Машина въехала на парковку, но Кан Джинук так и не вышел из неё.
— Директор, — секретарь Квак, который сделал несколько телефонных звонков, окликнул его. Кан Джинук перевёл свой взгляд на него. — Я всё уточнил.
— Кем был тот заменяющий, который пришёл ко мне в отель?
— Ну... Они сказали, что это был кто-то, кого они тоже не знают.
Бровь Кан Джинука резко приподнялась. Увидев недовольное выражение его лица, секретарь Квак быстро добавил:
— Они сказали, что этот человек представился сотрудником нашей компании.
— Кто-то из нашей компании?
— Да.
— Кто это был?
— Они в этом не уверены. Они сказали, что получили визитку, но потеряли её, поэтому не могут сейчас подтвердить его личность. Но они определённо видели на ней надпись «Taesung Construction», поэтому уверены, что он наш сотрудник.
Глаза Кан Джинука постепенно похолодели. Хотя он не выделял никаких феромонов, воздух в машине стал тяжёлым.
Секретарь Квак заметил, что Кан Джинук, похоже, был недоволен его ответом. Он мог только гадать о том, что тогда произошло.
В чём дело? Что пошло не так?
События того дня быстро пронеслись в голове секретаря Квака. Но это было давно, и поскольку тогда никаких проблем не возникло, он не мог вспомнить ничего конкретного.
— Мне жаль.
Но раз Кан Джинук заявил, что проблема существует, пусть и с опозданием, то это была его вина. Секретарь Квак принёс свои извинения, держа это в уме.
Однако Кан Джинука совершенно не интересовала ошибка секретаря Квака. Он вспоминал события того дня.
Если он правильно помнит, то в тот день человеком, сидевшим за рулём, определённо был Чхве Сону. Хотя сам Кан Джинук был пьян и будто в тумане из-за гона, принимая его за водителя, была высокая вероятность того, что это Чхве Сону поехал с ним в отель.
Тогда именно Чхве Сону проводил его до номера. И если так, то человеком из компании, которого встретил омега, отправленный секретарём Кваком, был также…
— Едем в отель.
Наконец, упорядочив свои мысли, Кан Джинук отдал приказ. Секретарь Квак не спрашивал, в какой отель. Он просто ввёл пункт назначения в навигатор.
В текущей ситуации под отелем, о котором говорил Кан Джинук, подразумевался отель G, где он останавливался во время своего гона.
Пока машина ехала к месту назначения, секретарь Квак позвонил руководителю службы безопасности отеля. Поскольку это была их дочерняя компания, никаких сложных процедур не требовалось.
— Пожалуйста, подготовьте записи видеонаблюдения с 11 утра 29-го числа до раннего утра 31-го числа, два месяца назад.
— Включая записи до раннего утра 31-го.
Секретарь Квак отвёл взгляд, услышав, как другая сторона вежливо ответила, что они поняли. Кан Джинук, отдавший приказ, смотрел в окно с непроницаемым выражением лица. Секретарь Квак запросил кадры с 29-го числа, а также с 30-го по утро 31-го, согласно приказу Кан Джинука.
Вскоре после этого машина прибыла в отель. Это был не вестибюль, а отдельный вход, используемый исключительно VVIP-персонами.
Начальник службы безопасности, предупреждённый заранее, уже ожидал их. Как только Кан Джинук вышел из машины, он направился прямиком в отель, не приняв ни одного приветствия.
— Сюда, пожалуйста.
Начальник службы безопасности, который с опозданием пришёл в себя, быстро сопроводил Кан Джинука. Вскоре они двинулись в центральную диспетчерскую.
В диспетчерской никого не было, за исключением одного сотрудника. Об этом секретарь Квак также проинструктировал заранее.
Взгляд Кан Джинука тут же устремился на стол, где было включено несколько мониторов. На каждом мониторе демонстрировались кадры с камер видеонаблюдения от 29, 30 и 31 числа.
— Всем на выход, — прозвучал приказ Кан Джинука.
— Да, директор.
Начальник службы безопасности быстро отреагировал и скрылся за пределами диспетчерской вместе с сотрудником. Внутри остались только секретарь Квак и Кан Джинук. Но Кан Джинук не двинулся с места.
Даже не взглянув на него, секретарь Квак сразу понял, чего хотел его начальник.
— Я подожду снаружи.
Когда секретарь Квак покинул комнату, внутри стало тихо. Только тогда взгляд Кан Джинука вернулся к мониторам.
Кан Джинук прокрутил запись от 29-го числа. В коридоре отеля всё ещё было тихо, людей не было. Кан Джинук смотрел на монитор с равнодушным выражением лица.
В кадрах ускоренной перемотки наконец-то появились люди. Их было двое. Но один из них так закрывал другого, что того почти не было видно.
Эти два человека сильно различались по росту и телосложению. Со стороны казалось, будто кто-то поддерживает сильно пьяного человека.
Дверь номера открылась, и двое людей исчезли внутри. Прошло довольно много времени, но никто так и не вышел. Лишь после того, как отснятый материал прокрутился какое-то время, дверь снова открылась, и в коридор вышел один человек.
Кан Джинук прищурился. Долго смотреть не пришлось. Лицо, появившееся на экране, явно принадлежало Чхве Сону. Вскоре после этого с противоположной стороны появился ещё один человек.
Они встретились в коридоре и, казалось, начали разговор. Кан Джинук без колебаний надел наушники, подключённые к компьютеру.
По идее, запись звука камерой видеонаблюдения была незаконной. Поэтому у большинства камер вообще не было такой функции. Но в этом отеле запись велась из соображений безопасности. Предлогом было беспрепятственное сотрудничество со следствием в случае возникновения проблем.
