Ю Лин был в глубоком трансе, ему снился сон.
Во сне он сидел на камне, возвышавшемся над большим полем, таким большим, что нельзя было видеть края. Высокая трава колыхалась на легком ветерке, и Ю Лин различал вдали разноцветные точки цветов. Он осмотрел это странное, незнакомое окружение, затем откинулся назад, опираясь на руки, и поднял голову к чистому голубому небу. Улыбка озарила его лицо, когда он закрыл глаза, наслаждаясь солнечным светом.
— Какое красивое поле... — пробормотал он себе под нос.
Внезапно из ниоткуда донёсся лёгкий ветерок, несущий аромат лаванды. Он прошелся по завиткам его волос, мягко коснулся кожи — почти как ласка руки.
— Это твое... — тихий, почти неслышный голос прошептал ему на ухо.
Глаза Ю Лина резко открылись, его руки сжали простыни. Он неуверенно сел и растерянно огляделся, затем осмотрел себя.
«Хм... когда у меня появилась привычка спать голым?»
Ю Лин сбросил с себя простыню и удостоверился, что действительно полностью обнажён.
Раздался тихий стук в дверь, и вошли две молодые женщины. При виде красавиц лицо Ю Лина просияло. Кому бы не хотелось проснуться от прекрасного зрелища?
— Здравствуйте, милые девушки, — поприветствовал он их и встал, не обращая внимания на свою наготу.
Мэй и Лан ахнули, а Лан ещё и густо покраснела.
Увидев их реакцию, Ю Лин неловко рассмеялся и схватил шелковую простыню, чтобы накинуть её на себя. — Могу я спросить, где я? И что произошло, пока я спал?
Мэй дважды кашлянула, прежде чем подойти и положить свёрток с одеждой на кровать.
— Твой любимый... друг... принёс тебя сюда. Ты принял афродизиак, и он... вылечил тебя.
Ю Лин нахмурился и склонил голову набок, пытаясь вспомнить. Когда ему это удалось, он хлопнул в ладоши и воскликнул: — А! Я помню! Он прикоснулся ко мне, чтобы вывести это из моего тела, верно?
Лан закрыла лицо маленькими ладошками, а Мэй кашляла всё громче и громче.
— Вот твоя одежда, мы её зашили, она была немного порвана. Твой друг ждёт тебя внизу, — сказала Мэй.
Ю Лин подобрал свою одежду и одарил дам белозубой улыбкой: — Спасибо, милые девушки. Как вас зовут?
Мэй и Лан застыли. Никто не спрашивал их имён, клиентам нужны были только их тела, и они никогда не утруждали себя подобными вопросами. Иногда девушки даже сомневались, есть ли у них имя. Имена друг друга известны только между четырьмя куртизанками.
— Зачем спрашивать, когда это не имеет значения? — спросила Мэй, немного сердито, немного грустно.
Ю Лин протянул руку и легонько дотронулся до носа Мэй. — Имя какой красавицы не стоит того, чтобы его знать? Всё имеет значение, включая твоё имя. Однажды ты можешь совершить что-то великое. Я хотел бы иметь возможность гордо стоять и говорить, что я лично знаю вас. Как я могу это сделать, не зная ваших имён?
Мэй и Лан были ошеломлены. Мэй не знала, как на такое реагировать, а Лан, наконец, улыбнулась и хихикнула: — Молодой человек, у вас слишком сладкие речи. Эту зовут Лан.
Ю Лин поклонился:
— Рад познакомиться с тобой, Лан. И...
Мэй надула щёки и проворчала: — Мэй.
— Рад познакомиться с вами обоими. Я Фэн Ю Линь, пожалуйста, зовите меня Ю Линь, — сказал юноша, затем посмотрел на одежду. — Что ж, тогда я не должен заставлять генерала ждать.
Он отбросил простыню и начал одеваться. Эти двое мгновенно вылетели из комнаты. Однако, достигнув лестницы, они остановились и посмотрели друг на друга.
Лан огляделась и понизила голос: — Он только что назвал того человека... генералом?
Мэй закусила губу и кивнула.
— Это может стать для нас выходом, — продолжила Лан.
— Мы могли бы попробовать... Возможно, если мы привлечём на свою сторону этого легкомысленного Ю Лина.
Лан хихикнула и подтолкнула Мэй локтем: — Ты должна признать, он симпатичный, не так ли? В невинном смысле. Но какое красивое стройное тело.
Мэй в ответ только хмыкнула.
— Жаль, что он один из таких, иначе он был бы идеальным для тебя, Мэй, — сказала Лан, приподняв бровь и прикрывая половину лица круглым веером.
