На ярмарке было так многолюдно, что лишь с трудом четверым удалось отыскать свободное местечко — в самом конце улицы, где поток людей немного поредел, потому там и оставалось немного пространства.
Впрочем, их не слишком заботил торговый успех, так что они остановились именно здесь.
Цинь Цзычу сходил в соседнюю лавку одолжить столик, а Су Сяохань вынул из деревянного ящика товары и аккуратно разложил их.
Сунь Сяошань, наблюдая за оживлённой улицей, улыбнулся:
— Ладно, мы присмотрим за вещами, а вы двое идите гуляйте.
Су Сяохань взглянул на Цинь Цзычу и встретил в его глазах тёплый огонёк. Щёки его зарделись:
— Я ещё немного посижу…
Сунь Сяошань, разумеется, понял его смущение — сегодня же праздник Циси, День влюблённых!
Он подмигнул Цинь Цзычу, и тот кивнул:
— Папа, отец, я возьму Сяоханя, пройдёмся вперёд, вернёмся через полчаса.
Сунь Сяошань махнул рукой:
— Дела тут нет никакого, гуляйте подольше!
Цинь Цзычу увлёк Су Сяоханя за собой.
Су Жэнь рассмеялся:
— Вот уж действительно веселье!
— Да, сегодня праздник молодых.
Они достали принесённые табуретки, уселись рядышком и, болтая, принялись присматривать за товаром.
Цинь Цзычу, держа Су Сяоханя за руку, вышел на самую людную часть улицы, где лавки стояли вплотную друг к другу, и им пришлось медленно пробираться сквозь толпу.
— Сяохань, взгляни-ка!
Цинь Цзычу указал на лавку с масками, и Су Сяохань сразу заинтересовался. Он подошёл, взял первую попавшуюся и примерил на Цинь Цзычу.
— Муж, хочешь?
Цинь Цзычу выбрал полумаску и надел её на Су Сяоханя, улыбаясь:
— Красавец.
Су Сяохань машинально дотронулся до лица — верхняя часть скрылась под маской, и это было так непривычно!
Тут же он подобрал такую же полумаску, а Цинь Цзычу наклонился, позволяя ему надеть её.
Теперь видна была лишь чёткая линия подбородка да тонкие губы, тронутые лёгкой улыбкой.
— Муж, тебе тоже идёт, — искренне сказал Су Сяохань.
Из-за маски взгляд Цинь Цзычу невольно сосредоточился на его губах — они шевелились, порой обнажая белые зубки и алый язычок…
Не в силах противиться желанию, Цинь Цзычу наклонился и приник к ним.
— Муж… м-м…
Ненадолго оторвавшись, он прошептал:
— Ничего, мы же в масках.
И Су Сяохань сразу осмелел.
Верно, в масках! Даже если кто-то увидит, не узнает же их!
Цинь Цзычу тихо рассмеялся и снова прильнул к нему, углубляя поцелуй.
В обычный день за такое наглое поведение на улице их бы непременно осудили, но сегодня был Циси, да и народу было столько, что лишь несколько человек в непосредственной близости могли их разглядеть.
Так что они спокойно целовались в этом маленьком уголке перед лавкой.
Хозяин лавки масок, смущённо улыбаясь, отвел взгляд.
Однако после ухода Цинь Цзычу и Су Сяоханя торговля у него неожиданно оживилась — видимо, многие тоже загорелись подобной идеей.
Продвигаясь дальше, Су Сяохань купил два пряника «цяого», и они пошли, перекусывая.
— Муж, пойдём посмотрим вон туда.
(п/п Цяого — мучное изделие в виде пряника с начинкой, которое является традиционной сладостью в Китае. Обычно цяого представляет собой жареный пирожок со сладкой начинкой из кунжута. Цяого готовят в рамках праздника Циси, который называют китайским Днём всех влюблённых и отмечают в седьмой день седьмого лунного месяца.)
Цинь Цзычу взглянул вперёд и заметил, что у одной из лавок собралась целая толпа — шумно и оживлённо.
— Давай.
Подойдя ближе, они увидели, что это лавка с игрой «Брось иглу умело»: перед каждым участником стояла чаша с водой, и если брошенная игла оставалась на поверхности, можно было выиграть десять монет.
На всё отводилось четверть часа.
Деньги за победу — вот почему здесь было так много народу.
Цинь Цзычу не испытывал особого интереса, но Су Сяохань наблюдал с большим вниманием. Когда чужие иглы падали на дно, он даже начинал волноваться за игроков — выражение его лица было таким живым и милым.
— Хочешь попробовать?
Су Сяохань радостно кивнул, но затем нахмурился:
— Но сначала нужно заплатить три монеты…
Он боялся, что эти три монеты пропадут зря.
