Тихий неспешный шум волн делал ночь ещё более одинокой. Ци Цзи сделал несколько шагов вперёд и понял, что не видит другого человека.
В этот момент раздался громкий звук закрывающейся двери. Ци Цзи обошёл машину спереди, перейдя на другую сторону, и только тогда увидел мужчину, который стоял неподвижно, как дерево.
С этой стороны ветер дул сильнее, из-за чего юноша сразу почувствовал себя некомфортно. Не стоило оставаться здесь надолго. Ци Цзи подошёл, чтобы спросить:
— Господин Пэй...
Прежде чем он успел договорить, его запястье схватила тёплая рука.
Его легко притянули к себе. Это действие не было грубым, скорее в нём чувствовалась нескрываемая потребность, как если бы Ци Цзи был куском дерева, плывущим в бурном потоке, последней соломинкой, которая могла спасти его жизнь.
В такую холодную ночь морской бриз был пронизывающим, но тело Пэй Юйшэна было таким же горячим, как и всегда. Тепло передавалось через кожу, соприкасавшуюся друг с другом, рассеивая холодный ветер и оставляя только этот маленький уголок тепла.
Ци Цзи немного нервничал, опасаясь, что он впитает слишком много тепла, но не сможет ничего дать другой стороне.
Он чувствовал плохое состояние Пэй Юйшэна, но не знал, как его утешить. Он мог только неуклюже подражать этому мужчине, протянув руку и нежно похлопав его по спине.
К сожалению, руки Ци Цзи были недостаточно длинными, и его обнимали слишком крепко, поэтому он мог дотянуться только до талии мужчины, что делало его движения ещё более неловкими.
— Президент Пэй...
Источник тепла наконец отреагировал.
— Не называй меня президентом.
Голос мужчины был более глухим, чем шум волн, словно его неоднократно чем-то омывали и закаляли, оставляя после себя лишь усталость.
Ци Цзи на некоторое время замолчал, а после изменил обращение.
— ...Господин Пэй?
Так он обращался к нему с самого начала.
Ци Цзи снова похлопал мужчину по спине.
— Господин Пэй, — тихо сказал он. — Всё в порядке. Всё пройдёт.
Он говорил очень серьёзно. Утешаемый им мужчина на мгновение замолчал, а затем тихо рассмеялся.
— О чём ты только думаешь?
Объятие, которое было настолько крепким, что почти вдавило его в тело другого человека, наконец-то немного ослабло. Мужчина слегка отстранился, и Ци Цзи увидел его лицо.
На лице Пэй Юйшэна не отражалось ничего необычного. Как будто тот человек с депрессивным тяжёлым дыханием только что был не он.
— О том, что только что сказала Lina?
Ци Цзи колебался. Он действительно думал, что его состояние было связано со словами Lina: «Ты забрал мою любовь». Но он не знал, признавать это или нет.
Прежде чем он успел ответить, Пэй Юйшэн уже обнял его за плечи и провёл вперёд на несколько шагов.
— Зайди за этот риф, чтобы укрыться от ветра.
В темноте Ци Цзи не мог отчётливо видеть, где расположены рифы, поэтому ему оставалось только последовать за мужчиной, думая, что тот пытается сменить тему.
Но, сделав несколько шагов, он услышал спокойный голос другого человека.
— Это не имеет к ней никакого отношения. Возлюбленная, о которой она упомянула, моя мать.
Этот ответ был настолько шокирующим, что Ци Цзи чуть не споткнулся о камни, смешанные с крупным песком под его ногами.
К счастью, у него была отличная реакция, и он успел восстановить равновесие, избежав несчастного случая.
Но потрясение никак не проходило:
— Но Lina… Разве она тоже не... женщина? Она и тётя...
— Нет, — тон Пэй Юйшэна по-прежнему был спокойным, не выдавая ни волнения, ни агрессии. — Мои родители — первая любовь друг друга. Они влюбились с первого взгляда, и у них были счастливые, гармоничные отношения. Они уже отметили двадцатую годовщину свадьбы.
Ци Цзи удивился ещё больше:
— Но Lina сказала...
Тон Пэй Юйшэна был настолько спокойным, что казался почти жестоким:
— Объект безответной любви также можно назвать возлюбленным.
— Моя мать не знает о её чувствах и относится к ней только как к дальней родственнице, которую видит не чаще одного раза в год.
Ци Цзи потерял дар речи.
Выходит, некоторые люди действительно называют объекты своей безответной любви своими возлюбленными. Хотя у людей могут быть различные мнения, в этом нет ничего плохого.
Просто это так… неожиданно. Lina, которая всегда выглядела такой свободной и непринуждённой, на самом деле имела такой горький опыт любви.
Когда двое мужчин дошли до рифа, Ци Цзи обнаружил, что это был угол, образованный двумя огромными камнями высотой в два человеческих роста. Как только они подошли, вокруг стало намного теплее, и даже свист морского бриза, казалось, полностью стих.
Вокруг было темно, и поблизости не было никаких указателей, но они точно дошли до подножия укрывшей их скалы. Похоже, это место очень хорошо знакомо президенту Пэю.
Песок здесь был очень мягким, и это место находилось совсем рядом с морем, так что они уселись бок о бок.
Как только Ци Цзи сел, он почувствовал тяжесть на своих плечах и тепло по всему телу. Он повернул голову и увидел, что Пэй Юйшэн снял с себя пальто и надел на него.
— Не нужно... — он уже собирался отказаться, но услышал голос мужчины.
