Глава 37. Кукольный театр, Южный город
Когда прозвучали слова «запретная зона», по залу заседаний словно пронёсся ледяной порыв ветра. Людей вдруг окатило морозом, и по коже пошли мурашки.
Связист, державший телефон, вздрогнул и чуть не выронил трубку.
Шеф Ван находился поблизости, тут же подскочил, перехватил телефон и закричал в него:
— Что происходит? Какая запретная зона? Из какой запретной зоны он вышел?! И… и что значит «нас нашли»?! Объясни толком!
— То, что вы и слышали… — голос на том конце был робким, словно собеседник до полусмерти перепугался, рядовой сотрудник то и дело срывался на заикание: — Та запретная зона второго уровня в южной части провинции Фуцзянь. Разве граница блокировки не проходила по шоссе? Там, на беспилотном посту наблюдения, сломалась камера. Но в отделении не хватало людей, даже после доклада никого не смогли найти, чтобы отправить на починку. А потом… потом…
Он замолчал, сглотнул, всё ещё приходя в себя от шока.
— И вот её только что починили, и Вэй Э нас нашёл! Он вышел из запретной зоны!
Оказалось, что этот рядовой сотрудник отвечал за наблюдение за периметром запретной зоны в южной части Х. Запретные для живых зоны были чересчур опасны — даже игроки и сотрудники не решались подступать к ним вплотную. Приходилось использовать беспилотные наблюдательные посты на линии блокировки, чтобы отслеживать изменения и немедленно докладывать о них начальству.
Как обычно, рядовой сотрудник сидел перед десятками экранов, следя за жутким, окутанным зловещим туманом районом. И тут тот самый неисправный экран вдруг ожил, зашипел и замерцал.
Сотрудник с дрожью в теле перевёл взгляд на экран.
И в следующую же секунду кровавая ладонь вдруг прижалась к стеклу экрана!
Сотрудник взвыл от ужаса, отшатнулся так резко, что вместе со стулом грохнулся на пол. Когда камера в запретной зоне вдруг показала, как к ней прижалась чья-то рука, у бедняги будто половина души вылетела, а другая вознеслась к небесам. Он едва не врубил тревогу высшего класса.
К счастью, в следующую секунду рука ушла.
Затем на экране появился сереброволосый юноша, которого к этому времени уже знал весь отдел. Его пугающие, расширенные зрачки цвета крови скользнули по сторонам, и ледяные слова пригвоздили сотрудника к месту:
— Где Се Юаньчжэнь?
В панике сотрудник с трудом нашёл в себе крошечный островок рассудка и узнал в нём того самого нового звёздного игрока, который недавно прошёл трёхзвёздочный квест, получил оценку «A-I» в системе потенциала и из-за которого всё Бюро поставили на уши. Не осмеливаясь замешкаться ни на долю секунды, он немедленно передал экстренное сообщение в офис высшего уровня.
Позже, просматривая записи с других ракурсов, снятые с камеры на беспилотном посту у шоссе, рядовой сотрудник увидел, как сереброволосый юноша вышел один из-за заграждения.
У него за спиной, под свинцовым небом южного района, клубился зловещий туман, сквозь который едва проглядывали очертания чуждого города.
Выслушав доклад, все в зале заседаний одновременно шумно втянули воздух сквозь зубы.
Шеф Ван не имел ни малейшего времени, чтобы обдумать, как Вэй Э выбрался из запретной зоны, он лишь с беспокойством спросил:
— А сейчас?! Где он сейчас?!
— О-он всё ещё на беспилотном посту у шоссе, — только прозвучали эти слова, как сам шеф Ван, Се Юаньчжэнь и остальные уже вылетели из зала и приказали немедленно подготовить вертолёт.
Срочно выдвигаемся к южной запретной зоне!
Да кто вообще может оставаться в запретной зоне второго уровня, где живые не выживают?!
Вертолёт взмыл в небо. В рёве турбовального двигателя Се Юаньчжэнь, шеф Ван и директор по связям едва уместились в тесной кабине. Шеф Ван, перекрикивая рёв мотора, без передышки названивал по всем отделам Бюро в Фуцзянь.
