Всего в нескольких метрах от меня стояла толпа ворчавших недовольных людей. Дрожь беспокойства пробежала по моей спине. Убежав из коридора, я поднялся на один этаж и со всей силы толкнул стеклянную дверь. Тускло освещенное помещение было лучше для укрытия, чем для безрассудной погони.
Когда я осторожно сделал несколько шагов вперед, мерцающие флуоресцентные лампы внезапно ожили. Неожиданный всплеск яркости отразился на моем лице. Постепенно мои глаза привыкли к обстановке в ярком свете после кромешной темноты.
На третьем этаже центральной библиотеки находилась зона, известная как «морг». Хотя у нее было и официальное название, студенты дали ей это название. Причина была проста: в углах третьего этажа расставлены многочисленные диваны, изначально предназначенные для комфортного чтения, они стали излюбленным местом для различных занятий. Каждый, кто поднимался на третий этаж, встречал там людей с наушниками, разлегшихся на диванах, словно безжизненные тела. Отсюда и пошло мрачное название ― морг.
И вот теперь это место занимали настоящие трупы.
Словно мусор на свалке, кучи тел лежали в беспорядке. В это огромной куче были как студенты, так и не учащиеся здесь. Мое внимание привлекла женщина средних лет, одетая в такую же коричневую форму, как и избитый до полусмерти мужчина, а некоторых на шее висели бейджи с именами преподавателей.
Среди безжизненных тел был один человек, который лежал без сознания, но все еще дышал. Все, что он мог — лишь бессвязно бормотать. Я уставился в их сторону.
Рядом с этим лежащим человеком сидел зомби, поглощенный своей мерзкой трапезой. Его хищные челюсти впились в багровую плоть, со скрежетом прогрызая человека до самой голени.
Волна отвращения захлестнула меня, заставив судорожно сглотнуть. Передо мной все расплывалось, в горле возник вкус рвоты. Я мигом прикрыл рот, но было уже поздно. Существо почувствовало мое присутствие и медленно поднялось. Его рот был измазан красными пятнами, а безжизненные глаза дико смотрели в мою сторону.
Не раздумывая ни секунды, я развернулся и бросился бежать, проворно виляя в лабиринте книжных полок. Плотный ковер под ногами заглушал мои шаги. Убегая, я сбросил с полки книги. Зомби, привлеченный звуком, пошатываясь, направился в сторону шума, потом он зашатался, наступив на стопку учебников.
Зажав нос и рот, я спрятался в углу, стараясь не упасть из-за сильного головокружения. Монстр метался между книжными шкафами, его вывихнутые плечи и месиво из ног не могло помешать его движениям. Вместо того, чтобы полагаться на свое зрение, чудовище использовало обостренные обоняние и слух, чтобы отыскать меня.
Я укусил внутреннюю сторону щеки и сморщился от боли, медленно считал в уме, пытаясь успокоиться. До моих ноздрей доносилась гнилостная вонь разлагающейся плоти. Как раз в тот момент, когда я решил, что меня точно поймают, дверь распахнулась.
— Я был уверен, что они пошли сюда.
Вошедшие люди заметили зомби, застывшего возле книжного шкафа.
— Что за черт? Это этот ублюдок? Клянусь, это был не он.
Размахивая бейсбольной битой, один из них ударил зомби по голове, что дало сигнал остальным присоединиться. Между одним зомби и пятью людьми это была не равносильная бойня. Они били до тех пор, пока кто-то не достал швейцарский армейский нож и не вогнал его в шею существа. Все прекратилось.
— Я все время говорил тебе, что мы должны избавиться от трупов снаружи. Хранить их здесь — это приманка для зомби.
— Кто хочет вытащить все трупы наружу? Кто-нибудь хочет это сделать? Сомневаюсь.
— Да и они не питаются обычно трупами. У этих проклятых зомби своеобразные вкусы.
Они ушли. Я остался в укрытии, выждав некоторое время, прежде чем пойти снова. Теперь тело совсем казалось деревянным и неподвижным. Медленно выдохнув, я прогнал мучившие меня сомнения и тревогу.
Когда началось заражение, центральная библиотека, вероятно, была одним из самых многолюдных зданий на территории нашего университета. Многие студенты часто посещали библиотеку во время зимних каникул для встреч в клубах, учебы или возврата книг. Из-за размеров кампуса и хаотичности зданий библиотека служила самым удобным местом встреч.
Поэтому было очевидно, что выжившие искали убежища здесь. Однако до сих пор я никого не видел и не встречал, отсутствие людей казалось неестественно жутким. Единственными живыми людьми, с которыми я сталкивался, были те уроды.
И теперь я понимал, почему. Эти парни безжалостно убивали других выживших, прибирая все в свои руки. Как и зомби, они без зазрения совести избивали и убивали других людей, выбрасывая тела как мусор.
