Морозный зимний день. Едва открылась дверь, как Цинь Цзычу пронзил холодный ветер, забившись за ворот.
— И-и-их... — всосал он воздух зубами.
Цинь Чжуан никак не мог взглянуть без раздражения на своего старшего сына. Вечно тот ходил жалким, с понурым видом.
Целыми днями уткнувшись в книжки — думал, хоть что-то из него выйдет. Но в итоге парень даже не смог сдать экзамен на начальную учёную степень туншэн.
(п/п Туншэн — начальная учёная степень в древнем Китае.)
Как вспомнит Цинь Чжуан, сколько за эти годы денег на ветер выброшено, — аж дух захватывает от злости. Со всей силы толкнул он Цинь Цзычу, выпроваживая за порог.
Цинь Цзычу, книжному червю, далёкому от физического труда, где уж было тягаться с закалённым в полевых работах отцом? Тот едва не шлёпнулся в грязь.
Ли Сюхуа поспешила поддержать сына, пытаясь сгладить ситуацию:
— Муж, родной, в семье Су ведь ждут. Не запачкай Чуэру одежду.
Цинь Чжуан опустил взгляд: на только что надетых перед выходом брюках Цинь Цзычу уже красовались грязные брызги. Злость его поутихла, сменившись неловкостью.
Ли Сюхуа присела на корточки, принялась оттирать брючины сына собственным рукавом.
Цинь Цзычу поспешно поднял её, голос его прозвучал неестественно:
— Мама, не надо, ничего страшного.
Если бы от него зависело, Цинь Цзычу предпочёл бы, чтобы одежда запачкалась ещё сильнее — так, чтобы выходить стало вовсе невозможно.
Дело в том, что он переродился из другого мира. В этом мире он пребывал ровно месяц.
Сразу по прибытии ему объявили, что отец прежнего хозяина тела сосватал ему невесту — Цинь Цзычу предстояло стать приёмным затем в семье Су из деревни Лобянь.
(п/п Приёмный зять — так называли мужчину, который после свадьбы жил в доме жены. Простыми словами, это зять, принятый в семью жены тестем или тёщей.)
Само по себе положение приемного зятя Цинь Цзычу не смущало. Беда была в том, что Цинь Чжуан попросту сбывал с рук обузу.
Только перенёсшийся в этот мир, он и без того пребывал в смятении, не зная, сумеет ли приспособиться. А теперь ещё предстояло войти в совершенно незнакомую семью. Первым порывом Цинь Цзычу, разумеется, был отказ.
Но Цинь Чжуан не оставил ему выбора.
Из отцовских бранных тирад Цинь Цзычу постепенно понял своё положение.
Прежний хозяин тела был книжным червём, не приспособленным к труду. В эту эпоху простолюдины не слишком ценили учёность — когда еле сводишь концы с концами, а книги и плата учителям влетают в копеечку.
То, что Цинь Цзычу удостоился счастья учиться, объяснялось просто: несколько лет назад Цинь Чжуан побывал в уездном городе и случайно стал свидетелем триумфального возвращения цзюйжэня.
(п/п Цзюйжэнь - кандидат сдавший провинциальные экзамены в древнем Китае. Это вторая ступень в системе экзаменов для получения учёных званий.)
Гонцы от властей громогласно трубили в трубы, уличная толпа ликовала, каждый норовил протиснуться вперёд, чтобы разделить радость цзюйжэня.
Цинь Чжуан вместе с другими зеваками дошёл до дома цзюйжэня и воочию увидел, как отца учёного мужа, окружённого чиновниками, наперебой величали "отцом цзюйжэня", осыпая почестями, словно луну в созвездии звёзд.
— Даже начальник уезда лично являлся с подарками!
Эта картина навсегда врезалась в память простому крестьянину Цинь Чжуану.
Прошли годы, но видение не покидало его мысли, превратившись после бесчисленных ночных раздумий в настоящую навязчивую идею.
Однако старший сын, унаследовавший его плоть, совсем не оправдывал ожиданий — после нескольких лет учебы и четырех попыток даже не смог получить начальную степень туншэна.
В деревне Дали все знали, что Цинь Чжуан мечтал стать "отцом цзюйжэня". Теперь, когда надежды рухнули, у людей появился повод для пересудов.
Цинь Чжуан, будучи человеком гордым и щепетильным в вопросах чести, не мог выносить деревенских сплетен. После нескольких месяцев затворничества он решил: старшего сына — отправить в другую семью, пусть теперь младший пробует силы в учебе.
Мать Цинь Цзычу была типичной традиционной женщиной, считавшей мужа небом над головой. Хотя сердце ее и обливалось кровью за сына, ослушаться мужа она не смела — лишь кивнула, сдерживая слезы.
Сегодня был день помолвки семей Цинь и Су.
Цинь Чжуан фыркнул и зашагал вперед с мрачным видом.
Лишь когда он отошел на приличное расстояние, Ли Сюхуа тихо заговорила:
— Я все разузнала. В семье Су всего один гэр, характер у него смирный. Жить тебе там будет неплохо, вот только...