Директор по связям, сидящий сзади, протёр очки и сказал:
— Теперь, наконец, понятно, почему мы никак не могли его найти.
Все камеры наблюдения в запретных зонах были выведены из строя.
И даже если бы не все, Бюро всё равно не осмеливалось размещать камеры ближе к центру, только по периметру, на безопасном расстоянии. История с тем парнем, который запустил дрон и снял с воздуха обезглавленные трупы в уезде Хуайинь, а в итоге каким-то образом спровоцировал принцип убийства в запретной зоне, стала для всех наглядным уроком.
Если Вэй Э после завершения квеста оказался внутри запретной зоны, то Бюро в любом случае не смогло бы его найти. В такие зоны нельзя войти, оттуда нельзя даже извлечь тела. Как только какое-то место становилось «Запретной для живых зоной», всех его жителей, с которыми не удавалось установить связь, официально признавали мёртвыми, а место запечатывали.
Они всё это время отчаянно искали мертвецa в базе данных живых. Как же они вообще могли его найти?
Но как же тогда Вэй Э, выйдя из квеста, оказался в запретной зоне?
Неужели всё это время — целых три года — он на самом деле жил в запретной зоне второго уровня?
— …Южный город, — проговорил один из сотрудников главного Бюро, тоже находившийся в вертолёте, в его голосе слышался страх. — Это ведь с самого начала была одна из тринадцати запретных для живых зон, верно? Помню, она называлась… «Кукольный театр»?
Когда прозвучали слова «Кукольный театр», в кабине повисло тревожное напряжение.
Три года назад, когда сверхъестественное начало просыпаться по всему миру, на первом этапе такие происшествия имели лишь локальный характер. Чтобы сохранить общественный порядок, все подобные события старались замять, ограничив их рамками слухов. Но именно «Фольклор» стал крупнейшим и самым масштабным паранормальным инцидентом, внезапно появившись одновременно на всех умных устройствах по всей планете.
Поначалу большинство восприняло это как розыгрыш хакеров.
Но стоило появиться приложению «Фольклор», как в шести крупных игровых регионах мира одновременно сформировались тринадцать квестов, и игры немедленно начались. Игроки, которых внезапно втянуло в задания, ещё мгновение назад подозревали очередную сетевую атаку, а в следующее уже очутились в пространстве квеста, лицом к лицу с необъяснимыми ужасами.
Никто не был к такому готов. То первое открытие квестов можно было описать только как полный и абсолютный кошмар — в первом раунде игр «Фольклора» не был успешно пройден ни один квест, и ни один игрок не вышел оттуда живым.
А соответствующие этим тринадцати квестам участки в реальности превратились в запретные для живых зоны.
И Южный город стал одной из них.
Он возник из традиционного квеста в жанре хоррора — «Кукольный театр».
В отличие от «Марионеточника из Хуайиня», после провала в «Кукольном театре» все живые люди, находившиеся в зоне квеста, исчезли и превратились в кукол с густым запахом гниющего трупа. Они висели на одиночной нити, раскачиваясь за окнами туда-сюда.
Южный город за одну ночь превратился в кукольную сцену.
Мёртвые тела стали куклами, а сгнившие силуэты — актёрами, что пели и разыгрывали представления.
Но самое жуткое — это то, что каждое первое и пятнадцатое число месяца эти куклы начинали гастрольное шествие по всему городу-призраку. С началом спектакля «Кукольного театра» духовное поле в зоне искажалось, и Бюро было вынуждено отодвигать все внешние камеры ещё на сто метров дальше.
Иначе у сотрудников, следивших за периметром, начинались помутнения восприятия и признаки транса.
Вся эта информация была добыта ценой человеческих жизней.
Пусть потом появилось ещё множество квестов, а новые провалы порождали новые запретные зоны, но именно те первые тринадцать остались самыми сильными по воздействию и самыми страшными для всех. Они разорвали тонкую вуаль реальности на протяжении веков и дали страху безмолвно пасть на человечество.
