Глава 94. Плач Замка (21)
В тот момент, когда Ци Лэжэнь был поглощён своими мыслями, доктор Лу и Су Хэ уже закончили обсуждать тело Мяо Бо и пришли к выводу, что он, вероятно, погиб не случайно, а был убит Ло Сюэи, хотя и не могли быть уверены на сто процентов из-за отсутствия свидетелей.
— Пора встретиться с Ниной, — сказал Су Хэ, глядя на потайную дверь.
Ци Лэжэнь подошёл и снова постучал:
— Нина, ты там?
За дверью наступила тишина, прежде чем раздался дрожащий голос:
— Я здесь... Я чувствую, что сила моей госпожи начала ослабевать, но здесь осталось нечто ещё более ужасное. Вы убили её?
— Да, я был в подвале, теперь она мертва, — ответил Ци Лэжэнь.
— Нет! Она не мертва! Она всё ещё здесь! — голос Нины внезапно стал пронзительным, полным страха. — Я чувствую это.. Её безумная ненависть всё ещё здесь... Она стала ещё страшнее, чем когда-либо!
— Как много ты знаешь? Например, о её сделке с Дьяволом, — снова спросил Ци Лэжэнь.
За дверью Нина слабо ответила:
— Я не знаю... Я ничего не знаю...
Ци Лэжэнь посмотрел на Су Хэ, не знаю, что делать.
Су Хэ беззвучно произнёс:
— Открой дверь.
— Нина, я хочу открыть дверь. Давай поговорим лицом к лицу, — сказал Ци Лэжэнь, сжимая кинжал одной рукой и протягивая другую к замку.
— Нет, нет, нет! Не открывай дверь! Умоляю, не.. Не открывай дверь! — Нина зарыдала, но на этот раз Ци Лэжэнь ожесточил своё сердце, отомкнул замок и толкнул повреждённую дверь.
Лунный свет заливал комнату в этом мире, и Нина стояла под чучелом козлиной головы, крепко закрывая лицо руками и рыдая.
Ци Лэжэнь шаг за шагом вошёл в комнату:
— Мы уже знаем, что произошло в те дни, и мы также знаем, что ты погибла от рук безумной госпожи. Даже так, ты всё ещё надеешься, что мы сможем её спасти. Ты очень добрая девушка.
Нина перестала плакать, и её руки, закрывавшие лицо, медленно опустились, открывая кровавую маску смерти. Она покачала головой и хрипло сказала:
— Нет, я виновата перед моей госпожой... Я должна ей... Если бы я повиновалась, моя госпожа не забеременела бы и не сошла с ума. Это моя вина. Всё это моя вина.
— Тогда расскажи нам всё, и тогда мы сможем позволить ей упокоиться с миром, — сказал ей Ци Лэжэнь.
— Хорошо... Но вы должны пообещать мне, что спасёте её душу от рук Дьявола и позволите ей упокоиться, — всхлипнула Нина.
— Я сделаю всё возможное, — торжественно кивнул Ци Лэжэнь.
Нина улыбнулась. Её мёртвая душа выглядела так ужасающе, но была очень нежной.
— Всё началось много лет назад.. В семье госпожи было наследственное психическое заболевание, и почти все женщины сходили с ума после родов. Хозяин не хотел детей, поэтому он обратился за советом к доктору, и тот дал ему лекарство. Хозяин велел мне подмешивать определённое количество этого лекарства в еду его жены каждый день, и я всегда так и делала. Пока однажды... я не обнаружила, что это был ртутный порошок.
— Я слышала, что это ядовитое вещество, и мне стало страшно. Я думала, что хозяин не знает, что это такое, поэтому сказала ему, но он настаивал, что в малых дозах это не навредит здоровью его жены. Я сомневалась, потому что моя госпожа часто жаловалась мне на головные боли, и когда она расчёсывала волосы, они всегда выпадали. Я не осмелилась ослушаться приказа хозяина, но боялась за здоровье госпожи, поэтому самостоятельно уменьшила дозу... Вскоре после этого моя госпожа забеременела.