Как раз на этом и зарабатывал хозяин лавки.
Цинь Цзычу достал из-за пазухи три монеты, отдал их хозяину и получил чашу с водой.
— Ничего, главное — чтобы тебе было весело.
Су Сяохань кивнул — сейчас три монеты для их семьи уже не были такой значительной суммой.
— Угу.
Он зажал швейную иглу, глубоко вдохнул и осторожно опустил её в воду, тут же затаив дыхание.
Игла качнулась и медленно опустилась на дно.
Хозяин лавки снисходительно улыбнулся:
— Ничего страшного, это же только первая попытка. Попробуешь ещё раз — получится.
Су Сяохань надул губки. Когда он наблюдал со стороны, игра казалась такой простой, а теперь он сразу потерпел неудачу.
Цинь Цзычу утешил его с улыбкой:
— Попробуй ещё.
— Угу.
Он выловил иглу и снова сосредоточился, но попытка за попыткой — игла неизменно падала на дно.
Зрители вокруг начали сочувственно вздыхать.
У тех, за кем Су Сяохань наблюдал ранее, время вышло, и они, недовольно возвращая иглы хозяину, уходили с поникшими головами.
— Почему это так сложно?
— Да уж, вряд ли кто-то справится.
— Ладно, ладно, всего три монеты, пойдёмте посмотрим в другом месте.
Голоса постепенно затихли.
Су Сяохань их даже не слышал — всё его внимание было приковано к игле и чаше с водой.
Хозяин напомнил:
— Время почти вышло.
Су Сяохань покраснел от волнения.
Цинь Цзычу слегка кашлянул:
— Сяохань, подожди секунду.
Тот поднял на него глаза:
— Муж, ты хочешь уйти? Я сейчас закончу…
Цинь Цзычу покачал головой. К этому моменту зрители, решив, что у них нет шансов, уже разошлись, а хозяин занялся другими посетителями.
— У меня есть способ.
Глаза Су Сяоханя загорелись:
— Муж?
Цинь Цзычу достал из-за пазухи лист бумаги, оторвал маленький кусочек, быстро опустил его в чашу и жестом предложил Су Сяоханю бросить иглу. Затем он резко выдернул бумагу обратно.
В мгновение ока непокорная игла послушно замерла на поверхности воды.
— Ой! — не удержался Су Сяохань от восторженного возгласа.
— Что случилось?
Кто-то подошёл посмотреть и ахнул от удивления:
— Получилось?!
— Как получилось?
Су Сяохань поставил чашу на стол, и тут же все столпились вокруг, включая хозяина лавки.
— Вот это да!
— Как у вас вышло, молодой господин, научите!
Су Сяохань взглянул на Цинь Цзычу и улыбнулся:
— Наверное, просто повезло. Вдруг получилось.
— А-а, тогда и я попробую.
Хозяин с подозрением смотрел на чашу с водой — с самого утра никто не мог справиться, как же у них вышло?
Но игла действительно плавала на поверхности, и столько людей видели это своими глазами. Скрепя сердце, он достал из кошелька десять монет и протянул Су Сяоханю.
— Спасибо, хозяин.
Су Сяохань радостно взял деньги и потянул Цинь Цзычу за собой.
Когда они отошли подальше, он наконец заговорил:
— Муж, ты просто волшебник!
Цинь Цзычу потрепал его по голове и спросил с улыбкой:
— Понравилось?
— Очень!
— Тогда пойдём ещё что-нибудь попробуем?
— Да!
Они ещё немного прогулялись, выбрали лавку с самыми вкусными пряниками «цяого» и купили несколько штук, чтобы отнести отцам.
Когда они вернулись, как раз кто-то покупал у них заколку.
Из-за спин людей раздался гордый голос Су Жэня:
— Эскиз для этой заколки нарисовал мой зять лично! Уверяю вас, во всём городе Тиншань вы не найдёте такой же. Мой зять? Мой зять — лучший выпускник уездных экзаменов в этом году, учёный человек!
Цинь Цзычу и Су Сяохань переглянулись и рассмеялись.
Су Жэнь, выпрямившись, заметил их и тут же радостно объявил:
— А вот и мой зять!
Все разом обернулись к Цинь Цзычу и Су Сяоханю, затем, после паузы, взгляды устремились на Цинь Цзычу.
Цинь Цзычу снял маску, вежливо улыбнулся собравшимся и широким шагом подошёл к Су Жэню.
Су Сяохань тоже снял маску и быстро подбежал к Сунь Сяошаню.
Тот взял маску, осмотрел её и усмехнулся:
— Ну, и чем вы там занимались?