А Вэй Э всё это время находился именно там — в запретной зоне Южного города, в Кукольном театре. Целых три года.
Директор по связям и сопровождавшие его сотрудники с трудом могли представить, как он вообще выжил в городе, наводнённом силуэтами кукол.
— «Кукольный театр» ведь с самого начала стал самым быстровыбывшим квестом на всех стримах, — Се Юаньчжэнь держал на коленях меч Цисин, уложив его плашмя, и, будто вспомнив, добавил: — Час тридцать. Даже опомниться никто не успел — всех игроков сразу втянуло и сразу провал. Южный город моментально стал запретной зоной. Вэй Э, скорее всего, не был в том первом наборе игроков. А если за тот час тридцать он не посмотрел на телефон и не вышел из дома, вполне возможно, он вообще не понял, что произошло.
— …Тогда всё становится на свои места, — пробормотал директор по связям.
— Когда Южный город стал запретной зоной, всё внешнее сообщение с ним обрубилось. Вэй Э как-то выжил, но оказался в ловушке кукольного города. Три года — живой среди мёртвых, закалился, выработал хорошие навыки… но не знал ни о провале квеста, ни о том, что произошло с реальным миром. С его точки зрения, всё могло выглядеть так, будто город в одну ночь превратился в нечто чуждое и пугающее.
На этих словах у всех в кабине побежали мурашки по коже.
Они уже не знали, кто вызывает больше сочувствия — погибшие, или тот, кто, ничего не ведая, боролся за жизнь в городе кукол.
Все, кто находился в вертолёте, лично видели, каким был Вэй Э, когда его закинуло в игру сразу после начала задания — болезненный, тяжело раненый. Сказать, что он уже одной ногой стоял в могиле, не было преувеличением.
В тот момент он никак не реагировал ни на людей, ни на окружение. Тогда все решили, что дело в его тяжёлой болезни, мол, поэтому он так безразличен к жизни и смерти. Но теперь было ясно: это было оцепенение, выработанное за три года, проведённых в человеческом аду. Ему было всё равно, где он, и сколько вздохов ему осталось.
Пока они говорили, сотрудники передовой уже подключили трансляцию с камеры беспилотного наблюдательного пункта к переносному устройству IT-специалиста из главного штаба, находившегося в вертолёте.
IT-шник нажал несколько клавиш и на экране тотчас появилось изображение периметра запретной зоны.
На обочине провинциального шоссе, перед беспилотным пунктом, они увидели сереброволосого юношу. Он всё ещё был в одежде, выданной для задания: тёмно-синяя ткань, пропитанная пятнами крови. Сейчас он сидел на большом камне у дороги.
Длинные ноги упирались в землю, свободные чёрные штаны прямыми складками ниспадали вниз, обнажая часть бледных щиколоток. В руке он держал ни короткий, ни длинный нож.
Увидев, что с ним всё в порядке, IT-шник уже хотел выдохнуть с облегчением, но вдруг заметил: за спиной Вэй Э в зоне оцепления начал разрастаться едва заметный серый туман с мертвенным отблеском. Будто почуяв живое, он стремительно пополз по земле в сторону Вэй Э.
— З-зловещий туман из запретной зоны расширяется, — лицо IT-шника побелело, и он воскликнул: — Запретная зона… она хочет затащить его обратно!
— Что?!
Лица людей на другой стороне кабины моментально переменились. Се Юаньчжэнь и остальные на мгновение забыли о тряске вертолёта, стремительно несущегося к месту назначения, рванули вперёд и уставились в экран с видеотрансляцией.
Всё было так, как сказал IT-шник: густой мертвенно-серый туман из запретной зоны уже накрыл спину Вэй Э, резко распахнулся и стал собираться вокруг него. А сам Вэй Э даже не шелохнулся.
У всех в этот миг сердце подскочило к горлу, но туман, дойдя до Вэй Э, вдруг снова рассеялся, словно наткнулся на невидимую смертоносную преграду, и обнажил хрупкую фигуру юноши.