Мэй слегка ударила Лана кулаком:
— Замолчи. Давай сначала расскажем остальным.
Тем временем Ли Чжао сидел внизу у открытого окна. На первый взгляд казалось, что он наслаждается послеполуденным бризом, но на самом деле Цянь Ду стоял перед ним снаружи с докладом.
— Город был отбит. Хотя ущерб велик, к моменту прибытия пехотинцев демонов осталось немного. Либо эти демоны сами по себе вызвали весь хаос, либо отступили, почувствовав наше прибытие. Двое были захвачены в плен и...
Ли Чжао поднял бровь:
— И?
Цянь Ду сглотнул:
— Есть ещё большая пантера, чёрная, которая постоянно бродит по городу неподалёку отсюда.
Ли Чжао небрежно ответил:
— Не обращай внимание. Он просто беспокоится за своего хозяина.
Цянь Ду разинул рот:
— Господин? Так этот парень... он действительно укротитель зверей?
Ли Чжао бросил на Цянь Ду взгляд, от которого у того по спине пробежали мурашки.
— Простите меня за высказывания, генерал Ли, но... Всем известно, что они наполовину демоны, и что укротители зверей были уничтожены десять лет назад.
Ли Чжао, конечно, знал об этом. Большую часть дня он был в глубоких раздумьях об этом улыбающемся идиоте. Такой наивный персонаж опасного происхождения — как ему удавалось так долго избегать внимания?
— Пока оставь его в покое. Хотя его наследие доказывает, что он наполовину демон, он, кажется, не горит желанием связываться с ними. Сегодня он пытался сбежать после того, как мы вошли в город.
— Но...
— Это был первый и последний раз. С этого момента я буду внимательно следить за ним. Если он ещё раз попытается сбежать, я отрублю ему ноги.
Цянь Ду мог только закрыть рот. Теперь ему было немного жаль Ю Лина, которому предстояло страдать от пристального внимания генерала.
— Да, генерал. Лагеря разбиты сразу за городскими воротами. Набор начнётся завтра, как только все горожане немного успокоятся.
— Очень хорошо. Теперь ты можешь идти. Я скоро вернусь... и... выдели одного из своих теневых стражей, чтобы расследовал прошлое Ю Лина.
Цянь Ду поклонился и удалился.
Не прошло и минуты, как в комнату вошёл Ю Лин. Кулак Ли Чжао бессознательно разжался.
— А, генерал. Извините, что доставил вам беспокойство. Тысяча благодарностей за то, что избавили меня от афродизиака.
«Это действительно тот случай, когда ты можешь просто извиниться и поблагодарить? Ты разговариваешь с великим, безжалостным генералом!»
Ли Чжао секунду не знал, что сказать, прежде чем ответить коротким: — Хм.
— Я безмерно признателен... Без дальнейших церемоний, я ухожу.
Ю Лин ухмыльнулся и развернулся, поспешно отступая, но секунду спустя его дёрнули обратно за воротник — так высоко, что ноги почти не касались земли.
Ли Чжао свободной рукой схватил его за талию и прижал к себе, шепча на ухо:
— Совсем недавно я упоминал, что, если ты попытаешься сбежать, я отрублю тебе ноги. Не пытайся провернуть это снова.
Ю Лин почувствовал, как что-то сжалось на его запястье. Как только его опустили на землю, он поднял руку для осмотра.
— Это... что это? — воскликнул он, восхищаясь тонкой сверкающей золотой цепочкой, обвивавшей запястье. Когда он попытался снять её, то обнаружил, что узла, который нужно было развязать, не было. Ю Лин посмотрел на Ли Чжао в ожидании объяснений.
Генерал, увидев, как он поднял голову, почувствовал раздражающий зуд где-то в груди. Он проигнорировал это и сказал: — Это зачарованная вещица. Без моего разрешения она не отстегнётся. Если ты хочешь сбежать, ты можешь только отрубить себе руку.
Он потянул один из концов браслета и прижал к своему поясу. Тот немедленно слился с материалом, образуя невидимую, но прочную связь.
Ю Лин удивился:
— Где вы раздобыли такую игрушку?
Ли Чжао хмыкнул, когда Ю Лин назвал это игрушкой.
— Не твоё дело. А теперь пошли.
Однако, когда они уже собирались выходить, в дверях появились четыре куртизанки, блокируя выход. Все они одновременно упали на колени, и все, кроме Мэй, поклонились.
