— Всё кончено? Ты окончательно порвал с директором Каном? Его семья с этим согласна? — Ким Тэёль продолжал задавать вопросы, заставив Сону нахмуриться от раздражения.
— Нет. Его семья пока не в курсе. Но скоро они узнают, — ответил Сону.
— Э-э... Чтобы его семья так просто смирилась с этим? Мне кажется, что это маловероятно, — скептически заметил Ким Тэёль.
— Почему это маловероятно?
Вопреки сомнениям Ким Тэёля, Сону считал, что его семья на самом деле должна испытать облегчение из-за его разрыва с Джинуком.
Общество присвоило Сону ярлык «бета», поэтому такая престижная семья чеболей*, как Taesung Group, не сочла бы его подходящей парой для Кан Джинука, который, как предполагалось, должен был возглавить конгломерат в дальнейшем.
П.п: Чеболи — крупные южнокорейские корпорации, находящиеся в собственности одной семьи.
Даже в оригинальной истории председатель Кан недолюбливал главного героя, ставшего партнёром Джинука, потому что он был из бедной семьи.
Он вспомнил, как председатель Кан вмешивался в отношения Кан Джинука и главного героя, отдавая предпочтение омеге второго плана. Позже он также строил заговоры против Сону, беты.
Внезапно в голове Сону мелькнуло воспоминание.
«Подождите. Это было... это было на острове Чеджу».
Председатель Кан обнаружил существование главного героя именно на острове Чеджу. Кажется, тогда произошло нечто важное.
Что же это было?..
Сону нахмурился, пытаясь собрать воедино детали оригинальной неотредактированной истории.
«Что произошло на острове Чеджу? Что-то случилось с директором Каном?»
— Этого не может быть…
— А?
Вздрогнув от голоса, внезапного прервавшего его поток мыслей, Сону поднял глаза и увидел Ким Тэёля, сидящего напротив него с озадаченным выражением лица.
Погрузившись в свои воспоминания, Сону на мгновение забыл об окружающем его мире.
— Так что ты имел ввиду, говоря, что сомневаешься, что семья Кан Джинука примет наш разрыв?
— А, точно. У тебя же амнезия, — начал объяснять он. — Земля, на которой находится штаб-квартира Taesung Construction, разве она не твоя? Разве они не пытались заполучить её через брачный договор или что-то в этом роде? О, ты и этого не помнишь?
Глаза Сону расширились от недоверия.
— Я владею землёй, на которой находится штаб-квартира Taesung Construction?
— Да. Участок перешёл от твоего деда твоим родителям, а затем тебе, — пояснил Ким Тэёль.
Сону крепко сжал стеклянный стакан, на поверхности которого конденсат образовал маленькие бусины. Его руки, и без того холодные, казалось, стали ещё холоднее, когда он осознал всю серьёзность этого откровения.
Это перекликалось с тем, что ранее упомянул агент: его второстепенный персонаж владел значительными активами в сфере недвижимости.
В то время ему было просто любопытно, сколько стоят его активы, поэтому он не задумывался о том, что именно ему принадлежит.
Он даже подумать не мог, что всё будет так взаимосвязано. Может ли быть, что он был не просто второстепенным злодеем?
— Я невероятно богат, да?.. — удивился Сону, осознав масштабы своего богатства. И он был не просто каким-то там богатым человеком.
Он был владельцем земельного участка, на котором было построено главное здание Taesung Group, крупнейшего строительного конгломерата страны.
Владеть зданием — это одно, но владеть землёй под ним — ещё важнее, не так ли?
Но это было довольно странно. Зачем такому чеболю, как Taesung Group, строиться на земле, у которой уже есть владелец? Сону задумался, чувствуя себя озадаченным.
Обычно застройщики приобретают землю под строительство.
— Я тоже не знаю всех подробностей. В конце концов, ты же не знал об этом до этого момента. Но, может быть, это потому, что, как ты уже говорил, твой дедушка был благодетелем основателя Taesung Group. Возможно, поэтому всё так взаимосвязано? — предложил своё объяснение Ким Тэёль.
— А… — Сону понимающе кивнул.