— О… он отступил? — IT-шник едва не подавился собственной слюной и с изумлённым лицом продолжал таращиться на экран. — Существа во второй запретной зоне… боятся его?!
Когда он произнёс эти последние слова, сам же с трудом мог в это поверить.
Се Юаньчжэнь и остальные были потрясены не меньше.
Но выражения лиц двух молодых последователей особняка Тяньши, сопровождавших Се Юаньчжэня, были и вовсе такими, будто они увидели призраков.
Их учили в даосской традиции, а значит, они понимали суть запретных зон куда глубже, чем простые аналитики из Бюро.
И тем более не могли поверить, что в этом мире вообще может существовать кто-то, кто, просто сидя неподвижно, способен заставить «это» из запретной зоны отступить.
— …Он вообще человек? — не удержался один из младших.
В этот момент на линии оцепления вновь начал собираться рассеянный зловещий туман с края запретной зоны. Когда его стало достаточно, он вновь хлынул к юноше, но на этот раз он был заметно слабее. Внутри тумана едва заметно на мгновение проступили тонкие нити.
Живые «нити» тянулись к шее и конечностям юноши, будто собираясь обернуть его в новую куклу.
В ту же секунду, как туман ослаб, а эти нити стали различимы, у директора по связям, IT-шника и остальных сознание словно притормозило.
Се Юаньчжэнь поспешно выхватил талисман, бросил его и негромко выкрикнул:
— Распадись!
Только тогда все очнулись и вырвались из этого странного оцепенения.
Они снова уставились в экран и были ещё более потрясены.
—— Значит, нити марионетки из Южного города запретной зоны второго уровня были спрятаны в тумане. И даже на таком расстоянии, через трансляцию, они всё равно могли оказать влияние?!
Может ли Вэй Э, сидящий там в одиночестве, по-прежнему быть в порядке?
Но нити марионетки не могли причинить ему ровным счётом никакого вреда.
Неужели это особенность, которую он обрёл, выживая в запретной зоне три года подряд?
Вертолёт на полной скорости мчался к цели, в то время как все в кабине пребывали в потрясении. Картинка с камеры из-за отдалённости была нечёткой, и потому Се Юаньчжэнь с остальными не знали главного…
Перед беспилотным наблюдательным пунктом на провинциальном шоссе этот клубящийся зловещий туман вовсе не был отброшен. Это было лишь заблуждение, вызванное тем, что большую его часть внезапно поглотили.
Под рёбрами Вэй Э, в теле, между плотью и кровью, странная каменная статуя испустила тусклое, кровавое свечение.
Как только спрятанные в зловещем тумане нити марионетки коснулись сереброволосого юноши, их тут же вместе с кровавым светом затянуло внутрь тела Вэй Э — прямо к каменной статуе, затаившейся под его рёбрами. Нити втягивались туда, как шёлк, наматываемый одна за другой.
Тонкие трещины на этой зловещей статуи — те, что Вэй Э оставил на ней ценою собственной жизни, — медленно, по частям, начали затягиваться.
Пока марионеточные нити проходили сквозь плоть и кровь, ощущение того, как Творец внутри его тела шаг за шагом восстанавливает силу, становилось всё отчётливее.
Вэй Э сидел и ждал, когда прибудут люди. Он не хотел становиться куклой на нитях, но и ждать вот так, позволяя Творцу поглощать зловещую сущность из тумана и набирать мощь, тоже не собирался.
Нож Хуса царапнул по поверхности камня. Вэй Э резко поднялся и направился к камере наблюдения.
В вертолёте Се Юаньчжэнь и остальные увидели, как сереброволосый юноша с бесстрастным лицом идёт прямо к объективу. Тень от его бровей будто давила на тёмно-красные, расширенные зрачки, в которых клокотала ярость, и туман по обе стороны расступался сам собой, словно сотни аномалий отступали перед ним с трепетом.
Будто он мог ощущать чужой взгляд даже на расстоянии, голос его был холодным и острым:
— Где вы? Сколько ещё ждать.
http://bllate.org/book/13286/1180355