Су Сяохань тихо рассказал ему о произошедшем, понижая голос до шёпота, когда дошёл до момента, как Цинь Цзычу помог ему схитрить с иглой — чтобы никто не подслушал.
Сунь Сяошань расхохотался:
— А Сяо Цинь ещё и на такое способен!
— Муж умеет всё!
Сунь Сяошань взглянул на сияющего гордостью Су Сяоханя, затем на радостного Су Жэня и тоже рассмеялся.
Ну и парочка...
С появлением Цинь Цзычу у лавки собралось ещё больше народу — все хотели взглянуть на лучшего выпускника.
А увидев — и вовсе потеряли дар речи.
Неужели все учёные в наши дни такие красивые?
Несколько девушек, выбиравших заколки, покраснели, глядя на Цинь Цзычу, и спросили:
— Господин, узор на этой заколке выглядит очень необычно. Что это за цветок?
Цинь Цзычу спокойно ответил:
— Это лаванда. Её язык цветов — «ожидание любви».
Такой символ идеально подходил к празднику Циси.
— «Ожидание любви»...
Девушка тихо пробормотала эти слова, затем глаза её загорелись:
— Эту заколку я беру.
Су Жэнь постоял в недоумении:
Он полдня старательно расхваливал товар, но из-за цены девушка всё колебалась. И кто бы мог подумать, что после одной фразы Цинь Цзычу она сразу согласилась!
Да ещё и заплатила без лишних слов.
Другие покупатели тут же заволновались:
— А эта лавандовая есть ещё? Я тоже хочу такую!
Цинь Цзычу улыбнулся:
— Нет, все заколки у нас в единственном экземпляре.
Именно поэтому их цена была немного выше.
Ведь кто не любит уникальные вещи?
Покупательница разочарованно ахнула:
— Ой?
Цинь Цзычу взглянул на неё, затем на стоявшего рядом мужчину, выбрал из ряда деревянных заколок одну с узором розы и протянул ей:
— Это роза. Её язык цветов — «я люблю тебя». Думаю, она вам больше подойдёт.
Девушка мгновенно покраснела и невольно взглянула на мужчину.
Тот на секунду замер, затем улыбнулся, взял заколку и без раздумий достал деньги:
— Действительно, эта больше подходит.
Приняв заколку, он ещё и почтительно сложил руки в знак благодарности Цинь Цзычу.
Тот ответил лёгкой улыбкой.
Вокруг собралось ещё больше народу — даже Су Сяохань и Сунь Сяошань протиснулись поближе. Все страшно заинтересовались этими «языками цветов».
— Господин, а это какой цветок? Что он означает?
— Это платикодон. Его символ — «искренняя любовь».
(п/п Платикодон, или ширококолокольчик, — многолетнее травянистое растение из семейства Колокольчиковые. Название происходит от греческих слов platys («широкий, ровный») и kodon («колокол»))
Цинь Цзычу терпеливо отвечал на все вопросы, и вскоре большая часть заколок была распродана. Даже шкатулки для украшений, которых и так было немного, разлетелись мгновенно.
Су Жэнь и вовсе отошёл в сторону, уселся попить воды и с удовольствием наблюдал за происходящим.
С наплывом покупателей это прежде тихое местечко оживилось. Хозяева соседних лавок, ещё недавно переживавшие из-за отсутствия клиентов, теперь не могли нарадоваться.
Су Сяохань подошёл помогать Цинь Цзычу, и Су Жэнь тут же уступил ему место, перебравшись к Сунь Сяошаню.
Они как раз разговаривали, когда сбоку вдруг протянулась рука с чашкой холодного чая.
— Старший брат, угощайтесь!
Су Жэнь растерялся, решив, что ему предлагают купить напиток, и уже потянулся за монетами, как чаша оказалась у него в руках.
— Бесплатно, в подарок.
— А?
Незнакомец весело указал в сторону:
— Моя лавка вот там. Сегодня только благодаря вам у нас появились покупатели, а то так бы и простояли без дела.
Не успел Су Жэнь отказаться, как тот убежал и вскоре вернулся ещё с тремя чашками.
— Старший брат, не церемоньтесь! Чай у нас домашний, вкусный — попробуйте.
Неудобно было отказываться, и Су Жэнь поблагодарил, приняв угощение.
— Позже вернём чашки.
— Да не спешите!
Когда незнакомец ушёл, Сунь Сяошань отхлебнул и одобрительно кивнул:
— И правда вкусно. Отнеси остальные Сяо Циню и Сяоханю.
— Ладно.
Как раз Цинь Цзычу изрядно наговорился и испытывал жажду. Он принял чашу и осушил её одним глотком.