— Я призналась в этом хозяину, который избил меня, запер в этой комнате и велел установить замок. Он больше не доверял мне и поручил другой служанке продолжать подмешивать ртутный порошок в еду его жены. Вскоре после этого приехал доктор Флейзер, и я подслушала его разговор с хозяином. Он сказал, что госпожа беременна, и приём ртутного порошка не вызовет выкидыша, но плод будет деформирован. Хозяин сказал, что это не имеет значения. Новорождённый будет настолько хрупким, что его будет легко убить. В тот момент я поняла, что он не беспокоился, что его жена сойдёт с ума. Он просто не хотел наследника, который мог бы сойти с ума.
— Позже я узнала, что у хозяина всегда был внебрачный ребёнок, но его жена никогда об этом не знала. Дело было не в том, что он не хотел детей, он просто не хотел дефектного ребёнка, — печально сказала Нина.
С рассказом Нины разрозненные улики постепенно сложились в единую картину. Ци Лэжэнь услышал, как доктор Лу пробормотал себе под нос:
— Так вот почему контрацептив был тяжёлым металлом... Неудивительно..
— В то время я была в растерянности. Я не знала, должна ли я рассказать госпоже обо всём этом. Она так сильно любила своего мужа и с нетерпением ждала рождения ребёнка. Если бы она родила деформированного младенца, а потом он умер, она бы сошла с ума. Должно быть, Дьявол убедил меня. Я даже подумала, что этот ребёнок не должен родиться. Он не станет надеждой моей госпожи, а наоборот — сведёт её с ума. Поэтому... я совершила нечто непростительное.
Ци Лэжэнь вспомнил, как в прошлый раз, когда они были здесь, доктор Лу спросил Нину, как госпожа Сара потеряла ребёнка. Нина долго молчала, а затем сказала им, что та упала с лестницы. Теперь он знал, как она упала...
— Я кое-что подложила на ступени. Когда моя госпожа поднималась по лестнице, она упала, скатилась вниз и потеряла много крови... Когда она очнулась, её ребёнка уже не было. Я уничтожила все следы, поэтому никто не знал, что это не было несчастным случаем, и даже моя госпожа не сомневалась во мне... После этого она постепенно начала меняться, и стала подозрительной ко всему. Ей казалось, что её преследует призрак. Она начала сходить с ума и стала невменяемой.
Нина печально посмотрела на них и прошептала:
— Я убийца. Я совершила преступление. Если бы я не уменьшила дозу, моя госпожа не забеременела бы. Если бы я не сделала этого, моя госпожа не сошла бы с ума. Всё это моя вина. Это моя вина...
— Вот почему ты добровольно стала её жертвой, — сказал Ци Лэжэнь.
Нина сквозь слёзы улыбнулась:
— Я была в долгу перед ней и хотела загладить свою вину. В тот день я тайно выпустила её из подвала. Она радовалась, как ребёнок, даже несмотря на отсутствие глаза и кровь в глазнице. Я не видела её такой счастливой уже очень давно — такой, какой она была до того, как сошла с ума. Она радостно отправилась искать своего мужа, а я пыталась остановить, ведь если он обнаружит её, то снова запрут в подвал, а меня жестоко накажут. Я уговаривала её уехать отсюда, вернуться в Германию, но она не слушала меня. Она прокралась в кабинет хозяина, чтобы сделать ему сюрприз... И тогда она увидела, как он скорбно смотрит на портрет Аделины. Я думала, она ворвётся туда с криками и проклятиями, как делала это раньше... Но она не сделала этого.
— Она отвела меня в эту комнату. Её лицо было холодным и бесстрастным, глазница сочилась кровью, но она словно не чувствовала боли. Хотя я видела — внутри она буквально кипела от ярости, внешне она оставалась поразительно спокойной. Именно в тот момент я поняла: сейчас она действительно окончательно сошла с ума...
— Кто такая Аделина? Ты знала её? — спросил Ци Лэжэнь, стараясь сохранять нейтральный тон.