— Молодой генерал, пожалуйста, выслушайте просьбу этих ничтожных, — начала Мэй, прежде чем Ли Чжао успел ответить. — Нашему борделю нечего делать в этом городе, нас считают ненужным товаром из-за отсутствия хозяина и хозяйки. Пожалуйста, позвольте нам вступить в армию. Мы можем предоставлять свои услуги, стирать и готовить. Умеем шить, ухаживать за больными и многое другое. Мы не просим зарплаты, только крышу над головой, тёплую еду и людей, которых нужно обслуживать. Пожалуйста, позвольте нам вступить в армию.
При этом Мэй тоже поклонилась.
Однако, не раздумывая, Ли Чжао ответил:
— Нет.
Куртизанки прикусили губы. Если им не удастся воспользоваться этим шансом, их будущее действительно пойдёт ко дну.
Фэй подавила тревогу и заговорила:
— Генерал, пожалуйста, пересмотрите своё решение, мы многое можем сделать в армии!
— Нет.
Девушки жалобно смотрели друг на друга, пока Лан не заговорила: — Юноша Ю Лин, пожалуйста, помоги нам. Ты упомянул, что однажды мы можем кем-то стать. Возможно, судьба что-то приготовила для нас, если мы присоединимся к армии. Пожалуйста, помогите нам, скромным куртизанкам.
Ю Лин нахмурился при виде такого. Ему не понравилось видеть четырёх молодых женщин на коленях.
— Сначала перестаньте стоять на коленях, поднимайтесь!
Он направился к ним, но его дёрнули назад за верёвку, которая удерживала его на месте. Он бросил на Ли Чжао выразительный взгляд.
Генерал, получив этот взгляд, приподнял бровь.
— Женщины в лагере принесут неприятности. Неприятностей я не хочу.
— Генерал, мы не доставим неприятностей, мы будем полезны!
— Нет.
Куртизанки кусали губы, их глаза наполнились слезами. Ю Линь повернулся и встал перед Ли Чжао.
— Примите их, — сказал он.
— Я генерал, ты всего лишь пехотинец. Я не подчиняюсь твоим приказам.
Ю Лин сжал кулак.
— У вас что, совсем нет сердца? Они отчаянно хотят помочь и предлагают свои услуги бесплатно!
— Они мне не нужны.
— Ну, я вам тоже не нужен, но вы даже привязали меня!
Ли Чжао не ответил.
Ю Лин продолжил свою тираду, оживлённо размахивая руками:
— Если вы не возьмёте их, я не сдвинусь с этого места!
С этими словами он сел.
— И, если вы думаете о том, чтобы просто нести меня, позвольте мне сказать вам, что мои друзья, кружащие сейчас над лагерем, нападут! Сяо Ци, который сейчас на этом поле боя, оторвёт вам руки, чтобы забрать отсюда!
Ю Лин надул покрасневшие щёки и отвернулся.
Ли Чжао потерял дар речи... У этого парня были слишком резкие перепады настроения: то улыбался как идиот, то гневно защищал кого попало.
Он посмотрел на четырёх куртизанок, всё ещё распростёртых в низком поклоне на полу, и нахмурился. Возможно, они могли бы помочь... Еда в лагере была чрезвычайно безвкусной... И, возможно, женское присутствие подбодрит мужчин...
Ли Чжао ещё раз посмотрел на Ю Лина, прежде чем сказать:
— Хорошо. Но я не буду нянчиться с вами четырьмя. Вы сами о себе позаботьтесь. Если я услышу о каких-либо неприятностях, которые вы устроите, вы вылетите. Понятно?
Куртизанки дали волю слезам, поклонившись по три раза каждая: — Спасибо вам, генерал, за вашу щедрость, спасибо!
Ю Лин широко улыбнулся и попытался подбежать к ним, чтобы поднять с земли. Однако он остановился, вспомнив длину верёвки. Он повернулся и потянул за неё:
— Генерал, подвиньтесь немного, я не могу до них дотянуться!
Челюсть Ли Чжао дёрнулась. Он подошёл, перекинул Ю Лина через плечо и вышел.
Вернувшись в лагерь, Цянь Ду с нетерпением ждал возвращения генерала Ли, когда услышал голос, который сразу превратил его из молодого мужчины в глубокого старца.
— Глубокоуважаемый Цянь Ду!
Он поднял глаза, и зрелище было то ещё. Ю Линь лежал на коленях генерала, который сидел на своём жеребце с прямой спиной, с лицом, застывшим холодной маской. Рядом с ним шли четыре красавицы в одеждах куртизанок и с маленькими сумками в руках: одна глазела на лагерь, другая обмахивалась изысканным круглым веером, третья шла с высокомерным видом, а четвёртая продолжала есть семечки.
Цянь Ду оценил это зрелище, и у него начала болеть голова.
«С каких это пор генерал стал таким странным???»
http://bllate.org/book/13311/1183858
