Глава 36. «Он вышел из запретной зоны»
Обе его руки были зафиксированы над макушкой, и когда зловещая аура с силой хлынула внутрь, Вэй Э слегка запрокинул голову. Лицо, обескровленное до предела, источало жутковатую красоту, словно у восставшего из мёртвых, а губы в темноте сияли завораживающим, пугающе алым цветом.
Словно сорванные лепестки розы.
Мрачная, зловещая аура, несущая в себе ярость Творца, врывался в тело, словно миллионы ледяных лезвий, бешено вращающихся внутри.
Но Вэй Э лишь холодно усмехнулся, сквозь стиснутые зубы выдавливая:
— Всего лишь сосуд? Тогда что же можно сказать о том, кто вынужден спасать простой сосуд?!
Даже если он был полностью подавлен, его голос оставался резким, презрительным, колким до такой степени, что, казалось, мог принять осязаемую форму и вонзиться в плоть.
Лицо Творца мигом потемнело. Он резко поднял колено и вдавил сереброволосого юношу глубже в кожаное сиденье. Вэй Э глухо хмыкнул, и все насмешливые слова тут же застряли внутри, не успев вырваться.
Творец схватил его за лицо, заставляя приблизиться.
Дыхание почти прилипло к уху, и голос Творца, холодный, словно его голосовые связки покрылись инеем, проник внутрь:
— …Ты и впрямь жаждешь смерти. Муравей.
В полумраке, багряная, словно залитая кровью, фигура в свадебном одеянии придвинулась вплотную. Чёрные, как сама бездна, волосы спадали на бледное лицо, в отблесках темноты сверкая нечеловеческой враждебностью и затаённой угрозой.
Но Вэй Э вовсе не чувствовал страха перед этим воплощением гибели. Даже будучи вдавленным в жёсткое кожаное сиденье, с крепко удерживаемыми руками, его алые губы по-прежнему кривились в насмешливой ухмылке. Глаза под тонкими веками источали ледяное презрение.
— Раз уж я жажду смерти, почему бы тебе не позволить мне попробовать? Быть запечатанным каким-то муравьём, но при этом даже не осмелиться его убить… Быть таким отбросом среди высших сущностей — это, без сомнения, уникальное достижение, не так ли? О, почтенный Господь Творец.
«Господь Творец» — эти два слова прозвучали, словно ледяные клинки.
Глаза странного существа в алом вспыхнули зловещим светом, и в следующее мгновение он схватил Вэй Э за подбородок, резко притянул юношу ближе и вонзил зубы в его шею.
Вэй Э вздрогнул. Острые белые зубы Творца пронзили кожу, как звериные клыки, и кровь начала всасываться холодными губами этого чудовищного создания.
Жуткое, леденящее кровь зрелище напоминало порождение кошмара, пожирающее свою добычу.
Лицо Вэй Э мгновенно исказилось от ярости. На запястьях, прижатых к сиденью, вздулись тонкие голубоватые жилы. Он рванул вперёд, изо всех сил пытаясь вырваться из хватки Творца, но алые цепи вспыхнули светящимися печатями, ещё сильнее сжимаясь, словно оковы. В то же время свадебное одеяние жуткого существа источало клубы синего дыма.
Но Творец лишь сильнее прижал его, полностью подавляя любые попытки к сопротивлению.
Острые зубы глубже впились в плоть, безжалостно кусая и разрывая её. По шее Вэй Э тонкими струйками стекала кровь, окрашивая тонкие, резкие губы Творца.
Когда тот наконец разжал челюсти, на коже юноши остался кровавый след, точно клеймо на принесённой в жертву плоти.
Творец взглянул на него сверху вниз, его окроплённые кровью губы медленно изогнулись в ледяной ухмылке.
— Ты действительно хочешь умереть? — Его голос был наполнен насмешливой жестокостью. — Но это зависит не от тебя.
Одной рукой он стиснул лицо Вэй Э, заставляя его застыть в неподвижности. Затем наклонился, и тёмные волосы скользнули по щекам юноши. Их губы почти соприкоснулись, а ледяное дыхание, смешанное с кровью, коснулось губ Вэй Э.
— Ты всего лишь ничтожный муравей. Если я захочу, чтобы ты умер — ты умрёшь. Но если я захочу, чтобы ты жил — даже если будешь умолять о смерти, ты будешь жить.
Тонкие губы вновь изогнулись в зловещем предвкушении.
— Я обещаю тебе… Я съем тебя по кусочку. Лично. И превращу в пищу, что будет страдать дольше всех.
Вспышка алого света озарила темноту, и в следующий миг Творец вновь обратился в зловещую каменную статую.
***
Разбитая машина остановилась у въезда на перекрытую дорогу.
К этому моменту зловещая статуя вновь была втянута в тело Вэй Э.