Нина кивнула и понизила голос до шёпота:
— Она была служанкой госпожи с самого детства. Но умерла много лет назад... отравившись хлебом с арахисовой пастой, который повар специально приготовил для госпожи. У неё была страшная аллергия. Когда её нашли, она уже почти полдня лежала мёртвая в своей комнате. И знаете что? Я совсем не сочувствую ей. Я давно замечала неладное в поведении хозяина. Госпожа тогда, наверное, ещё ничего не подозревала... После смерти Аделины она так горевала, каждый год ходила на её могилу... До своего безумия она была самой доброй и мягкосердечной женщиной, а эта предательница...
Так ли это на самом деле? Ци Лэжэнь не стал возражать вслух, но, судя по видениям безумной леди, которые они наблюдали ранее, Аделина погибла из-за смертельной ловушки, устроенной самой госпожой. Возможно, Нина либо не знала всей правды, либо сознательно искажала факты, чтобы оправдать свою госпожу.
— Кажется, основные вопросы прояснились. У вас есть что добавить? — Ци Лэжэнь перевёл взгляд на доктора Лу и Су Хэ, давая понять, что готов передать им инициативу.
Доктор Лу задумался на мгновение, затем спросил:
— Что ты можешь рассказать нам о докторе Флейзере? Каким он был человеком?
— Доктор Флейзер? — Нина на мгновение задумалась. — Он был домашним врачом семьи госпожи ещё в Германии... Позже он приехал в Китай, где занимался врачеванием и спас множество жизней. Очень образованный и мудрый врач. — Нина говорила о докторе с явным уважением. Хотя трагедия госпожи была напрямую связана с прописанным им «лекарством», она брала всю вину на себя, не видя в действиях врача ничего предосудительного.
— Мне больше не о чем спрашивать, — заявил доктор Лу, отходя в сторону.
Су Хэ, который до этого момента молча наблюдал за разговором, неожиданно задал несколько уточняющих вопросов:
— Скажи, Нина, сколько раз доктор Флейзер посещал замок после того, как госпожа Сара потеряла ребёнка?
— Должно быть, несколько раз... но я не могу вспомнить точное количество...— Нина замялась, её призрачные черты исказились от напряжения.
— Принимала ли госпожа Сара какие-то лекарства после выкидыша? Можешь ли ты вспомнить? — продолжил допрос Су Хэ.
— Я... я не знаю. После моего признания хозяин передал все эти дела другой служанке... — голос Нины стал тише.
— И последний вопрос: как именно сгорел замок? Что ты помнишь об этом? — Су Хэ скрестил руки на груди, внимательно наблюдая за реакцией призрака.
Нина медленно покачала головой, её глаза стали пустыми, как у куклы:
— Я не знаю. В тот момент я уже была мертва... Моя душа осталась здесь, в этой комнате. Я видела, как госпожа рисует на стенах странные дьявольские символы, как она выходит за дверь в последний раз... Потом начался страшный пожар, но затем все следы огня чудесным образом исчезли. Всё вернулось в прежнее состояние, будто ничего и не было. Никто не открывал эту дверь долгие годы... пока не пришли вы...
По её бледным щекам внезапно потекли две струйки кровавых слёз:
— Я совершила непростительное преступление. Я готова вечно гореть в чистилище за свои грехи... но что же будет с моей бедной госпожой? Умоляю вас, спасите её несчастную душу, позвольте ей наконец обрести покой.
---
Примечание автора:
P.S. Пришлось проконсультироваться с нашим медицинским экспертом о методах прерывания беременности в начале XX века. Оказывается, в средние века для этого в основном использовали физические методы (вроде падения с лестницы или ударов в живот). Не смогла точно выяснить, когда был изобретён мифепристон. Сначала рассматривали вариант с отравлением тяжёлыми металлами, но его отвергли — они скорее вызывают уродства плода, чем выкидыш. Различные «народные» методы вроде шафрана, мускуса или отваров определённых трав — чистой воды шарлатанство. В итоге пришли к печальному выводу: за тысячелетия развития цивилизации человечество так и не придумало ничего лучше банальной физики.. По-настоящему грустно.
http://bllate.org/book/13221/1178230
