Глава 152. Гигантский кит Су Фэнси
После того, как Лю Чжао пригласили на передачу, Фань Цзяло приготовился подняться на лифте обратно в гостиную. Время записи было изменено с 9:30 на 10:30, поскольку Лю Чжао только что получил уведомление и всё ещё был в пути. После приезда ему нужно было сделать макияж и укладку, и часа не хватило бы.
Дверь лифта открылась. Фань Цзяло поднял глаза, чтобы посмотреть внутрь, но не мог не замереть. Стройный мужчина стоял посередине лифта в окружении нескольких высоких телохранителей, демонстрируя свое звёздное положение. Выражение лица мужчины было одновременно мирным и неторопливым, как будто он уже давно привык к такому обращению. Он держал в руке солнцезащитные очки и крутил их взад и вперёд, а его персиковые глаза искоса смотрели на Фань Цзяло. Губы мужчины растянулись в улыбке, и он спросил:
— Йоу, не правда ли, наш великий экстрасенс, Учитель Фань? Какое совпадение, мы даже здесь встретились, проходите, проходите.
Он сцепил пальцы и выглядел очень восторженно, но его поза при приветствии напоминала дразнение собаки.
Фань Цзяло несколько секунд спокойно смотрел на него и, наконец, вошёл в лифт. Выражение его лица, которое всегда было лёгким и свежим, в этот момент фактически рухнуло. Внешность этого человека была очень похожа на одного из его умерших друзей и невольно вызывала множество воспоминаний. Эти фрагментированные изображения крутились в его голове, прежде чем, наконец, слиться в пару заплаканных глаз. Эти глаза спокойно смотрели на него, пока он лежал в луже крови. Казалось, что сейчас прольются слёзы, но вдруг губы расплылись в холодной улыбке.
Фань Цзяло закрыл глаза и развеял эти воспоминания. Когда он снова посмотрел на молодого человека, он обнаружил, что улыбка и изогнутые брови собеседника были очень похожи на этого человека.
— Ваша фамилия Чжан? — осторожно спросил Фань Цзяло.
— Да, — мужчина представился с большим энтузиазмом, — Меня зовут Чжан Ян. Учитель Фань, вы должно быть слышали обо мне?
Чжан Ян, мужчина, стоящий за Су Фэнси. Фань Цзяло понял, холодный цвет его глаз усилился, в то время как мощное магнитное поле тихо окутало его тело, смутно источая величественную мощь. Несколько телохранителей вокруг мужчины почувствовали себя как-то не по себе. Протягивая руки во внутреннюю часть пальто, чтобы вытащить оружие, они все зорко оглядывались по сторонам. Все они были наёмниками и очень чувствительны к опасности.
Однако мужчина вёл себя как обычный человек. Он просто смотрел на лицо Фань Цзяло и улыбался, как будто не подозревая о том, что магнитное поле тихо меняется вокруг него. Увидев, что лифт вот-вот подъедет, он внезапно заговорил:
— Учитель Фань, Су Фэнси записывает песню на девятом этаже, вам интересно её послушать?
Хотя его рот говорил «Учитель Фань», его отношение никогда не было уважительным, а вместо этого было отношением кошки, холодно дразнящей мышь.
Фань Цзяло не был человеком, который отступал бы, и кивнул с улыбкой.
— Хорошо.
Они вышли из лифта бок о бок и вошли в студию звукозаписи, не обмениваясь дальнейшими словами. Су Фэнси действительно записывала песню. После того, как он не видел её долгое время, внешний вид женщины показался немного более гламурным, а её голос был похож на музыку бессмертного девяти небес, что заставило нескольких слушавших продюсеров стоять загипнотизированными. Они с трудом могли указать на её недостатки и продолжали кивать, их взгляды были полны признательности и восхищения.