Он неподвижно лежал на кожаном сиденье на заднем ряду, серебристые волосы беспорядочно рассыпались по обивке, а бледное запястье свисало с края тёмного кресла. Когда гнетущая, зловещая аура наполнила тело, Вэй Э слегка приподнял голову, внутреннее чувство подсказывало ему: если он ещё раз попытается свести счёты с жизнью, эта аура опередит его и перехватит контроль над движениями.
В глубине души бурлило беспощадное убийственное намерение, но Вэй Э стиснул зубы, закрыл глаза и силой воли подавил охватившую его ярость.
—— Спокойствие. Нужно сохранять спокойствие.
Иначе ничего не получится.
Примерно через десять минут, опираясь на самоконтроль, закалённый годами, он сумел постепенно отойти от той яростной безумной вспышки, которая накрыла его, когда он, наконец, вернулся на родину и обнаружил, что всё необратимо изменилось.
Ничего страшного, если пока он не может утащить Творца с собой в могилу.
Тан Цинь и остальные когда-то упоминали: если квест «Фольклора» не удаётся завершить, соответствующая проекционная зона сразу же переходит под вражеский контроль.
Вполне возможно, что именно поэтому весь этот район превратился в «Запретную зону второго уровня». Возможно, три года назад, когда его затянуло в Безграничное пространство, в городе как раз активировался этот квест.
Что же касается результата… Ответом были окна домов, внезапно распахивающиеся во мраке, и тёмные силуэты, безмолвно наблюдающие изнутри.
Сначала — выяснить, с каким квестом был связан этот район.
Затем — найти способ избавиться от Творца.
—— Раз система «Фольклора» могла подавлять Творца и запечатывать Его в теле как «аномалию», значит, можно найти способ очистить и переработать Его сущность.
В ходе квеста Се Юаньчжэнь упоминал, что «Призрачное лицо» Чжан Юань носил в себе злой дух. Судя по тому, как он об этом говорил, хотя дух и влиял на сознание Чжан Юаня, делая его намного более жестоким и беспощадным, чем обычный человек, в целом контроль всё же оставался за ним.
Как будто уловив мысли Вэй Э, в его сознании раздался надменный насмешливый смех Творца.
—— Как нелепо.
Вэй Э даже не удостоил его поднятием век и без промедления бросил в ответ пять слов:
— Жалкое ничтожество, что оказалось запечатано.
Статуя аномалии, закованная в цепи и запечатанная в глубине мышц и костей, вдруг вспыхнула серо-голубыми всполохами. Зловещая аура внутри тела Вэй Э взбурлила, и его тут же отбросило назад. Он не сумел удержать равновесие и рухнул обратно на сиденье.
Даже когда аномальная энергия внутри него бушевала, а цепи, опутывающие бледно-синюю статую, ещё сильнее затянулись, ему стало только труднее подняться.
В сознании насмешливо зазвучал холодный голос Творца.
Его посыл был предельно ясен: Жалкое ничтожество? Ну так посмотри, кто из нас на самом деле под контролем.
Тело больше не слушалось. Вэй Э с силой упёрся длинными ногами в перевёрнутое сиденье, его грудь тяжело вздымалась, а по лицу пробежала тень убийственного намерения.
Он сделал несколько глубоких вдохов и из последних сил подавил рвущееся наружу желание сражаться до конца.
Примерно через десять минут ощущение чужого контроля начало медленно рассеиваться.
Вэй Э кратко наметил для себя несколько ближайших целей, выбросил насмешки Творца из головы, затем резким движением локтя выбил дверцу автомобиля и выбрался наружу из перевёрнутой, окончательно изуродованной машины.
Как только его ступня коснулась земли, в лицо ударил резкий запах гниения, ещё более удушливый и насыщенный, чем внутри машины.
Он поставил ногу на обломок разбитого автомобиля и обернулся, оглядывая южный район города за своей спиной.
Знакомый и в то же время чужой старый квартал был окутан густым серым туманом, в котором, колышась, мелькали мрачные фигуры, источающие зловещую, демоническую ауру.
—— Если хочешь вернуться, я могу выйти прямо сейчас и полакомиться тобой.
Не обращая внимания на злобную насмешку Творца, Вэй Э поднял с земли нож Хуса и, сжимая его в руке, направился к разрушенному заграждению на шоссе. Машина, перевернувшись, продрала в колючей проволоке широкую дыру, и повреждённая сетка частично завалилась на землю.
Вэй Э без колебаний поднял ногу и с силой отбросил в сторону свалившийся металлический забор.
Без документов. Без телефона.
Ориентируясь по смутным воспоминаниям, он сжимал в руке нож и уверенно двинулся в сторону провинциального шоссе первого уровня.