Рассуждения Ким Тэёля казались правдоподобными. Пусть точные детали до сих пор оставались неясными, похоже, что связь между Джинуком и его второстепенным персонажем проистекает из глубоко укоренившегося чувства признательности между их семьями.
Сону не ожидал, что их жизни так тесно переплетутся.
Он чувствовал, что его связь с Джинуком была глубже и сложнее, чем ему казалось вначале. Размышляя об этом, он вспомнил, что в оригинальном синопсисе романа Сону и Джинук были одноклассниками с начальной до конца средней школы.
— Подожди! Так я, выходит, в более выгодном положении, чем Джинук? — спросил Сону с ноткой неуверенности в голосе.
Выражение лица Ким Тэёля стало двусмысленным. Хотя технически это было так, но ощущалось это как-то неправильно.
— Похоже, так оно и есть… — признал Ким Тэёль, хотя и не мог избавиться от чувства беспокойства, вызванного явным удовлетворением Сону.
Что-то в нём изменилось.
Ким Тэёль внимательно посмотрел на лицо Сону, заметив едва уловимую, но отчётливую перемену. Неужели Чхве Сону всегда был таким? Они знали друг друга с 17 лет, и Ким Тэёль всегда думал, что хорошо понимает Сону. Однако Сону перед ним сейчас казался ему непохожим на самого себя.
Он сказал, что потерял память, но на самом деле он как будто стал совершенно другим человеком.
Раньше Сону был более эгоцентричным, грубым и рассеянным. Однако Сону, сидящий перед ним, теперь не проявлял ни одной из этих черт, заставляя Ким Тэёля быть снедаемым любопытством и беспокойством одновременно.
— Хм…
Не обращая внимания на то, как относится к нему Ким Тэёль, Сону мысленно переосмыслил свои отношения с Джинуком.
Ранее Сону рассматривал их отношения как отношения начальника и секретаря, при которых Чхве Сону питал тайные чувства к Джинуку, что в эмоциональном плане сразу ставило его в подчинённое положение.
Однако теперь стало ясно, что он вообще не был подчинённым. Сону уволился с работы, не питал никаких романтических чувств к Джинуку и, что удивительно, владел землёй, на которой стояло здание компании Джинука.
«Мне больше не нужно чувствовать себя хуже Джинука», — заключил Сону, крепче сжимая стакан, пока холод проникал в его ладони.
Осознав это, Сону не видел больше причин продолжать находиться под влиянием Кан Джинука. Пришло время пересмотреть и видоизменить их отношения должным образом.
— Итак, теперь я могу переехать обратно в твой дом? — вопрос Ким Тэёля вернул Сону в настоящее.
— Что? — Сону выглядел озадаченным.
— Ты выгнал меня из-за директора Кана. Ты сказал, что это может вызвать недоразумения, поэтому мне пришлось уйти. Но раз теперь всё разрешилось…
— Мы жили вместе? — удивление Сону было очевидным.
— Да, — Ким Тэёль слегка ухмыльнулся. Но это было не совсем совместное проживание: Ким Тэёль в некотором роде вторгся в жилое пространство Сону и навязал ему себя.
Именно Ким Тэёль убедил Сону найти квартиру недалеко от университета, используя в качестве предлога близость к нему. Затем он начал незаметно перетаскивать туда свои вещи. В то время Сону, всё ещё не оправившийся от недавней потери родителей, находился в уязвимом состоянии, что облегчало Ким Тэёлю управление им и постепенно позволило ему вселиться на его территорию.
Учитывая потерю памяти Сону, Ким Тэёль искусно скрыл эти факты.
Выражение лица Сону сменилось с удивления на недоверие, когда он взглянул на Ким Тэёля.
— Ты говоришь так только потому, что думаешь, что я ничего не помню? — скептицизм Сону был явно ощутим.
Несмотря на обстоятельства, Сону оставался проницательным и сообразительным. Годы работы в издательстве отточили его умение читать выражения лиц, взгляды и тонкую манеру поведения людей, чтобы распознавать их намерения.
Для Сону было очевидно, что Ким Тэёль не говорил всей правды. Хотя не всё, что он говорил, могло быть ложью, но правда, казалось, была скрыта обманом.
— Э? О, нет, я не совсем это имел в виду! — Ким Тэёль запнулся, застигнутый врасплох прямым вопросом Сону.
