит об этом. Раздражает, что мой отец воспользоваться бедой другого человека. Как вспомню, так сразу зло берёт.
Лян Сяо продолжал заискивающе улыбаться:
— Ладно, не буду. Я пришёл к тебе, чтобы извиниться. В прошлый раз произошло недоразумение.
Ли Юань окинул его мимолётным взглядом:
— Было много раз, когда ты должен был извиниться передо мной. Прошлый — это какой?
Лян Сяо сказал:
— Тогда я нашёл для твоего младшего Теневого стража несколько девушек...
Ли Юань ударил по кровати:
— Ха, ну конечно, подлец, это был ты!
Лян Сяо пожал плечами и поднял руки, пасуя:
— Нет, не надо, не надо, я был неправ. Исянь, Юань-эр, я ошибся, но что насчёт тебя?! Мы знаем друг друга уже столько лет, а этот младший Теневой страж здесь всего несколько дней, но ты кричишь на меня из-за него. — Лян Сяо опечаленно схватился за сердце, поднял изящный палец и ткнул Ли Юаня в грудь, — Ты ранил мое сердечко. Ты такой жестокий.
Ли Юань поднял ногу и пнул его, не удержавшись от крайне раздражённого смеха:
— Катись отсюда! Пришёл, чтобы раздражать меня посреди дня! Убирайся!
Лян Сяо, с готовностью слушая его, поспешно заверил:
— Я обещаю, что это был последний раз. В будущем мне следует прикрывать этого младшего Теневого стража, так? Если он когда-то посетит нашу торговую улицу, игорный дом или Хуалоу[5], то я не возьму с него плату, пусть берёт что угодно.
[5] 花楼 (huālóu) Хуалоу «цветочный дом/башня».
Ли Юань пристально посмотрел на него:
— Цветочный дом?
Лян Сяо не изменился в лице:
— Трактир. Я говорил о трактире, а ты о чем думаешь? У тебя на уме одни бордели, и всё, что ты слышишь — это бордели.
Ли Юань холодно хмыкнул:
—Нет нужды в том, чтобы ты покрывал моего младшего Теневого стража.
Лян Сяо снова схватился за грудь:
— Ах, твой... Он что, действительно настолько красив, что так любим тобой? Прежде те крольчата[6]... До этого ты не отказывался от них.
[6] Кролики в Китае считаются эвфемизмом гомосексуальности, поэтому под крольчатами тут, скорее всего, подразумевается именно это.
Ли Юань слегка приподнял уголки рта и, прислонившись к изголовью кровати, усмехнулся:
— Он мне нравится. Разве он не может приглянуться мне?
Лян Сяо дважды прищелкнул языком:
— Тогда мне действительно очень жаль этого младшего Теневого стража. Как же так вышло, что он приглянулся тебе? Как же не повезло ребенку.
— Судя по твоим словам, ты нравишься младшему Теневому стражу, так что он, несомненно, позволит тебе быть сверху. Он выглядит молодо, и у него неплохая внешность. Поскольку он Теневой страж, то, наверное, даже более энергичный, чем крольчата.
Ли Юань нахмурил брови:
— Он не крольчонок.
Лян Сяо очень удивился:
— Почему нет? Когда ты видишь его, ты хочешь обнять его и поцеловать в губы, не хочешь, чтобы другие прикасались к нему, не хочешь, чтобы он разговаривал с другими, а лишь послушно вилял хвостом перед тобой, разве не так?
— Посмотри на свое лицо. Я угадал? — Лян Сяо взял с тарелки с десертами два арахисовых печенья[7] и закинул их в рот, — Тогда разве ты не относишься к нему, как к крольчонку? Просто немного терпеливее, чем раньше, и только.
[7] 花生酥 (huāshēng sū) хуашэн су «арахисовое печенье» — это очень древний десерт Китая, который изготавливается преимущественно из обжаренного и измельчённого арахиса и сваренного в сироп сахара. Всё это вручную смешивают, многократно прессуют и раскатывают, а после разрезают на кусочки желаемого размера. Рецепты разнятся, где-то ещё добавляют масло, кунжут, муку и/или молоко, но в итоге должна получиться не слишком жирная, не мягкая и не твёрдая сладость с хрустящей корочкой.
Аристократическая болезнь младших членов княжеского рода — они не щадят никого, кто им нравился. Они знают лишь, как захватывать силой и держать в заключении, при этом наивно полагая, что весьма неплохо относятся к своим возлюбленным.
Ли Юань снова зевнул:
— Тогда скажи, что я должен, по-твоему, сделать?