Увидев Фань Цзяло, улыбка на лице Су Фэнси не могла не застыть, но она быстро исправилась и заменила мягкой улыбкой. Она слегка приподняла подбородок, искоса взглянув на него, а затем изогнула уголки глаз, как будто она ему очень благоволила. Однако холодный взгляд прошёл сквозь глубину её зрачков.
Когда холодный взгляд рассеялся, она закрыла глаза, надела наушники и начала петь. Звуковые волны поднимались шаг за шагом, образуя бесчисленные конические шипы, которые устремлялись в сторону Фань Цзяло. Если бы тайное противостояние могло издать звук, присутствующих людей пронзил бы свист стрел, льющихся с неба. Но даже если они ничего не слышали, резонанса, создаваемого этими волнами, было достаточно, чтобы воздействовать на их тела, заставляя их кровь и мозг постепенно нагреваться.
Вскоре после этого из-за нагревания эти люди потеряли рассудок, а затем попытались покончить с собой. Чтобы показать свою силу Фань Цзяло, Су Фэнси могла беззаботно жестоко расправиться с кем угодно в мире. Она была сумасшедшей. Она думала, что наконец-то стала гигантским китом, который может свободно плавать в огромной вселенной. У гигантского кита не было естественного врага, а человек, который когда-то заставлял её дрожать от страха, в это время был всего лишь пылинкой. Если бы не он, она, возможно, никогда бы не узнала, насколько прекрасны пейзажи на вершине.
Высокие ноты Су Фэнси наконец достигли предела. Несколько продюсеров уже прикрыли головы и начали стонать, но их внезапно успокоила мягкая сила. Молодой человек сделал несколько шагов, стоя перед прозрачным стеклянным окном, и посмотрел на поющую женщину холодными и острыми глазами.
Су Фэнси тоже открыла глаза и посмотрела на него с улыбкой. Эти двое не обменялись ни одним словом, но, похоже, исчерпали тысячи слов. Внезапно разделяющее их толстое звуконепроницаемое стекло начало трещать. Эти трещины медленно распространялись, а затем стекло разбилось. Огромный грохот напугал всех.
Все кричали и уворачивались, с возгласами недоумения, что происходит, и с шокированными выражениями лиц. Только Су Фэнси и Фань Цзяло всё ещё стояли лицом к лицу, не уклоняясь, и даже их ресницы не дрожали. Летящие осколки стекла были заблокированы неосязаемой стеной, как только они ударились о них. Это были люди, наиболее близкие к опасности, но они не пострадали.
— Сиси, выходи! Не стой там! — Агент Су Фэнси вернулся в комнату звукозаписи, чтобы проверить ситуацию со своим собственным артистом, и только тогда Су Фэнси отозвала свои агрессивные божественные мысли.
— Фань Цзяло, мы давно не виделись. Как у тебя дела в последнее время?
— Ну, всё в порядке, — легко сказал Фань Цзяло.
— Что ты думаешь обо мне сейчас? — Су Фэнси вытянула руки и изящно сделала круг, словно демонстрируя свою всё более очаровательную фигуру.
Однако Фань Цзяло знал, о чём она спрашивает, покачал головой и сказал:
— Мне очень жаль, этот мир всё ещё не принадлежит тебе.
Су Фэнси стиснула зубы и хотела разозлиться, но внезапно поняла, что её эмоции контролировались другой стороной. Это было табу противостояния божественным мыслям. Она тут же собралась и кокетливо взъерошила волосы, обрамляющие лицо, и высокомерно фыркнула.
Фань Цзяло тоже тихонько усмехнулся, прежде чем повернуться и уйти, наступив на осколки стекла, разбросанные по полу.
Как ни странно, в то время как все остальные были либо атакованы, либо защищены магнитными полями этих двоих, только Чжан Ян был как посторонний, прислонившись к двери и наблюдая с улыбкой. Он был совершенно безразличен к их магнитным полям. Увидев идущего к нему Фань Цзяло, он отошёл в сторону, чтобы уступить дорогу, но затем внезапно приблизился к уху собеседника и дразняще прошептал:
— Учитель Фань, я знаю, кто вы. Я озвучу для вас пророчество, так что помните: рано или поздно вы умрёте от моих рук.