Немногие знали об этом. Но поскольку Кан Джинук был одним из них, то он без колебаний прослушал аудиозапись с камеры видеонаблюдения.
— Вы сотрудник Taesung? А, понятно. Вас зовут Чхве Сону. Приятно познакомиться, я… — омега, получивший визитную карточку Чхве Сону, заговорил мягким голосом.
— Нет нужды представляться. Мы подтвердили личности друг друга, так что вы можете идти.
Послышался характерный холодный голос Чхве Сону. Кан Джинук заметил в этом голосе разницу с тем Чхве Сону, с которым он только что расстался.
Голос нынешнего Чхве Сону был более приятным на слух. Кан Джинук сравнил их, даже сам того не осознавая.
— Ах, да. Кое-что случилось, и я действительно оказался в трудном положении. Тогда я предоставлю это вам.
— Не волнуйтесь. Просто держите рот на замке.
— Конечно. Я тоже виноват.
— Никто больше нас не видел, да?
— Нет, никто. Мне тоже придётся несладко, если это выплывет наружу. Тогда я пойду.
Омега слегка поклонился. Чхве Сону постоял там мгновение, прежде чем развернуться. Нет, прежде чем развернуться, он поднял глаза.
Их взгляды, казалось, встретились. На самом деле Чхве Сону просто смотрел на камеру видеонаблюдения, но у Джинука сложилось именно такое впечатление. Кан Джинук пристально рассматривал лицо Чхве Сону.
Губы Чхве Сону скривились. Его улыбка была такой, словно он что-то замышлял.
«Он словно стал совсем другим».
Он определённо отличался от недавнего Чхве Сону. Его выражение лица, глаза, тон и даже то, как он улыбался. До такой степени, что казалось, ничто не указывало на то, что это был один и тот же человек.
В конце концов Чхве Сону повернулся и вошёл обратно в номер. Прошло несколько минут, но он так и не вышел снова.
Кан Джинук включил следующее видео. Даже когда наступил день, никто не вышел из комнаты. То же самое было и когда день сменился вечером, наступила ночь, и снова наступило утро.
Дверь номера снова открылась перед самым рассветом на кадрах 31-го числа. Вышедший Чхве Сону пошатывался, как будто выпил.
Он не смог далеко отойти, прежде чем рухнул на пол, не в силах пошевелиться. Высококачественная камера видеонаблюдения даже запечатлела, как его плечи неоднократно вздымались.
— Хаа... хаа... Кан Джинук, ты мерзавец. Сколько ты собираешься это делать?
В наушниках было слышно бормотание Чхве Сону.
— Как я мог не забеременеть после всего этого? Ха! Ублюдок, просто подожди! Я не оставлю это без внимания. Разве я не говорил тебе? Что всё пойдёт не так, как ты хочешь.
Посидев некоторое время, тяжело дыша, Чхве Сону снова встал. Внезапно подняв голову, он вновь посмотрел на камеру видеонаблюдения.
В отличие от его голоса, который звучал так, будто он мог рухнуть в любой момент, на его лице застыло торжествующее выражение. Кан Джинук молча наблюдал за этим, прежде чем слегка приподнял уголки рта.
***
Сону развалился на диване в гостиной.
Он совершил часовую прогулку по лесопарку, поужинал и поговорил с Кан Джинуком. Содержание их разговора было довольно тяжёлым для психики, поэтому усталость, казалось, навалилась ещё сильнее.
— Я этого не вынесу.
«Что мне теперь делать, в самом деле? Он сказал, что даст сутки на размышления. Но другого решения быть не может».
У него не было выбора, кроме как следовать условиям Кан Джинука. Разве это не единственный выход, помимо того, чтобы рассказать всё председателю Кану?
— Что у него вообще за условия?
Если подумать, он сказал, что даёт сутки, но даже не обмолвился о том, чего на самом деле хотел. Это было ещё более неловко, потому что он говорил так, как будто Сону должен был сам подумать об этом.
Сону потёр лоб, пытаясь представить, что может потребовать Джинук. Но он всё же не думал, что Кан Джинук хотел от него чего-то особенного.
— Или он имеет в виду, что мне следует исчезнуть куда-нибудь из поля его зрения?
С точки зрения Кан Джинука, невеста, беременная ребёнком от неизвестного отца, была бы просто огромным скандалом. На самом деле Сону должен быть благодарен, что Кан Джинук не прогнал его сразу.
Хотя он не знал, почему Кан Джинук дал ему некоторую свободу действий, для Сону это было удачей, поскольку дало ему время на подготовку.
Да, если это действительно так, то Сону приветствовал бы это ещё больше. Поскольку трудно исчезнуть куда-то сразу, он мог бы рассмотреть вариант тихого пребывания здесь вне поля зрения Кан Джинука, а затем отправиться за границу после рождения Крошки Боба.
Если так и произойдёт, то Кан Джинук будет жить долго и счастливо с главным героем-омегой, строя свою любовь, как в оригинальной истории.
Так и должно быть.
— Что случилось?
«Не понимаю, почему мой живот так неприятно сжимается?»
Сону глубоко вздохнул. Да, именно так.
Разве изначально он не хотел именно этого: избежать трагического финала со второстепенным персонажем-злодеем?
Выражение лица Сону, нежно потиравшего свой живот, стало горьким, не выражая ни облегчения, ни радости. Но сам он этого не осознавал.
Вскоре рука, ласкавшая живот, остановилась, и веки Сону закрылись.
http://bllate.org/book/13192/1176232