Сону скрестил руки на груди, пристально глядя на Ким Тэёля. В свою очередь Ким Тэёль попытался оценить реакцию Сону, и его собственное беспокойство было очевидным.
Прежнего Сону, скорее всего, было бы легко убедить и растрогать, в ответ услышав: «Что, правда?», но нынешнего Сону не так-то легко переубедить.
— Нет. Не пытайся пробить себе дорогу полуправдой. Даже не думай об этом, — твёрдо заявил Сону.
— Ты как будто не просто потерял память, а стал совершенно другим человеком, — недовольно пробормотал Ким Тэёль, застав Сону врасплох. Он словно поймал крысу за хвост без особого труда. Хотя Ким Тэёль, вероятно, не осознавал последствий своего комментария.
Почувствовав укол вины, Сону сделал вид, что отпивает почти допитый персиковый чай со льдом. Он поднял стакан, а затем снова поставил его на место.
— Нет. Ты же сказал, что всё в порядке. Мы ведь жили вместе с тех пор, как начали учиться в университете. Ты же знаешь, как неуютно жить одному в таком хорошем доме после жизни в компании, верно? Тебе ведь не понравилось, когда ты увидел мою квартиру раньше, — настаивал Ким Тэёль.
Действительно, квартира Сону была просторной, с тремя комнатами, и переезд обратно в крошечную студию был шагом назад. Но это была проблема Ким Тэёля, и Сону не собирался позволять ему переезжать обратно.
— Я ничего этого не помню. И теперь, когда ты зарабатываешь достаточно денег, мы можем жить припеваючи по отдельности, — твёрдо заявил Сону, подтверждая своё решение.
Прежде всего, Сону не одобрял такое отношение друга, ожидающего помощи просто потому, что у него есть деньги. Это была не самая лучшая черта характера, но Сону не чувствовал необходимости напрямую говорить об этом Ким Тэёлю. Он знал, что любой разговор на эту тему, скорее всего, будет воспринят как нежелательная нотация.
— А теперь у меня даже нет дома, — заявил Сону.
— Что? — Ким Тэёль выглядел сбитым с толку.
— Я продал свою квартиру.
— Что? Почему? — воскликнул Ким Тэёль.
— Чтобы не пересекаться с Джинуком, — просто ответил Сону, опустив тот факт, что он также хотел вообще сбежать из Сеула. Сону не видел необходимости раскрывать все детали Ким Тэёлю.
В этот момент в кармане Сону зажужжал его смартфон. Ему не нужно было даже проверять его, чтобы понять, кто это был. Кроме его врача Хан Суджин, было очень мало людей, которые знали этот номер. И теперь Ким Тэёль был одним из них. Но было ясно, кто именно будет звонить в этот момент.
[Чхве Сону. Обед?]
Как и ожидалось, это был Джинук. Ещё даже не наступил полдень, а он уже заговорил об обеде. Сону набрал ответ с минимальным энтузиазмом.
[Не торопи меня. Я пришлю фото, когда поем.]
[Что ты будешь есть?]
«Почему он так интересуется моим обедом?» — Сону немного подумал, прежде чем набрать ещё одно сообщение.
[Я пока не знаю. Ещё не решил.]
Раньше у него было не так много блюд, которые он мог съесть, но с переездом на Чеджу их ассортимент увеличился. Это позволило ему наслаждаться более здоровой и питательной пищей.
Он ожидал мгновенного ответа от Джинука, но последовала лишь тишина. Тем временем, не в силах сдержать любопытство, Ким Тэёль продолжал допытываться у Сону.
— Эй, почему ты продал дом? — вопрос Ким Тэёля повис в воздухе, ожидая ответа Сону.
Сону уже собирался ответить, когда его телефон снова завибрировал, привлекая его внимание к экрану.
[Тебе стоит подумать об этом. Давай поедим вместе.]
Сообщение от Джинука подразумевало совместную трапезу и, возможно, попытку восстановить их отношения. Сону осталось только обдумывать это неожиданное приглашение, взвешивая последствия такой встречи и одновременно отвечая на вопросы своего друга.
http://bllate.org/book/13192/1176208
