Красавец, подобный нефриту
Глава 1
Чёрные тучи сгущались всё плотнее. В самом их центре над городом в воздухе закручивался вихрь. Небо словно раскололось, открыв прореху. Под оглушительный грохот грома несколько юношей собрались вместе и принялись болтать о всякой ерунде.
— Кстати, мой сосед по комнате… ну, тот, которого зовут Линь Шу, — один из юношей поджал губы. — Он как будто ненормальный. Я ни разу не слышал, чтобы он хоть что-то сказал.
— Назвать его немым было бы для него ещё слишком лестно. Этот тип даже лица не меняет. Я бы лучше поскорее съехал и жил отдельно. Видеть его больше не могу, чёрт побери! — стоявший рядом с ним парень открыл банку пива и тут же поддакнул.
И в этот миг с треском ударила молния. От грохота едва не заложило уши, а следом обрушился бешеный ливень. Все, словно сговорившись, одновременно повернули головы к окну.
— Да чтоб тебя! Вот это ливень! — тот самый юноша, что только что раздражённо ворчал, бросил взгляд на небо и вдруг широко распахнул глаза.
— Эй… — он замялся, а потом удивлённо проговорил: — Старина Сань, вон тот, кто стоит на крыше большого здания… это же тот самый с каменным лицом, верно?
— И правда! При таком ливне он что, совсем рехнулся? — Старина Сань близоруко щурился, пытаясь хоть что-то разглядеть вдали.
— Либо депрессия, либо затворничество. Как ни посмотри, нормальным его не назовёшь, — злорадно усмехнулся другой юноша. — Эй, Старина Сань, глянь, кажется, он что-то обнимает.
— Психу, наверное, от этого очень радостно. Похоже, это меч, — говоривший ещё не успел рассмотреть как следует, как произошло нечто за пределами их понимания.
На чёрном небе вспыхнула гигантская фиолетовая молния, излучая силу, которую невозможно было даже вообразить. Она рассекла небосвод и ударила в далёкую фигуру, стоявшую на крыше высотки. В тот миг свет был таким ослепительным, что никто не сумел разглядеть, что именно произошло.
На улице внизу немало людей, мокнув под дождём, взволнованно снимали всё на телефоны и подписывали кадры: «Гигантская молния в городе Х, прямо как конец света. Какой бессмертный друг явился сюда проходить грозовое бедствие?»
Это был последний раз, когда видели Линь Шу.
─── ❈ ───
Когда Линь Шу пришёл в себя, он почувствовал, что лежит навзничь, и попытался открыть глаза.
— Маленький дурень очнулся!
У его уха раздался низкий голос. Всё его тело мгновенно оцепенело. Веки были тяжёлыми, словно гора Тайшань, кости во всём теле точно заклинило, так что и дышать было трудно… У него была аллергия на людей. И это была чистая правда.
Юноша несколько раз глубоко вдохнул и обнаружил, что влажный воздух здесь смердит гнилью так, что дышать почти невозможно. Когда он попробовал провести истинную ци, оказалось, что в этом теле вовсе нет силы совершенствования.
— Почему опять не шевелится? — тот голос продолжал звучать. Это была тётка средних лет с необычайно зычным голосом. Судя по всему, она собиралась протянуть к нему руку и проверить его состояние.
Линь Шу уже почти чувствовал исходящий от неё жар. Она приближалась, и он нахмурился. Резко открыв глаза, он так напугал тётку, что та дёрнулась.
— Чтоб тебя!
Юноша застыл, тяжело задышал, а потом растерянно огляделся по сторонам. Стоявшая у кровати тётка выглядела сурово. На ней была безрукавка, льняная юбка, волосы собраны наверх и заколоты длинной деревянной шпилькой. Это была совсем не одежда современной эпохи.
Сейчас он находился в старой, разваливающейся хижине под соломенной крышей. Сырые стены сплошь покрывала плесень. Даже для съёмок исторического фильма соорудить настолько ветхую лачугу было бы непросто.
Линь Шу:
— …
Это настоящая трагедия человеческого мира.
Совсем недавно он всего лишь собирался пройти небесное бедствие… Стоило ему пережить его, и до вознесения в бессмертные оставался всего один шаг. Но, как назло, вечером у него были занятия, так что выбраться за город и пройти бедствие на пустом месте, подальше от людей, он не успевал. Пришлось выбрать ближайшую высотку, чтобы не пугать обычных смертных.