Он разжал кулак и сделал сокрушительное движение.
Фань Цзяло взглянул на него глубоким взглядом и ушёл. Он спустился на лифте на второй этаж и шёл, пока не достиг пустой лестницы, прежде чем медленно прислониться к стене со стоическим выражением лица. Через короткий промежуток времени из его барабанных перепонок и носа начала течь кровь, а рот наполнился привкусом ржавчины. Из-за сильного столкновения магнитного поля он был ранен, и некоторые из его внутренних органов могли быть разрушены.
Су Фэнси действительно стала сильнее. За очень короткий промежуток времени она подняла свою силу на совершенно другой уровень. Этот скачок ни в коем случае не был таким простым, как прорыв через узкое место, а, скорее, был переходом от одного вида к другому. Существо в её теле было совершенно неспособно на это, поэтому за ней стояли другие силы.
Фань Цзяло посмотрел на свою чёрную рубашку с выражением удовлетворения на лице, потому что он мог молча привести себя в порядок, никого не предупредив. Он вытер нос рукавом, вытер кровь с ушей и висков и вышел неторопливыми, уверенными шагами.
По его тихим и равнодушным бровям никто не мог уловить его истинных чувств, и он как будто привык молча переносить всю боль. Он зашёл в туалет, ещё раз вымылся перед зеркалом, чтобы убедиться, что выглядит нормально, и вернулся в гостиную.
— Вы тоже потом пойдёте на шоу и поучаствуете в духовном профилировании, — сказал он давно ждавшему мужчине.
— Что? — Мужчина быстро встал, но на его лице было только удивление, а не нервозность от внезапного приглашения предстать перед камерой.
— Я поговорю с режиссёром. Вам просто нужно сесть на стул, вам не нужно говорить ни слова, — Фань Цзяло открыл дверь и вошёл в комнату, примыкающую к гостиной. — Я хочу немного поспать, так что чувствуйте себя как дома. Позже кто-нибудь заберёт вас, а затем объяснит процесс, вас это устраивает?
— Всё нормально, но зачем мне идти на шоу? — Мужчина всё ещё не мог разобраться в ситуации. Кажется, он здесь, чтобы попросить о помощи, а не быть приманкой для шоу?
— Человек, который будет записывать с вами шоу, — Лю Чжао, — Фань Цзяло заставил другого замолчать всего одним предложением. Другой человек на некоторое время замер, прежде чем кивнул. — Хорошо, я понял.
Он посмотрел на молодого человека, и взгляд его был полон благоговения и благодарности.
— Вы давно это видели? Вы специально пригласили сюда этого человека, не так ли? Спасибо, правда, спасибо, за три дня вы единственный человек, который готов в меня поверить. Никто из моих не выслушал ни единого слова объяснений, и даже я не уверен, что произошло…
Мужчина больше ничего не мог сказать. Он плакал, закрыв лицо и стиснув зубы, сдержанно, но душераздирающе. Он думал, что зашёл в тупик…
Фань Цзяло покачал головой и вздохнул, а затем закрыл дверь в комнату.
***
Десять минут спустя несколько сотрудников отвели мужчину в другую небольшую комнату. В то же время Лю Чжао также прибыл на телеканал и в настоящее время занимался своим стилем.
Сун Жуй попросил съёмочную группу включить камеру в помещении, а затем перевёл картинку на большой экран комнаты наблюдения. Эти камеры изначально использовались для закулисных съёмок, но теперь они стали инструментом для его наблюдения.
— Ты видишь проблему? — Сун Жуй с заинтересованной улыбкой постучал по столу костяшками пальцев.
— Нет, а в чём проблема с ними двумя? — Сун Вэньнуань некоторое время смотрела на экран и наморщила брови. — Я не знаю, только ли это во мне, но я чувствую, что состояние Лю Чжао плохое. Кажется, он стал немного уродливее?