Пройдя всего пару шагов, он остановился, развернулся обратно и, не теряя времени, сорвал с крышки разбитой машины большой кусок металлического листа.
Затем ножом быстро вырезал на нём два предупреждающих знака и с лязгом водрузил импровизированную табличку прямо в центре разрушенного заграждения.
После этого он развернулся и без колебаний продолжил путь к шоссе.
***
Пока весь интернет продолжал бурлить обсуждениями успешного завершения квеста и лихорадочно искал появившегося высокоуровневого игрока…
В засекреченном убежище X, округ F.
В серовато-белом здании отделения Бюро по регулированию паранормального возрождения спешно приземлился вертолёт с горы Лунху.
Молодой даос в традиционной одежде, ведя за собой двух младших учеников, поспешно вышел из кабины и направился к ожидавшим их сотрудникам Бюро.
Когда игроки возвращались из квеста, они всегда появлялись в том же месте, откуда исчезли.
Се Юаньчжэнь не мог связаться с Вэй Э и почти одновременно получил тревожные новости от Бюро. Без промедления он запросил отпуск у наставника, взял с собой двух младших учеников и сразу же вылетел в штаб-квартиру Бюро по регулированию.
После нескольких часов, проведённых в воздухе, он наконец добрался до главной базы.
— Какое сообщение отправил шеф Ван по пути? — спросил он, перехватив поудобнее антикварный деревянный сундук.
Внешне Се Юаньчжэнь практически не отличался от самого себя в квесте: простая даосская одежда из особняка Тяньши, неброская причёска, в которую боком была продета деревянная заколка.
Совершенно не похожий на опытного игрока, пользующегося уважением среди молодого поколения.
— Следы божеств-хранителей, Тринадцати невест и Кровавой Невесты а-Сю, обнаружены вниз по течению реки Мин. Шеф Ван уже отправился туда и вместе с профессором Се ждёт в аналитическом центре, — сообщил сотрудник Бюро, встречая их на ходу. — Бюро в Мине передало, что большинство из Тринадцати невест легко идут на контакт и готовы немедленно принять приглашение и заключить договор. Но Кровавая Невеста а-Сю, похоже, не слишком желает общаться с нашими людьми.
Се Юаньчжэнь отреагировал мгновенно:
— Она ждёт Вэй Э?
Такое уже случалось прежде.
Когда задание завершалось, превращённая в божество-хранителя аномалия проявлялась в реальном мире.
Однако в отличие от прочих аномалий, возникавших в мире самостоятельно, эти, после успешного завершения квеста принявшие сторону людей, не спешили причинять вред.
И всё же, если хотели, чтобы аномалия защищала определённую местность, требовалось сначала отыскать её в реальном мире. Затем, пройдя через ряд строгих традиционных обрядов, убедить её снизойти к земле, умиротворить местных, определить границы покровительства, заключить договор с жителями и лишь тогда она официально становилась «божеством-хранителем».
В противном случае, как говорится, «имена не установлены — рассуждения непрочны»*. Даже если аномалия, появившаяся после успешного завершения квеста, не враждебна к людям, она не сможет по-настоящему стать защитником территории и сражаться за её обитателей.
(* 名不正，言不顺 [míng bù zhèng, yán bù shùn] — это классическое выражение из конфуцианской традиции, часто приписываемое Конфуцию.
Смысловой перевод: «Если названия (или статусы) не соответствуют действительности, то и слова теряют смысл».)
Как выразился шеф Ван из Бюро по регулированию паранормального возрождения:
— Ты даже официального статуса кому-то дать не хочешь, а надеешься, что он будет за тебя работать? Даже Чжоу Бапи* так не поступал!
(* Чжоу Бапи (周扒皮, буквально «живодёр Чжоу») — это прозвище вымышленного персонажа, помещика Чжоу Чуньфу, из автобиографического романа китайского писателя Гао Юйбао. Он стал символом жестоких и эксплуататорских землевладельцев в коммунистическом Китае.)
Грубовато, конечно, но смысл в его словах был верный.
Каждый раз после завершения задания для Бюро первостепенной задачей становилось найти аномалии, сошедшие в реальность, и обратить их в божеств.
Большинство аномалий соглашались сотрудничать с Бюро и заключали договор. Но небольшая часть, несущая в себе сильную злобу и насыщенная демонической энергией, требовала, чтобы за ними пришёл лично либо игрок, имевший с ними наибольшую связь в квесте, либо старейшина или легендарная личность с высочайшим моральным авторитетом. Только тогда они соглашались принять местность в своё покровительство и стать защитниками территории.
Аномалии, обращённые из квеста «Обряд возжигания благовоний в южной части провинции Фуцзянь», включали Тринадцать невест и Кровавую Невесту а-Сю.
Причём Кровавая невеста а-Сю одновременно входила в число Тринадцати невест и в то же время оставалась отдельной, могущественной аномалией.