Цинь Цзычу поспешно переспросил:
— Вот только что?
Ли Сюхуа взглянула на удаляющуюся спину Цинь Чжуана и, словно собравшись с духом, сказала:
— Вот только гэр тот с рождения слаб здоровьем, вряд ли сможет продолжить род.
Голос ее становился все тише — видно, это обстоятельство сильно ее беспокоило.
Цинь Цзычу все понял. Проблемы с продолжением рода — даже в современном мире мало кто к этому равнодушен, что уж говорить о нынешних временах.
Вероятно, именно поэтому семья Су согласилась "взять" его, никчемного книжника, да еще и за десять лянов серебра.
Эта мысль пробудила в Цинь Цзычу сочувствие к незнакомому гэру из семьи Су — наверняка и он согласился на этот брак от безысходности.
Цинь Цзычу уже собрался идти дальше, как вдруг кто-то дернул его за рукав.
Он опустил взгляд и увидел младшего брата прежнего хозяина своего тела — Цинь Цзышэна.
— Братец, не ходи к Су, хорошо? Шэн-эр будет усердно учиться!
Десятилетний Цинь Цзышэн смотрел вверх с детской наивностью на своем личике, круглые глазки покраснели и опухли от слез.
Цинь Цзычу улыбнулся и мягко ответил:
— Ничего, Шэн-эр. Я только посмотрю. Если в семье Су меня невзлюбят, я вернусь, ладно?
Цинь Цзышэн оживился:
— Правда вернешься?
Цинь Цзычу кивнул.
На самом деле, расторгнуть помолвку было просто. Он уже придумал — достаточно вести себя как можно хуже.
Проблема была в десяти лянах, полученных Цинь Чжуаном в качестве выкупа. Нужно было как-то заставить его вернуть эти деньги семье Су.
Ли Сюхуа уговорила Цинь Цзышэна вернуться домой.
Цинь Чжуан обернулся и, увидев, что Цинь Цзычу все еще на месте, рассвирепел:
— Что ты копаешься? Опять нарываешься на неприятности?
Услышав про "неприятности", Цинь Цзычу машинально коснулся живота.
Прежний хозяин этого тела довел себя до смерти голодом — говорят, не ел ничего целых семь-восемь дней.
Как раз тогда Цинь Цзычу из современного мира попал в аварию и по воле судьбы оказался здесь.
Видимо, Цинь Чжуан тоже боялся, что его полумертвый вид напугает семью Су, поэтому перенес помолвку на сегодняшний день, чтобы Цинь Цзычу хоть немного пришел в себя.
Хотя прошел уже месяц, ощущение голода, граничащего с отчаянием, все еще глубоко засело в его памяти.
Слишком страшно.
Как человеку из современности, Цинь Цзычу трудно было это осознать.
Тихо вздохнув, он зашагал следом за Цинь Чжуаном.
***
В доме Су.
Су Жэнь и Сунь Сяошань поднялись затемно, чтобы прибраться. Хотя в доме и так было чисто, помолвка — дело важное, и они хотели подготовиться как следует.
Рано утром пришла жена старшего брата Су Жэня со своим сыном.
Сунь Сяошань был недоволен. Чжу Ланьсян при каждом визите исподтишка унижала его Сяоханя. Неужели в такой важный день она задумала напакостить?
Но он не знал, как возразить — Чжу Ланьсян была остра на язык и сразу же навешала бы на него обидные ярлыки.
В конце концов Су Сяохань сказал:
— Папа, ничего, пусть делают что хотят.
Сунь Сяошань тихо вздохнул.
С тех пор как несколько месяцев назад лекарь объявил, что Сяохань слаб здоровьем и не сможет рожать, свахи стали обходить их дом стороной. Да и деревенские парни, прежде засматривавшиеся на красавца Сяоханя, моментально охладели.
Особенно те, кому семья Су прежде отказывала — и в последнее время они не упускали случая отпустить язвительное замечание.
Стоило Су Сяоханю выйти из дома, как его тут же окружали сплетнями. Постепенно он стал выходить всё реже, предпочитая затворничество в четырёх стенах.
Су Жэнь и Сунь Сяошань смотрели на это с болью в сердце.
После многих бессонных ночей они наконец решили: пусть не выходит замуж — будут жить втроём, заработают побольше серебра для Сяоханя.
Но именно тогда к ним неожиданно явился Цинь Чжуан из соседней деревни...
— Супруг, я всё же волнуюсь.
Су Жэнь похлопал Сунь Сяошаня по плечу, успокаивая:
— Скоро придут. Приглядимся хорошенько. Если совсем не подойдёт...
Он не договорил. Если не подойдёт — что тогда? Выкуп уже отдан, разве можно его вернуть?
Сунь Сяошань всё понимал, но не мог упрекнуть Су Жэня за поспешность — на его месте он поступил бы так же.
К счастью, Цинь Цзычу шёл в их семью приемным затем — будет жить у них на глазах, и Сяоханя хотя бы не станут обижать.