Появление Лю Чжао можно было рассматривать как вершину развлекательного круга, где собирались красивые мужчины и женщины. Его внешность была очень нежной, но не женственной. Его брови были немного светлыми, поэтому он хорошо выглядел со всем макияжем и мог вести себя как кто угодно. У него было два запоминающихся качества. Одним из них были его глаза, яркие, глубокие и острые, но не потерявшие своей мягкой терпимости. Его тихий взгляд был прекрасен. Вторым был его темперамент, элегантный, спокойный, но в то же время благородный.
Изначально он был обычным человеком и смог совершенствоваться до такой степени благодаря своим собственным усилиям. Он, наконец, стал одним из самых сильных людей в индустрии развлечений из маленького человека без опыта, поэтому Сун Вэньнуань сказала, что он был из тех людей, которые стоят на вершине горы. Это относилось не только к его репутации, но и к его способностям.
Однако сегодняшний Лю Чжао не обладал той элегантностью и безразличием. Он смотрел на себя в зеркало со странной улыбкой в уголках рта, а его пальцы продолжали касаться волос на лбу, казалось, он был недоволен своей прической.
— Зачешите назад, — приказал он стилисту.
— Учитель Лю, одежда, которую вы носите сегодня, — это ленивый и повседневный стиль, который не подходит для зачёсывания волос назад, — быстро попытался отговорить его стилист.
— Меня не волнует, какой стиль вы хотите, я хочу зачесать волосы назад. Моё лицо будет хорошо смотреться с любой прической, — Лю Чжао сам взял расчёску и гель-крем и зачесал назад волосы, которые стилисту удалось сделать небрежными и стильными.
Все окружающие его люди смотрели на него с недоверием. Судя по слухам, это был элегантный, обаятельный и вежливый император кино Лю? Этого даже близко не было!
Странный мужчина, сидевший рядом с Лю Чжао, тихо сидел перед косметическим столом, позволяя стилисту позаботиться о нём. Время от времени он помогал передать какие-то инструменты и говорил несколько слов. Его разговор всегда был сосредоточен на последних модных тенденциях, и он был очень проницательным, из-за чего стилист часто приятно смеялся. Его сидячая поза была очень элегантной, а выражение лица — очень расслабленным, в отличие от обычного человека, который никогда не записывал шоу.
Но даже в этом случае Сун Вэньнуань не увидела никаких проблем, только пробормотала:
— Я не ожидала, что Лю Чжао окажется таким человеком наедине, совсем безвкусным. Чёрт побери, он даже отказался носить модный наряд, который приготовил для него наш стилист, и хочет надеть этот большой красный костюм, он слепой? Разве все дизайнеры, которые с ним сотрудничают, не говорят, что эстетика у него хорошая? Это можно считать хорошей? Слухам действительно нельзя доверять!
Сун Жуй некоторое время смотрел на неё, совершенно не понимая, как она проигнорировала очевидные детали и пришла к такому поверхностному выводу. Однако он, похоже, забыл, что детали, сигнализирующие ему об ответе, для многих простых людей ничего не значат.
Он отвёл взгляд, как будто смотрел на дуру, и снова посмотрел на экран компьютера.
Оба мужчины на разделённых экранах уже были оформлены и проинформированы об эпизоде. Странный человек задал несколько ключевых вопросов, но Лю Чжао просто кивнул и согласился. В конце он нетерпеливо спросил:
— Разве режиссёр не говорила, что хочет согласовать строки и сценарий с Фань Цзяло? Где он?
— Он скоро придёт, пожалуйста, подождите, — улыбнулись и ответили сотрудники, а затем посмотрели на висящие на стене часы. Время записи почти подошло. Пересматривать сценарий в этом сериале не нужно было, да и не было таких строк. Всё было по-настоящему.