Если она не заключит договор о защите местности, то соглашения с остальными Невестами не смогут обрести полную стабильность.
— Во всём квесте те, кто контактировал с Кровавой невестой а-Сю, — это только Вэй Э, даос Се, то есть вы, а также Тан Цинь, — пока говорил связной, он проводил троих из группы Се Юаньчжэня в переговорную. — Тан Цинь была ближе всех, и, получив наш сигнал, первой отправилась к месту появления Кровавой невесты а-Сю и попыталась установить контакт. Однако, похоже, результат оставляет желать лучшего.
И уже в процессе разговора Се Юаньчжэнь сам увидел это самое «оставляет желать лучшего», о котором говорил связной.
На стене напротив переговорной располагался огромный экран, занимавший всю стену. В этот момент он транслировал изображение с другого места.
В южной части провинции Фуцзянь, среди высоких гор, изгиб реки огибал долину. Вода в реке была цвета крови, контрастируя с лазурно-зелёным бамбуковым лесом по обе стороны берега. В пустынных горах, среди крутых ущелий, зияла гигантская каменная пещера, перед входом в которую клубился кровавый туман. Небольшой вертолёт медленно снижался к горному перевалу.
Тан Цинь, одетая в ветровку, ухватилась за трос и спустилась вниз.
Кровавый туман слегка рассеялся, позволив ей войти в пещеру. Шеф Ван, профессор Се, а также Се Юаньчжэнь с остальными, только прибывшие в переговорную, с напряжением наблюдали за происходящим.
Но не прошло и минуты, как Тан Цинь выбросило обратно — туман вынес её за пределы пещеры. Она беспомощно пожала плечами в сторону камеры.
Первая попытка пригласить обернулась неудачей.
Следующим в пещеру должен был войти «местный добропорядочный человек», обладающий, по мнению Бюро, неплохой репутацией.
Но стоило этому «местному добропорядочному человеку» ступить в пещеру, как его с глухим шмяком впечатало в скалу напротив.
…Причём впечатало довольно бесцеремонно, даже без тени уважения.
Кровавый туман разразился гулким, зловещим эхом:
— Что за отребье смеет приходить звать меня?!
Шеф Ван:
— …
Се Юаньчжэнь:
— …
Ладно, думать тут нечего. У этого «местного добропорядочного человека» явно тёмное прошлое, надо будет отправить людей проверить его как следует.
После череды неудач вертолёту, зависшему над рекой, пришлось покинуть место событий, оставив всех, наблюдавших за трансляцией, в тревожном ожидании.
Кровавая невеста а-Сю вовсе не нарочно вставляла палки в колёса.
В древности, когда двор приглашал отшельника покинуть уединение и занять государственный пост, посланников отправляли несколько раз, чтобы выразить должное уважение.
А злые духи изначально погибали с обидой, рождались из ненависти. Когда их злоба и горечь слишком глубоки, чтобы изменить свою природу и стать защитниками живых, им необходимо получить некое поистине весомое «почтение». Только так можно было подавить их сущность, насыщенную злобной энергией, и позволить им обрести новый статус.
Те, кто приходил сейчас, явно не могли дать этого «почтения».
Когда все попытки провалились, шеф Ван, профессор Се и остальные невольно перевели взгляды на Се Юаньчжэня.
— Если этот маленький даос пойдёт, результат будет таким же, — прямо заявил Се Юаньчжэнь, не пытаясь скрыть своих слабостей за хвастливыми словами. — В квесте с а-Сю взаимодействовал только Вэй Э. Он, должно быть, пережил там что-то такое, что завоевал её признание. Только он один может стать этим «почтением».
На этом месте Се Юаньчжэнь спросил:
— Вэй Э до сих пор не нашли?
Связной вздохнул:
— Мы уже практически до дыр просмотрели все камеры наблюдения в Фуцзянь. Проверили всех игроков из списка, попавших в квест. Его там нет.
Изначально Бюро разыскивало Вэй Э, потому что считало его перспективным игроком и беспокоилось о его состоянии. Но теперь ситуация изменилась и без него было никак.
Шеф Ван, мучительно потирая виски, махнул рукой, приказывая усилить поиски, поднять все видеозаписи за последние дни и тщательно просмотреть их ещё раз.
Связной кивнул и уже собирался выйти, как вдруг зазвонил телефон на его поясе — звонил кто-то из оперативников на передовой.
— Ш-шеф Ван… — голос на другом конце провода заметно дрожал. — О-он нашёлся. Нет… это нас нашли!
Шеф Ван, Се Юаньчжэнь и остальные застыли.
— Что значит «нас нашли»?
— Вэй Э… о-о-он… он вышел из запретной зоны!
http://bllate.org/book/13286/1180354