— Я хочу подышать свежим воздухом, но ты очень замёрз, — Пэй Юйшэн попросил его. — Надень пальто. Можешь остаться со мной ещё на некоторое время?
Ци Цзи не знал, как утешить мужчину. Но когда он увидел, что тот взял инициативу в свои руки, он, естественно, не стал отказываться.
Он не смог отказаться от этого знака внимания, как и от пальто, от которого веяло мужественностью этого человека.
Дул ночной ветер, волны разбивались о берег прямо перед ним. Среди естественных звуков природы, наполнявших его уши, Ци Цзи услышал, как Пэй Юйшэн продолжил говорить:
— На самом деле она очень сильная.
Он всё ещё говорил о Lina.
— Lina родилась в боковой ветви семьи Сюй. Эта ветвь никогда не обладала властью, имела мало ресурсов и не могла претендовать на наследство. Lina даже не носит фамилию Сюй. Но её отец, который является зятем семьи, полон решимости подняться в семье Сюй. Когда он узнал об этой ситуации, то сильно испугался, что семья Сюй обвинит его. Поэтому он впал в ярость и чуть не сломал Lina ноги.
— В тот же вечер Lina сообщили, что она получила свою первую международную награду в области дизайна. В то время в Китае такое случалось крайне редко, и эта новость вызвала большой ажиотаж. Многие люди присылали поздравительные письма, и многие компании искренне приглашали Lina к сотрудничеству.
— В одночасье Lina стала весьма популярной фигурой в Китае.
Голос мужчины был низким и тихим, словно шум моря, доносящийся откуда-то издалека.
— Даже мой дедушка заинтересовался этим вопросом, сказав, что семья Сюй нуждается в таком таланте, и хотел попросить её помочь с чем-то.
— С тех пор её отец больше никогда не осмеливался смотреть на неё свысока. Он не хотел, чтобы этот случай стал достоянием общественности и оскорбил семью Сюй, поэтому промолчал об этом.
— Lina очень хорошо это скрывает. Кроме отца, который узнал об этом случайно, мало кто в семье знает, что она любит мою маму. Во время праздников, когда родственники и друзья собираются вместе, они, как и всегда, спокойно разыгрывают спектакль и желают друг другу счастья.
— За исключением редких моментов раздражения, в обычные дни она по-прежнему остаётся очаровательной идеальной личностью.
Он говорил легко, словно рассказывал историю незнакомца. Но по какой-то причине Ци Цзи услышал в его голосе невыразимую боль.
Создавалось впечатление, что всё было не так мирно, как описывал Пэй Юйшэн. И даже он сам, казалось, страдал от той же боли.
— Ей просто не повезло: она влюбилась в человека, который её не любил.
Пэй Юйшэн понизил голос, словно размышлял над чем-то или разговаривал сам с собой.
— Подобное случается слишком часто. Если бы это был кто-то другой, она, возможно, даже не смогла бы достичь такого уровня.
Ци Цзи посмотрел на мужчину, глаза которого, казалось, слегка затуманились.
С самого начала он смутно чувствовал, что здесь что-то не так.
Это была рука Пэй Юйшэна.
Выносливость этого человека была настолько сильной, что Ци Цзи не заметил ничего необычного, пока они не сели рядом, оказавшись близко друг к другу. Только тогда Ци Цзи обнаружил аномалию в поведении другого человека.
Правая рука Пэй Юйшэна была всё время напряжена. Очертания руки были красивыми и привлекательными, но в то же время такими жёсткими, словно он намеренно уберегал её от излишних движений.
— Господин Пэй, вы...
Не заботясь о том, что может переступить границы дозволенного, Ци Цзи протянул руку и легонько схватил мужчину за тыльную сторону ладони.
Он ощутил тепло его тела под кончиками пальцев, слегка выступающие синие кровеносные сосуды и пульс, бьющийся под большим пальцем.
Это был первый раз за все эти дни, когда Ци Цзи взял на себя инициативу и сам прикоснулся к чьей-то обнажённой коже.
Но это лишь потому, что он не знал, что скрывается у него под одеждой, и не осмеливался прикоснуться к ней.
Он осторожно потянул за аккуратную манжету рукава рубашки и немного приподнял её, обнажив участок выше запястья.
На его крепком, сильном, идеально очерченном запястье тянулся вверх отвратительный фиолетовый синяк, который отекал всё больше.
Синяк начинался от внутренней стороны запястья, аккуратно прикрытого манжетой, и уходил вверх на неведомое расстояние.
Реальная травма мужчины была гораздо серьёзнее, чем казалось на первый взгляд.
— Ты ранен?!
Он был настолько потрясён, что какое-то время не мог сообразить, что происходит. Только тогда Ци Цзи полностью осознал последнюю фразу, сказанную сидящим рядом мужчиной: «Если бы это был кто-то другой, она, возможно, даже не смогла бы достичь такого уровня».
Без всякой причины, в этот момент изумления он вдруг вспомнил о прошлом Lina, о котором упомянул Пэй Юйшэн.
Пэй Юйшэн сказал, что однажды отец Lina чуть не сломал ей ноги.
Тогда его собственная травма... Кто её нанёс?
Пэй Юйшэн — бывший боец спецназа. Как бы ни был силён обычный человек, как он мог ему навредить?
Не говоря уже о том, что это была столь серьёзная травма, и нанесена она была таким жестоким способом.
http://bllate.org/book/13188/1175118
