Чжу Яньинь:
— Ах!
Слуги семьи Чжу тоже были поражены. Их навыки боевых искусств на самом деле были очень высокими, и их бдительность также была на очень высоком уровне. Но на этот раз они вообще не заметили звука чьего-то приближения. Только из-за восклицания их молодого господина они проследили за его взглядом и заметили Ли Суя в холодном бассейне. Они запаниковали и тут же склонились в поклоне:
— Мастер дворца Ли.
Чжу Яньинь по-настоящему испугался, потому что не понял, кто это был, он только увидел бледную кожу на груди и мокрые длинные волосы, змеями лежащие на плечах. Тёмные, тяжёлые, пропитанные водой пряди и мертвенно-бледная кожа — прямо как утопленник или древний демон из страшных историй, который вышел из Подземного мира, чтобы пожрать чужие души.
Ли Суй снова закрыл глаза.
Управляющий Чжу выдохнул с облегчением и взял Чжу Яньиня под руку, чтобы поскорее покинуть этот глухой лес.
Сердце Чжу Яньиня заколотилось, и он спросил:
— Почему он отмокает в холодной воде?
— Может быть, он тренируется или залечивает раны, — ответил слуга и утешил своего господина: — Учитывая мастерство в боевых искусствах мастера дворца Ли, если бы он не захотел, чтобы к нему приближались, то давно остановил бы нас. Видимо, раз уж он разрешил нам приблизиться к бассейну, он решил, что вреда от этого не будет, так что вам не стоит бояться, молодой господин.
— Правда?
Хотя слова слуги звучали разумно, Чжу Яньинь всё ещё не мог успокоиться, ведь, следуя сценарию историй, опытные практики всегда ищут уединённое и необитаемое место для тренировок, чтобы их никто не побеспокоил и они не получили случайно искажение ци. У мастера Ли не было причин оставаться равнодушным к тому, что за ним наблюдают. Поэтому Чжу Яньинь решил пойти и задать вопрос божественному доктору.
Через полчаса Ли Суй тоже вернулся на горную дорогу, но не пошёл в расположение дворца Одинокого пика, а нашёл Чжу Яньиня и сразу сказал:
— Не рассказывай Цзян Шэнлиню о том, что произошло сегодня вечером.
Чжу Яньинь всё ещё держал в руке кусок жареной свинины, он чувствовал себя слабым и беспомощным, но способный есть.
— Ой, почему ты не сказал об этом раньше?
Выражение лица Ли Суя изменилось:
— Ты уже рассказал ему?
Второй молодой господин Чжу: «...»
«Я не хотел, но ты не предупреждал заранее. Кроме того, божественный доктор не чужой для тебя, и я вижу, что у вас двоих хорошие отношения. Зачем это скрывать? Я хочу обратно домой в Цзяннань. Старший брат, приди и спаси меня!»
Ли Суй скрипнул зубами и потянулся, чтобы ущипнуть его за лицо.
Чжу Яньинь:
— Ай-я-яй!..
Преданный старый управляющий был потрясён и бросился к нему со всех ног:
— Что делает мастер дворца Ли?! Пожалуйста, уберите руку!
Ли Суй холодно фыркнул и развернулся, чтобы уйти.
Он действительно был страшным, как демон, у-у-у.
Чжу Чжан был на взводе всю ночь, опасаясь, что с его молодым господином что-то может случиться. После рассвета он пошёл, чтобы всё тщательно проверить, а потом снова и снова спрашивал божественного доктора, всё ли с ним в порядке, чтобы убедиться, что у него нет внутренних повреждений.
Цзян Шэнлинь был очень терпелив, раз за разом объясняя:
— Всё в порядке, всё действительно в порядке.
Успокоив управляющего, он вернулся и спросил человека по фамилии Ли:
— Почему ты пошёл, чтобы ущипнуть кого-то за лицо, а?