Лян Сяо посмотрел на небо и покачал головой:
— Не спрашивай меня, я не знаю, да и к тому же мне не нравится младший Теневой страж. Нет, не так. Меня очень интересует девушка из вашей семьи, Тень Янь. Её грудь, тоненькая талия...
Ли Юань сказал:
— Мне всё равно, кто из посторонних тебе приглянется, но не вздумай трогать кого-то из тех немногих Призрачных стражей, что принадлежат нашей семье.
Лян Сяо рассмеялся:
— Ладно, не буду. На самом деле я хотел пригласить тебя в башню Цзуйсянь[8] и угостить в знак извинений.
[8] 醉仙楼 (zuìxiān lóu) цзуйсянь лоу «башня пьяного бессмертного/небожителя».
Ли Юань накрылся с головой ватным одеялом:
— Не пойду, я хочу спать.
— Тогда я сейчас ухожу, а в следующий раз приглашу тебя поесть почек для укрепления здоровья.
— Проваливай уже.
Лян Сяо прищелкнул языком, вздохнул и, толкнув дверь, вышел.
Чтобы известный дух поветрия, наследник князя Ци, младший повелитель округа Юэчжоу, мог полюбить кого-то? Он, конечно же, не верил в это.
Ли Юань, накрывшись с головой, долгое время лежал под ватным одеялом. Он ворочался и не мог заснуть.
Что для него значит Седьмая Тень?
Этот юноша необъяснимым образом ворвался в его жизнь и неведомо как заставил впустить его в свое сердце. Как долго он сможет оставаться в его сердце? Месяц? Три месяца? Дольше? Год?
В нем нет ничего особенного. Он просто немного владеет боевыми искусствами и имеет более холодный характер, чем бесчисленные красивые юноши, которые прежде окружали принца, и только.
Он просто из раза в раз появлялся перед ним: сначала это был молодой господин Циньхуай — Вэнь Чан, потом неожиданно появившийся в мангровом лесу братец в чёрном, а затем рядом с ним оказался увлечённый и восхищающийся им младший Теневой страж.
Не стоит по-настоящему влюбляться в человека, с которым не сможешь далеко зайти.
Ли Юань пытался убедить себя в этом. Избавиться от различных чувств в своем сердце, заставляющих его испытывать беспокойство.
Он заснул и проспал до вечера. Несколько раз в комнату заглядывала Лю Юй, но, видя, что Его Высочество наследный принц крепко спит, не тревожила его. Когда она услышала, что Его Высочество проснулся, то сразу принесла только что разогретую пищу.
Расставляя на столе горячую жидкую и изысканные закуски, Лю Юй сказала:
— Вы проснулись? Плохо спали прошлой ночью? Вы проспали весь день. Князь волнуется за Вас, поэтому присылал человека справиться о Вас.
Ли Юань, рассеянный после сна, лениво прислонился к изголовью кровати и спросил Лю Юй:
— Где Седьмая Тень? Он должен был прийти на ночное дежурство.
Лю Юй взяла полотенце, чтобы протереть руки и лицо Ли Юаня:
— Сегодня господа Призрачные стражи отрабатывают тактические приёмы. Господин Седьмая Тень ещё не вернулся. Прошёл целый день, господа наверняка сильно устали.
Ли Юань потер глаза и спросил:
— На тренировочной площадке?
Лю Юй сказала:
— В кленовом лесу за пределами дворца.
Приёмы, которым обучались Призрачные стражи, являлись чрезвычайно секретными, поэтому они не могли заниматься на тренировочной площадке перед кучей народа и подыскивали для этого скрытное место. На сей раз тренировка заключалась в сопровождении при вражеском нападении.
В Юэчжоу много густых лесов. Если потребуется сопровождать хозяина, то они неизбежно пройдут через бесчисленное множество лесов, а в лесу очень легко попасть в засаду. На этой местности в тактике всегда открывалось множество брешей.
Многие неприятели устраивали засаду прямо на деревьях и неожиданно атаковали с высоты. Чтобы полностью устранить всё войско в засаде на деревьях, Призрачному стражу требовалось в превосходстве владеть цингуном.
Несколько Призрачных стражей, прислонившись друг к другу, сидели под деревом и отдыхали. Тела некоторых из них были покрыты багряными листьями, которые кружились в кленовом лесу.
Пятая Тень лежал на ноге Четвертой Тени, практически засыпая от усталости. Он обессиленно произнес:
— Старший брат... Я хочу есть... Я сейчас умру от голода прямо здесь...
Инде опустил белоснежные ресницы и, держа в руках горячий чай, сказал:
— В таком случае это отличное место для захоронения. Здесь хороший пейзаж и хороший фэншуй[9].