И хуже всего было то, что на этой высотке совершенно случайно стоял гигантский громоотвод. Вся молния ушла в него, даже не коснувшись его тела. Если у совершенствующегося сердце нечисто, воля нетвёрда, и он пытается уклониться от небесного бедствия при помощи внешних средств, небесное наказание неизбежно. В худшем случае его развеет в прах, в лучшем он будет отброшен назад и вынужден начать всё с начала. Как сейчас.
Он и представить не мог, что громоотвод способен отвести даже молнию небесного бедствия.
Современная физика нанесла сокрушительный удар.
Линь Шу выровнял дыхание и ещё раз внимательно изучил состояние этого тела. Меридианы были закупорены, бессмертные кости на редкость плохи. Назвать его телом обычного человека значило бы бессовестно врать. Если с таким основанием мечтать о совершенствовании, то это всё равно что жабе надеяться полакомиться лебединым мясом.
Он был словно ученик, которого наказали за списывание. Его не только заставили заново учиться, но ещё и порвали учебники.
— Почти десять лет был дурачком, а лучше не стал… целыми днями только прятался по углам. Теперь вот чуть не утонул. Небось хоть это пойдёт тебе впрок, — увидев его ошалелый вид, тётка вдруг перестала злиться и со вздохом проговорила это.
Вскоре издали послышался мужской голос, зовущий тётку. Та откликнулась, подоткнула ему одеяло и повернулась к выходу. Когда её рука скользнула возле шеи Линь Шу, по его телу тут же побежали мурашки, дыхание снова стало сбиваться, и лишь спустя некоторое время ему удалось успокоиться.
На самом деле тётка желала ему добра, но Линь Шу не переносил прикосновений других людей. Это одеяло было влажным, холодным, словно железо. Когда она плотнее укутала его, стало даже хуже, чем без него. И вправду человек, которому не суждено наслаждаться благами жизни.
Только когда тётка ушла далеко, он встал с кровати, открыл липкую на ощупь деревянную дверь и выглянул наружу.
Это была деревня. Хижина, в которой он жил, стояла на самой окраине. За деревней тянулись заброшенные поля, а ещё дальше всё заволакивала тускло-серая мгла. Из-за густого тумана нельзя было ничего разглядеть. Виднелись лишь такие же обветшалые, убогие домики, собравшиеся кучкой.
Цвет неба казался странно мрачным. Если бы это было раннее утро, в домах уже должны были бы шевелиться люди, разжигать огонь и готовить. Но если считать это сумерками, то тоже выходило не слишком похоже. Небо было серо-чёрным, без луны и без звёзд, и нигде не было даже тени солнечного света. Эта тёмная, гнетущая картина не сулила ничего доброго. На миг он растерялся и хотел было осмотреться ещё раз, но заметил, что снаружи двигаются сельчане, и уже занесённую для шага ногу тут же убрал, развернулся и пошёл обратно в комнату.
В комнате и описывать-то было нечего. Там царили беспорядок и разруха. Из мебели имелись только кровать и столик перед ней. Зеркала не было, так что собственного лица он увидеть не мог. Вспомнив, как тётка называла его «маленьким дурнем» и «дурачком», он предположил, что нынешнее тело принадлежало не слишком сообразительному человеку. Вот только как он выглядел, оставалось загадкой.
Линь Шу провёл рукой по своим спутанным волосам, торчащим, как бурьян, и ему стало совсем тяжело дышать.
В этот момент дверь снова распахнулась, за спиной послышались шаги. Он обернулся и увидел, что пришла всё та же тётка.
— Маленький дурень, пора есть! — держа в руках белую миску, она перешагнула порог и крикнула ему так, словно подзывала собаку. Маленький дурень повернулся и уставился на неё в упор. Лицо у него всё ещё не слишком походило на лицо нормального человека, но всё же уже было не таким, как прежде.
— Упал в воду один раз, и что, совсем уж одурел? — нахмурившись, спросила она, поставила миску на стол и развернулась, собираясь уйти.
В этом мире немногим по душе тишина. Дураки тоже входят в их число, ведь с ними всё равно никто не хочет разговаривать. Для Линь Шу тишина всегда была тем, о чём он просил, но чего никогда не получал. Однако теперь он уже не мог жить как прежде. Ему нужно было с кем-то говорить, иначе он так и останется здешним дурачком до конца своих дней. Как бы он ни любил тишину, становиться дураком ему не хотелось. Особенно таким дураком, который кутается в плесневелое одеяло и живёт в сыром доме.