Ли Суй не обратил на него внимания и пустил коня вскачь по горной дороге.
Дорога здесь стала намного шире, перестала быть изрезанной и крутой, даже Чжу Яньинь, сидящий на белом коне, в сопровождении семейной охраны медленно рысил вперёд.
Вороной уже был накормлен им и, благодаря этому, между ними установилась глубокая связь. Увидев своего благодетеля, конь заржал и стал ещё более ласковым и восторженным, притираясь к нефритовому льву. Белый конь, также имеющий боевую выучку, инстинктивно захотел увернуться и шатнулся в сторону, заставив Чжу Яньиня покачнуться. Увидев это, слуга поспешно протянул руку, чтобы помочь, но Ли Суй уже ухватил его господина за шкирку и перетащил на спину собственной лошади.
Чжу Яньинь воскликнул:
— Ах!
Вороной, вскидывая копыта, словно стрела, освобождённая от тетивы, рванул вперёд.
Позади него раздалось испуганное и хриплое:
— Второй молодой госаподин!
Вороной скакал очень быстро благодаря отличному корму дядюшки Чжана, во всяком случае, конь нёс двух человек, но мчался вперёд, будто летя над травой.
А уж почувствовав, что его хозяин ослабил поводья, конь пришёл в ещё большее возбуждение. Его кровь вскипела, и он помчался вперёд в два раза быстрее, сильно оторвавшись от преследующего его нефритового льва.
Ли Суй был известен своим скверным характером. Взглянув краем глаза на охваченное паникой лицо Чжу Яньиня, он решил похулиганить и пришпорил своего вороного. Вскоре они остановились на краю сухого леса.
Лицо Чжу Яньинь побелело, всё тело обмякло, и он чуть не упал с коня.
Ли Суй поймал его и спросил:
— Тебя опять тошнит?
Чжу Яньинь пролепетал, задыхаясь:
— Я хочу выпить воды.
Уголок рта Ли Суя приподнялся, он был в хорошем настроении, хотя даже он сам не понимал, почему у него хорошее настроение. Его спонтанная выходка принесла свои плоды.
Короче говоря, хозяин дворца Ли, будучи в прекрасном настроении, обнял молодого богатого образованного юношу из Цзяннаня, развернул коня и приготовился возвращаться обратно тем же путём, что и приехал.
Чжу Яньинь вовремя напомнил:
— Только не слишком быстро, а то меня стошнит.
Ли Суй: «…»
Брыкающийся вороной медленно шёл назад по горной дороге, как маленький ослик, наслаждающийся весной и неторопливо склоняющийся к траве на обочине.
Хотя они двигались медленно, преследующий их по пятам нефритовый лев, Озаряющий ночь, нёсся с невероятной скоростью. Само собой разумеется, что обе стороны должны были столкнуться друг с другом в самое ближайшее время, но этого не произошло. Снежный ворон неспешно шагал по лесной тропинке, и окружающая обстановка оставалась подозрительно тихой. Даже ветер утих и не шелестел листьями, оставив только то, что казалось далёким эхом в пустой долине, напоминающим чей-то тихий плач.
Чжу Яньинь посмотрел на знакомый участок сухого леса перед собой и удивлённо произнёс:
— Похоже, мы снова вернулись.
Брови Ли Суя сошлись к переносице.
Чжу Яньинь обернулся и спросил его:
— Мы заблудились и ходим по кругу? Я как-то слышал сказку…
Ли Суй перебил его:
— Это лабиринт.
Глаза Чжу Яньиня расширились.
Ли Суй обхватил его одной рукой за талию, а другой сжал рукоять своего меча Сянцзюнь.
Чжу Яньинь нервно сглотнул и тихо спросил:
— Я должен что-то делать?
Ли Суй взглянул на него и предупредил:
— Не вздумай блевать на моего коня.
Чжу Яньинь мотнул головой:
— Мм... хорошо.
http://bllate.org/book/13193/1176350