[9] 风水 (fēngshuǐ) фэншуй «ветер и вода» — это древнейшая даосская практика определения по условиям местности наиболее благоприятного места для могилы или для жилища, а также гармонизации энергии в пространстве. Подробнее о фэншуе можно прочитать здесь: https://vk.com/@jan_cluck-fenshui
Тень Янь тоже немного устала. Вытирая огнестрельное оружие от пыли, она время от времени прикрывала живот и хмурилась. Сегодня к ней «пришли воды подсолнуха»[10] и у нее сильно болела нижняя часть живота. Но, несмотря на слабость в теле, она тренировалась весь день, и ее губы немного побелели.
[10] 葵水 (kuí shuǐ) куй шуй «воды подсолнуха» — китайский эвфемизм для обозначения менструаций.
Шестая Тень тихонько подошёл к Тени Янь, нащупал у себя за пазухой несколько красных фиников и вложил их в руки девушки:
— Сестрица Янь, съешь это. Слышал, это помогает восполнить потерю крови.
Тень Янь устало улыбнулась и положила финик в рот, а после с легкой улыбкой сказала:
— Большое спасибо. Эти дела доставляют женщинам большие неудобства.
Шестая Тень поспешно сказал:
— Вернемся, я приготовлю тебе отвар из красного имбиря[11], чтобы согреть тело.
[11] 熬红姜 (áo hóngjiāng) ао хунцзян «отвар из красного имбиря/варёный красный имбирь» — это что-то вроде чая, основные ингредиенты которого — вываренный сок имбиря и коричневый сахар. Ещё в него часто добавляют красные финики (тоже варят). Утверждается, что этот напиток очень полезен для здоровья. Он выполняет функции питания крови, устранения застоя крови, согрева печени, рассеивания холода и тонизирования тела, а также может облегчить дисменорею (боли при менструациях). Имбирь в составе чая оказывает противопростудный эффект: согревает тело и облегчает потоотделение, а коричневый сахар может активизировать кровообращение, он также богат питательными веществами (содержит небольшое количество железа, кальция, каротин и других веществ), быстро выделяет тепло и обладает высокой скоростью усвоения питательных веществ. А финики дополнительно питают кровь. Какой Шестая Тень однако заботливый и внимательный)
Инде неторопливо перебил его:
— Просто пей больше горячей воды.
Шестая Тень бросил на него мимолётный взгляд:
— Вот почему у второго старшего брата нет жены, и он обречен на одиночество до конца своей жизни.
Инде очень медленно хмыкнул:
— У тебя тоже... Нет.
Шестая Тень поперхнулся и, покраснев, сказал:
— У меня скоро будет!
Седьмая Тень прислонился к дереву, не переставая тяжело дышать. Сражения в воздухе в течение долгого времени в самом деле расходовали слишком много сил. Его цингун был действительно превосходным, однако одиночный бой, где ему требовалось устранять врагов одного за другим, значительно увеличивал время его пребывания в воздухе, и к концу он уже едва держался на ногах.
Четвертая Тень, опустив голову, царапал в книге для записей линии, меняя стратегию, и тихо говорил сам себе:
— Седьмая Тень не очень хорош в воздушном бою в густых лесах. Нам нужно будет изменить тактику или сказать Седьмой Тени, чтобы он сменил оружие на оружие массового поражения.
Шестая Тень поднял голову:
— Я-я недавно разработал одно скрытое оружие. Это веер. Остов веера заточен, а во всех его тридцати шести пластинах имеется скрытое оружие. Он подходит как для единичного, так и для свирепого массового уничтожения. Чертёж находится в моей комнате. Я могу сделать его для Седьмой Тени, чтобы он попробовал.
Седьмая Тень часто и тяжело дышал, опершись о дерево. Закрыв глаза, он кивнул:
— Я попробую.
ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ И ИЛЛЮСТРАЦИИ:
[1] Разберём по-порядку идиому 红袖添香 (hóngxiù tiānxiāng) хунсю тяньсян «красные рукава дополняют благоуханием»: «красные рукава» считаются синонимом женщины/девушки/красавицы. Почему именно красные? Переводчик не нашёл на это ответа (переводчик будет рад, если знающие сию тайну поделятся знаниями в комментариях). Возможно, это связано с красными румянами, которыми издавна пользуются женщины, а, возможно, с тем, что красный в Китае считается цветом удачи, процветания, счастья, гостеприимства, праздника и благополучия. Красный традиционно использовался в одеяниях, украшениях помещений, иероглифов «囍» («си», двойная радость) во время свадьбы; на Новый год дарят красные конверты с деньгами, по бокам входной двери и над ней клеят полосы красной бумаги с пожеланиями, развешивают в доме красные фонари. Одним словом красный очень почитается в Китае. Переходим ко второй половине идиомы «添香» (дополнять благоуханием). Так вышло, что в Китае издавна любят благовония, их использовали во время принятия ванн, примешивали к лекарствам и пище, носили ароматические мешочки с благовониями (что-то типа современных ароматизированных саше) под одеждой и на поясах. Благовония пользовались огромным спросом среди грамотных и элегантных людей, а культура благовоний даже была возведена на высший уровень, называемый «путь благовоний». Люди Древнего Китая буквально не могли жить без благовоний. Они использовали их для поклонения богам во время жертвоприношений, торжеств, разного рода ритуалах, во время сна и учёбы. Однако привычные нам ароматические палочки и всякие другие удобные «пахучки» появились позднее их любви к благовониям, а в древности «благовониями», используемыми для сжигания благовоний, были различные виды благовоний в виде таблеток, шариков, лепешек или порошка, изготовленных методом «комбинирования благовоний», которые «сжигались» в курильницах. Однако «сожжение благовоний» — это гораздо больше, чем просто скрутить кусочек благовония и положить его в курильницу. «Сожжение благовоний» не означает непосредственное сжигание ароматных таблеток и ароматных лепешек; чтобы сделать ароматные таблетки и ароматные лепешки благовониями, нужно использовать силу древесного угля. Китайцы преследовали состояние сжигания благовоний, которое должно было максимально уменьшить дым и сделать аромат слабым, но продолжительным. Поэтому огонь угля в курильнице разжигали как можно медленнее, чтобы огонь был слабым и не угасал в течение длительного времени. По этой причине люди изобрели сложный метод сжигания благовоний. Общая процедура выглядела следующим образом: сначала тщательно сжигались специальные небольшие кусочки древесного угля и помещались в курильницу, а затем уголь засыпали специальной мелкой золой благовоний. Далее в золе благовоний проделывали промежутки (туннели/отверстия), чтобы древесный уголь не был полностью засыпан, а мог контактировать с кислородом и не затух из-за недостатка кислорода. После на всё это устанавливались тонкие и твердые «огненные барьеры», такие как фарфор, слюда, серебряные листья и т.д. И вот на всё это уже клались небольшие ароматические таблетки и лепешки, и на слабом огне медленно раскрывался аромат. Как видите процесс сжигания благовоний довольно трудоемкий, но и это еще не конец. Как только благовоние «сгорит», за ним нужно постоянно наблюдать, иначе «если огонь сильный, аромат быстро рассеется и исчезнет в одно мгновение». Однако возникает следующий вопрос: «Если древесный уголь погребен под золой благовоний, а сверху установлена конструкция из огненного барьера и ароматических таблеток/лепёшек, что и не увидишь ничего, то как же можно понять сильный огонь или нет?». Ответ прост — нужно просто поднести руку к поверхности и на ощупь оценить, слишком сильный или слишком слабый огонь. Всё это достаточно муторно и сложно, и обычно эту работу выполняли слуги, наложницы и другие подчинённые (в богатых семьях). Отсюда и вытекает идиома «红袖添香» (красные рукава дополняют благоуханием), то есть какая-то прекрасная дева следила за курильницей и благовониями, пока ее господин занимался работой или учебой. Обычно это не имело какого-то сексуального подтекста, и девушка просто радовала глаз, прогоняла одиночество, да и дополняла атмосферу теплом. О подобной картине с красавицей и благовониями фантазировали многие учёные (чиновники), а в китайских стихах и произведениях часто встречается эта идиома и как в романтическом плане, так и при описании тоски и одиночества. Вот так-то)
Собственно вот изображение самого иероглифа 囍 на свадьбе:
А это изображение «Красных благоухающих руковичек»:
[6] Ещё немножко о китайских эвфемизмах гомосексуальности. В Древнем Китае изначально не было такого понятия, как «геи, BL или гомосексуальность», поэтому гомосексуальные связи называли страстью надкушенного персика (предание гласит, что фаворит одного из правителей давал своему патрону в знак верности доесть особенно вкусные персики), а таких людей — обрезанными рукавами (еще одна: в одной из легенд император отрезал рукав своего одеяния, чтобы не будить заснувшего на нем любимого) или кроликами. Если с первыми двумя названиями всё понятно, то почему называли ещё и кроликами? Скорее всего, это связано с тем, что кролики являются достаточно энергичными животными и спариваются со всеми подряд, как с представителями противоположного пола, так и своего пола. Также «кроликами» называют пассивных партнёров (те, что снизу).
[7] 花生酥 (huāshēng sū) хуашэн су «арахисовое печенье»:
[11] 熬红姜 (áo hóngjiāng) ао хунцзян «отвар из красного имбиря/варёный красный имбирь»:
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/13456/1269983