Эта мысль немного успокоила их.
Чжу Ланьсян вышла из дома, щёлкала семечки и говорила:
— Сяошань, раз парень будет приемным зятем, к чему столько приготовлений? Неужто всерьёз собираетесь принимать его как зятя?
Сунь Сяошань ответил ровно:
— Хотя бы минимальные приличия соблюсти надо.
Чжу Ланьсян покачала головой:
— Верно. Сяоханю в его положении, кроме этого парня из семьи Цинь, вряд ли найдёт второго мужа. Нужно хоть как-то его задобрить.
Су Сяохань как раз выходил из кухни и, услышав это, слегка помрачнел.
Сунь Сяошань защемило сердце, и он сухо сказал:
— Разве у старшей невестки сегодня нет других дел? Кажется, вы договаривались со свахой о смотринах для Сяосина?
Чжу Ланьсян усмехнулась, и в голосе её зазвучала гордость:
— Не к спеху. Сейчас важнее дела Сяоханя. Наш Сяосин может подождать — женихи никуда не денутся.
Су Сяосин был младше Сяоханя всего на полгода. Сватать их начали одновременно, но Сяохань с детства был красивее да расторопнее — свахи толпились у их порога, а Сяосин оставался в тени.
Чжу Ланьсян немало из-за этого злилась.
Теперь же, когда Сяохань оказался бесплоден, все свахи переметнулись к ним.
Как тут не возгордиться?
Сунь Сяошань не стал портить день ссорой, просто взял Сяоханя за руку и увёл в дом.
— Сяохань, не слушай тётку. Мы всё про того парня из семьи Цинь разузнали — он хороший.
Су Сяохань понимал, что родитель его утешает, и улыбнулся:
— Знаю, папа.
Сунь Сяошань потрепал его по голове, и они переглянулись с улыбкой.
***
От деревни Лобянь до Дали идти всего минут двадцать, и вскоре они пришли.
По пути Цинь Цзычу видел разные дома: убогие соломенные хижины, аккуратные глинобитные, а кое-где и добротные, как у семьи Су — кирпич с деревом, крытые черепицей.
Присмотревшись, можно было разглядеть на балках искусную резьбу.
Говорили, отец в семье Су — плотник. Видимо, это его работа, сделанная с душой.
Со двора виднелся каменный жёлоб для стирки да полоскания овощей, рядом — деревянные вешала с бельём.
После недавнего снегопада дорога была грязной от растаявшего снега, но во дворе у Су — чистота, инструменты аккуратно сложены в углу. Видно, хозяева — люди хозяйственные.
Ещё когда Цинь Чжуан с сыном вошли в деревню, жители Лобянь их заметили. Теперь, видя их остановку у дома Су, переглядывались — дело ясное.
— Это из Дали, семья Цинь?
Цинь Чжуан обернулся, на лице мелькнуло раздражение, но он сдержанно ответил:
— Здесь живут Су?
— Эй, да ты...
Цинь Цзычу поспешил вмешаться:
— Здравствуйте, тётя. Мы из семьи Цинь. Скажите, это дом Су?
Женщина смягчилась:
— Да, вы по сватовству? Сяохань дома, позову.
И громко крикнула:
— Сяошань, Сяохань! Жених ваш пришёл!
От этого возгласа зеваки с семечками сразу окружили их, бросая на Цинь Цзычу многозначительные взгляды.
Тот не смущался, спокойно выдерживая осмотр.
Тем временем Чжу Ланьсян поспешно вышла из дома, устремив на Цинь Цзычу изучающий взгляд.
— Парень из семьи Цинь пришёл?
За ней вышли остальные: Су Сяосин, Су Жэнь и Сунь Сяошань.
Су Жэнь и Сунь Сяошань при виде Цинь Чжуана вежливо улыбнулись:
— Господин Цинь пожаловал! Прошу в дом.
Цинь Чжуан кивнул, затем взгляд его естественно перешёл на молодого парня.
Су Жэнь тут же пояснил:
— Это не наш Сяохань, а сын моего старшего брата — Сяосин.
Только тогда Цинь Чжуан отвел глаза.
— А это мой сын, Чуэр.
Су Жэнь на мгновение замялся, но быстро оправился и пригласил их внутрь.
Переступив порог, Цинь Цзычу встретился взглядом с парой робких глаз.
Су Сяохань.
Он мгновенно понял, кто перед ним.
Белая кожа, миндалевидные глаза — чистые и наивные, ясный взгляд. В современном мире у него бы появилась толпа поклонниц.
Цинь Цзычу был очарован.
Примерно то же чувство испытал и Су Сяохань.
Ранее он слышал, что Цинь Цзычу объявил голодовку в знак протеста и довёл себя до полусмерти, поэтому ожидал увидеть живой скелет. Каково же было его удивление, когда перед ним предстал высокий и привлекательный молодой человек.
И когда тот с лёгкой улыбкой посмотрел на него, Су Сяохань невольно прижал руку к груди.
Сердце билось слишком часто.
http://bllate.org/book/13320/1184983