— Спасибо, отец.
Су Сяохань тоже выпил свой чай и улыбнулся:
— Отец, откуда этот чай? Очень вкусный!
Раз уж ему понравилось, Су Жэнь сходил в ту лавку и купил ещё несколько порций — в знак благодарности.
Только к полудню Цинь Цзычу наконец смог перевести дух. К этому моменту на столе оставалось всего несколько заколок, а шкатулки и вовсе закончились — их изначально сделали немного.
Су Сяохань поспешил протянуть ему чай:
— Муж, пей скорее!
Цинь Цзычу улыбнулся и сделал глоток.
Су Сяохань подвинул ему табуретку:
— Садись скорее.
Хотя сам он тоже стоял всё это время, помогая Цинь Цзычу, и ни разу не присел.
— Сяохань, и ты отдохни.
Сунь Сяошань подошёл и остановил руку Су Сяоханя, собиравшего вещи:
— Вы оба отдохните, я сам всё уберу.
— Ваш отец пошёл купить еды. Перекусим кое-как, тем более что товар почти весь распродан. Днём пораньше вернёмся домой, а вечером приготовлю вам чего-нибудь вкусненького.
Су Сяохань кивнул:
— Хорошо.
Вскоре вернулся Су Жэнь. Он купил двадцать паровых булочек баоцзы и несколько лепёшек.
— Хотел купить лапшу с мясом, но в лавке не разрешили унести миски — будто я их себе присвою!
Сунь Сяошань раздавал булочки и лепёшки Цинь Цзычу и Су Сяоханю, приговаривая:
— Сегодня много народу, их опасения понятны. Сами по себе миски — копейки, но всё равно жалко, если пропадут.
Су Жэнь ворчал лишь для виду, на самом деле не придав этому значения. Поставив еду, он отправился за холодным чаем.
На этот раз он купил целый чайник, и продавец сделал ему хорошую скидку.
Су Жэнь снова повеселел.
Сунь Сяошань усмехнулся — в этом его мужчина был хорош: никогда не таил обиды. Раньше тоже, если кто-то в деревне пользовался его добротой, он не держал зла.
Перекусив булочками и лепёшками, они немного отдохнули, затем пришли ещё несколько покупателей, и оставшиеся заколки тоже разошлись.
Сунь Сяошань проворно упаковал деревянный ящик, а Су Жэнь понёс возвращать стол.
Сегодня продали всё неожиданно быстро — по расчётам Су Жэня, они должны были торговать до заката.
Цинь Цзычу предложил:
— Сейчас самый солнцепёк. Ранее, когда мы с Сяоханем гуляли, видели впереди чайную, где рассказчик ведёт представление. Давайте зайдём, послушаем, а когда солнце спадёт — отправимся домой.
Ехать сейчас час домой — верный способ получить тепловой удар.
Остальные трое не возражали: дома дел не было, и спешить некуда.
— Ладно.
Как раз купленные ранее пряники «цяого» ещё оставались. Под рассказ, с холодным чаем и семечками — просто наслаждение.
Су Жэнь откинулся на спинку стула и с наслаждением выдохнул:
— Блаженство.
Сунь Сяошань повторил его жест, но более сдержанно:
— Спасибо Сяо Циню, иначе разве мы бы сейчас так отдыхали?
Цинь Цзычу покачал головой:
— Это всё благодаря мастерству отца, поэтому и продалось так быстро.
Например, если бы он выставил на продажу ту самую деревянную заколку с розой, которую когда-то сделал для Сяоханя — вряд ли бы её кто-то купил.
Су Жэнь рассмеялся:
— Моё мастерство плюс твои эскизы и твой «язык цветов» — поделим честь пополам!
Все рассмеялись.
В чайной они просидели до самого вечера, лишь затем отправились домой. Летние сумерки длинные, так что время было в самый раз.
К тому же, они весь день перекусывали, и ужинать можно было не спешить.
Едва войдя в дом, Сунь Сяошань тут же засуетился, собираясь исполнить обещание и приготовить Цинь Цзычу и Су Сяоханю что-нибудь вкусное.
Но Су Сяохань остановил его:
— Папа, сегодня ты и так устал, давай обойдёмся чем-нибудь простым.
— Но...
Цинь Цзычу поддержал:
— Верно, папа, вы сегодня потрудились на славу, лучше поужинать чем-то простым пораньше и отдохнуть.
Под их напором Сунь Сяошань сдался:
— Ну ладно, завтра приготовлю.
___
(п/п На языке цветов платикодон (колокольчик) означает безусловную любовь. Также платикодон может символизировать неизменную любовь, нежность, истину, дружбу или покорность.)
http://bllate.org/book/13320/1185024
