— Какой-нибудь простушки тоже будет достаточно.
— Да, да, вы правы.
Чжоу Хуайжан негромко спросил:
— Ваше высочество, что вы думаете об этом человеке?
Оценка Чжао Мяня состояла из четырех простых слов:
— Темная кожа, крайне уродлив.
Чжоу Хуайжан не посмел возразить.
Рыботорговец не был таким уж уродливым, просто обычный человек, а у смуглой кожи есть свои особенности. В прошлом пустыня Западной Ся была богата темнокожими красавицами, и мужчины, и женщины носили тонкую одежду, обнажая часть талии, а еще вешали на тело звенящие украшения, что выглядело очень экзотично.
Если бы рыботорговец переоделся в одежду из Западной Ся, он выглядел бы лучше, чем сейчас. Однако Западная Ся была уничтожена Бэйюанем, и их одежда, скорее всего, исчезла вместе с ней.
В Наньцзине было много красавиц, большинство из которых белыми, как драгоценный нефрит. В императорской семье Чжао красавиц еще больше.
— Ваше высочество видело много красивых людей, поэтому его стандарты, естественно, высоки. Если ваше высочество наследный принц ориентируется на королевскую семью Наньцзина, то все будут уродливы, — попытался утешить принца Чжоу Хуайжан и сухо рассмеялся, добавив: — Посмотрите, господин, у этого Ли-эра на самом деле неплохое телосложение.
Большинство дунлинских мужчин не отличались высоким ростом, но даже когда рыботорговец сидел, было заметно, что у него стройная фигура, и кажется, что он был даже выше Шэнь Буцы.
В голосе Чжао Мяня прозвучал холод:
— Значит, тебе нравится такой темный и высокий парень. Я знаю, какой брак я организую для тебя в будущем.
Улыбка сразу же исчезла с лица Чжоу Хуайжана, и он осторожно ответил:
— Я ошибся.
Чжао Мянь смотрел на темную фигуру, все еще не в силах поверить в это:
— Он действительно ловил рыбу всего двадцать лет? Кажется, что он делал это тридцать лет. Он такой старый.
Чжоу Хуайжан прошептал:
— Господин, тридцать лет назад Ли-эру было всего два года.
Чжао Мянь не мог больше смотреть на это, поэтому внезапно отвернул лицо, подумав «с глаз долой — из сердца вон».
Как Вань Хуамэн посмел связать его с этим темнокожим рыбным убийцей? Он что, слепой?!
— Господин, может, нам спуститься и представиться? — вдруг спросил Чжоу Хуайжан.
Чжао Мянь пребывал в гневе, однако, задумавшись на мгновение, все же ответил спокойным и леденящим душу голосом:
— Много людей собралось, не стоит торопиться.
Так как ожидание появления очередного отравленного затянулось, гости, наблюдавшие за весельем, больше не могли ждать. Зрители постепенно разошлись, оставив Ли-эра одного скучать за столом.
Чжао Мянь по-прежнему не двигался. Ли-эр, видимо, проголодался, поэтому попросил у слуги миску супа-лапши с вонтонами и сосредоточенно ел, явно получая огромное удовольствие.
Его манера есть была такой же грубой, как и его характер, и он в мгновение ока прикончил целую миску лапши. Возможно, он ел слишком быстро, поэтому поперхнулся на полпути и поспешно налил себе чашку воды. Одной рукой он колотил себя по груди, а другой держал чашку, отхлебывая из нее.
Он выглядит еще более глупым, чем Чжоу Хуайжан.
Но чем больше Чжао Мянь наблюдал за происходящим, тем сильнее чувствовал, что что-то не так:
— Мы уже довольно давно стоим здесь наблюдаем за рыботорговцем.
Чжоу Хуайжан не понял, что Чжао Мянь имел в виду, но все же ответил:
— Верно.
Чжао Мянь снова заговорил:
— Если бы на тебя так смотрели, ты бы что-нибудь заметил?
Чжоу Хуайжан на мгновение задумался и ответил:
— Вполне возможно.
Человеческая интуиция — очень странная штука. Даже если за спиной нет глаз, все равно иногда может показаться, что там кто-то есть. К тому же сейчас они не скрывались и взгляд наверняка чувствовался.
Чжао Мянь размышлял:
— Но рыботорговец никак не отреагировал и даже не посмотрел в нашу сторону. Раз уж он пришел в башню Цинхуэй, то, естественно, хотел узнать, кто другой отравленный человек. Было бы вполне логично, если бы он оглядывался по сторонам, но он даже ел не отрываясь от своей миски. Стоит ли считать, что он бессердечен или что ему все равно?
— Может, это потому, что он особенно медлителен?
— А может, он заметил нас и просто сделал вид, что ничего не произошло?
— А, так он притворяется?
— Помнишь, чему нас учил чэнсян? Зачастую то, что мы видим, — это то, что другие хотят, чтобы мы видели.
На этот раз Чжоу Хуайжан проследил за ходом мыслей своего господина:
— Ваше высочество, вы хотите сказать, что с этим человеком может быть связано что-то еще?
Как только он закончил говорить, Ли-эр, казалось, наконец заметил их взгляды. На его смуглом лице появилось растерянное выражение, и он посмотрел вверх, на второй этаж.
Не успели их взгляды встретиться, как Чжао Мянь повернулся и пошел прочь, сказав:
— Конечно, не исключено, что он просто слеп и глуп.
Чжоу Хуайжан погнался за ним, спрашивая на бегу:
— Тогда, ваше высочество, как мы можем определить, действительно ли Ли-эр глуп или только притворяется?
В голове Чжао Мяня всплыла куча хитростей, таких, как притворство и отступление при наступлении врага. Ему показалось, что все это хлопотно и пустая трата времени.
В конце концов он сказал:
— Спросим его.
Чжоу Хуайжан непонимающе заморгал:
— А если он не ответит?
Чжао Мянь не стал медлить с ответом:
— Тогда тресни его.
Шэнь Буцы на мгновение замешкался и почтительно кивнул:
— Ваш покорный слуга сходит за ним прямо сейчас.
http://bllate.org/book/13185/1174361