Однако Лю Чжао не знал об этом, поэтому постоянно ругался:
— Что за чушь экстрасенсы, это группа мошенников! Когда, чёрт возьми, он придёт? Его слава даже больше, чем моя, и у него хорошее прошлое, ах, даже кинозвезде приходится его ждать. Блин, что это за мир? Просто подожди, пока я узнаю, кто он, я заставлю его встать на колени и назвать меня своим отцом!
Поначалу персонал мог вежливо улыбаться, но позже стал бесстрастным. Послушайте, что он говорит. Есть ли у него какие-нибудь качества? Благородный киноимператор с десятью тысячами поклонников — всё это было просто большим пердежом!
Пока они плевали в людей, красивая и элегантная женщина внезапно толкнула дверь гостиной и спросила:
— Почему ты не предупредил меня, прежде чем прийти записывать программу?
Затем в гостиную вошла другая женщина с красивой и внушительной внешностью, высмеивая:
— Он может делать всё, что хочет, ему нужно тебя спрашивать? Лю Чжао, я права? — Она подняла брови и очаровательно улыбнулась мужчине.
Лю Чжао, который изначально стоял перед дилеммой между левой и правой женщинами, сразу же стал предвзято относиться к гламурной женщине и сказал со стыдным выражением лица:
— Да, да, Циньцинь права во всём, что она говорит.
Лицо нежной и красивой женщины побледнело, но она остановилась, не уходя. Она стиснула зубы и сказала:
— Дун Цинь, не вмешивайся в дела нашей пары, уходи прямо сейчас! В противном случае я скажу журналистам, что ты как третье лицо разрушаешь отношения между мужем и женой.
Дун Цинь была равнодушна, но Лю Чжао поднял брови, казалось, рассердившись.
Мягкая женщина немедленно заблокировала его слова:
— Если ты хочешь, чтобы твоя репутация была запятнана, а твоя карьера была испорчена, то можешь просто позволить ей остаться! В любом случае, после развода я всё ещё могу получить огромную долю имущества, и меня не волнует, что я буду делать из этого большую проблему.
Лю Чжао, который всегда был очень самоуверенным, испугался. Он отогнал гнев и сузил глаза, потирая руки, что выглядело одновременно непристойно и трусливо.
— Циньцинь, почему бы тебе не выйти первой?
Дун Цинь пристально посмотрела на него и, в конце концов, обернулась, резко хлопнув дверью.
Нежную женщину звали Гао Цяньцянь, а гламурную женщину — Дун Цинь. Когда Лю Чжао только дебютировал, они обе были с ним, но статус Гао Цяньцянь был очень низким. Она была просто живым помощником, который помогал Лю Чжао, бегая взад и вперёд, выполняя разные задания, в то время как Дун Цинь была знаменитой в отрасли Железной Леди, агентом с золотой медалью, которая была очень способной.
В то время у троих было немало скандалов из-за эмоциональных разногласий. Дун Цинь любила страстно и громко, а Гао Цяньцянь любила со смирением и терпением. Общественность думала, что Лю Чжао выберет Дун Цинь, чей статус мог конкурировать с ним самим. В конце концов, семья другого участника была видной и могла очень помочь ему в расширении его карьеры. Однако неожиданным было не только то, как он в конце концов женился на Гао Цяньцянь, но и его глубокая любовь и преданность к ней. За год он снялся только один раз, а всё остальное время сопровождал дома жену, просто образцовый муж.
Это также одна из причин, почему Лю Чжао пользовался такой популярностью среди публики. Но теперь сцена, которую он только что показал, совершенно не соответствовала слухам!
Этот фарс казался персиковым спором двух женщин, конкурирующих за одного мужчину. Пока Сун Вэньнуань и другие зачарованно наблюдали за происходящим, Сун Жуй знал, что на самом деле всё было совсем не так, поэтому он засмеялся с ещё большим интересом.
http://bllate.org/book/13289/1181156