Поэтому, когда тётка уже собиралась уходить, она вдруг услышала за спиной слегка дрогнувший голос:
— …Спасибо.
— Ай-я! — вскрикнула тётка и резко обернулась. — Да ты больше не дурак!
Линь Шу деревянно кивнул. Увидев это, тётка радостно замахала руками, а потом закричала людям снаружи:
— Маленький дурень больше не дурак!
Сразу же послышался топот множества ног. Вскоре у двери столпилась куча тощих деревенских жителей. Каждый из них взволнованно тянул шею, заглядывая в дом.
— Маленький дурень больше не дурак?
— Маленький дурень и вправду больше не дурак!
— И правда! Он больше не дурак!
Линь Шу:
— …
Подумаешь, один дурак вдруг поумнел. Почему это вызвало такую бурю?
— Ты… ты что-то вспомнил? — тётка поставила миску и поспешно подошла, чтобы схватить Линь Шу за руку.
Линь Шу:
— !!!
Стоило тётке сжать его руку, как всё его тело мгновенно покрылось мурашками. Перед глазами потемнело. Отшатнувшись назад на несколько шагов, точно его ударило током, он едва не вылетел из собственного тела.
А потом произошло нечто совсем уж неожиданное. Тётка бухнулась перед ним на колени и выпалила:
— Ты должен нас спасти!
— Ты должен нас спасти! — увидев, что тётка встала на колени, остальные сельчане тоже последовали её примеру и один за другим начали биться лбами о землю прямо у порога.
Линь Шу шевельнул губами, собираясь спросить, почему все эти люди преклоняются перед ним, но, к собственному удивлению, долго не мог выдавить ни слова. Он совершенно не мог собрать мысли.
— Что вы хотите, чтобы я сделал? — с трудом выговорил он.
Все заговорили разом, поднялся сплошной гомон. Громче всех кричала именно та тётка. К счастью, хотя сам Линь Шу почти не разговаривал, слушать других он умел прекрасно, так что из их слов всё же сумел выудить суть.
Десять лет назад неведомо какой злой демон навлёк на это место бедствие. В общем, случилась большая катастрофа, и вся деревня оказалась в смертельной опасности. Потом мимо проходил один бессмертный, применил заклинание и на десять лет сохранил здесь покой. Условие было одно: оставить деревенским на попечение маленького дурня, тупого как полено, про которого он сказал, что это его ученик. Тогда сельчане спросили: если заклинание сможет защищать деревню только десять лет, то что им делать потом?
Тот бессмертный оказался на редкость проворен умом. Он наговорил им целую кучу красивых слов вроде «когда придёт судьба, всё разрешится», а потом легко и непринуждённо уплыл прочь.
Теперь срок в десять лет истёк. Защитная завеса вот-вот рухнет, а маленький дурень вдруг перестал быть дураком. Разве это не значит, что пришла та самая судьба? Неудивительно, что сельчане так обрадовались и теперь всей душой надеялись, что внезапно поумневший маленький дурень сумеет что-нибудь придумать.
Линь Шу снова посмотрел наружу и увидел всё ту же картину. Демоническая ци, призрачный туман, запустение во все стороны. Внутри тумана таились и жизнь, и смерть. Всё вокруг было полно злых духов и живых мертвецов. Вся деревня походила на одинокий остров посреди моря, отрезанный от внешнего мира уже десять лет. Сельчане ломали головы, но так ничего и не придумали. Если и у него не будет выхода, то он тоже окажется заперт здесь.
Линь Шу совершенствовался с самого детства. Его бессмертные кости были по-настоящему выдающимися. За какие-то десять с лишним лет он без помех дошёл до стадии махаяны. А теперь волей Неба его забросило сюда. Его не только заперли, но ещё и вынудили разговаривать с людьми. С такой напастью он прежде никогда не сталкивался.
Он стоял на месте, глубоко дышал и морально готовился. Наконец, когда мысли слегка улеглись, ему удалось подобрать слова:
— Есть ли у вас меч?
В тот же миг все снова уставились на него. У многих ноги подкосились, и они чуть не бухнулись на колени ещё раз, собираясь биться ему в ноги лбом.
Кто бы мог подумать, что, обретя разум, маленький дурень окажется таким спокойным и холодным. Он не закричал, не всполошился. В каждом его движении чувствовалось достоинство человека не из этого мира. Значит, тот бессмертный и правда их не обманул!
http://bllate.org/book/13296/1182322