Вспомнив слова, сказанные парнем в читальном зале общежития, я, наконец, понял их смысл: «Там люди — это самое страшное».
* * *
Я осторожно осмотрелся вокруг и убедился, что никого нет, прежде чем продолжить путь, поэтому мне потребовалось немало времени, чтобы вернуться на второй этаж. Перед учебной комнатой мне бросилась в глаза знакомая фигура. Ёнвон сидел, прислонившись к двери, и сжимал в руках оставленную мной куртку. На нем не было ничего, кроме черной футболки.
— Ёнвон.
Он уставился на меня, его большие черные глаза, казалось, готовы были испепелить меня. Вскочив на ноги, он схватил меня за запястье с такой силой, что я испугался, как бы оно не сломалось. С моих губ непроизвольно сорвался болезненный стон.
— Хохён, ты смерти ищешь?
— Что?
— Черт. Похоже, ты решил подохнуть, — прорычал он сквозь стиснутые зубы, — Я же ясно сказал, чтобы ты сообщил мне об этом, я бы с радостью убил тебя сам. Зачем ты ушел так далеко один?
Я с трудом дышал, губы дрожали:
— Ёнвон, это не то, что ты думаешь... Я... э-э... пошел за водой.
В этот момент комната закружилась вокруг меня, и в глазах снова стало темно. Когда я пришел в себя, то увидел, что слабо опираюсь на руки Ёнвона, едва держась на ногах.
Задыхаясь и кашляя, я прильнул головой к его груди. Ёнвон смотрел на меня с презрительной усмешкой, считая меня нелепым.
— Куда ты пополз в таком состоянии? Ты просто нечто.
Его холодная рука коснулась моей щеки, ледяное прикосновение резко контрастировало с моей горящей кожей. В оцепенении я пробормотала:
— Ёнвон, твоя рука замерзла.
— Просто это ты горишь.
— Знаешь, ты был без сознания больше суток.
Я впитывал его слова сквозь пелену в голове. Я был без сознания? Я только помню, что очнулся после крепкого сна.
Ёнвон грубо схватил меня за руку и повел обратно в комнату. Я совсем не сопротивлялся, сил на это не было совсем. На столе стояло несколько предметов — небольшая пластиковая бутылка с медовым чаем и влажное полотенце. Поняв, почему Ёнвон сразу же ушел из комнаты, на глаза навернулись слезы.
— Хочешь это выпить? — спросил он.
— Да, — с готовностью ответил я.
Честно говоря, я бы с радостью согласился даже на воду из-под крана или даже дождевую.
— Скажи-ка: «Пожалуйста, дай мне медовый чай», тогда я подумаю.
— Пожалуйста, дай мне медовый чай, — после недолгих колебаний согласился я.
Но Ёнвон, похоже, не собирался давать мне его сразу же. Он озорно ухмыльнулся и потребовал:
— Повторяй за мной: «Детка, пожалуйста, дай мне медовый чай».
Что это он так только что сказал? Дерьмо. Несмотря на мое состояние, на ум приходили одни проклятия. Я отчаянно искал способ выкрутиться.
Поняв, что мне ничего другого не остается, я натянул слабую улыбку:
— Д... детка...
Детка, мать твою! Что за ребячество!
Чтобы не скрежетать зубами от злости, я сжал губы в улыбке:
— Пожалуйста, дай мне чай...
Ёнвон вздохнул, взъерошив волосы. Затем он протянул мне бутылку напитка:
— Ты слишком умело притворяешься милашкой. Какой ты коварный.
— Почему ты снова на взводе? Твое испуганное выражение лица странно возбуждает.
У меня не было сил скандалить из-за слов Ёнвона. Я лишь тяжело вздохнул и отодвинул его от себя. Его нахмуренные брови вряд ли пугали, скорее подчеркивали его холодную, но в то же время поразительную внешность. Я не мог понять, почему он кажется мне угрожающим.
— Хохён, что ты предпочитаешь: на колени или не двигаться?
— Не двигаться, — кротко ответил я.
Как же я жалок.
Ёнвон усмехнулся и снова поцеловал меня. Его губы слились с моими, лаская нежную кожу. Он нежно прижался губами к моей нижней губе. Его холодная рука, прикоснувшаяся к моей щеке, заставила мурашки приятно рассыпаться по позвоночнику. Жар, мучивший меня, словно утих, сменившись успокаивающим теплом. Его прохладные прикосновения и медовый вкус дразнили мои чувства.
Когда наши губы, наконец, отстранились, кашель, о котором я уже успел забыть, вернулся. Я отвернулся от Ёнвона, прикрывая рот рукавом. Хотя это было бесполезно, учитывая, что мы уже поцеловались, я чувствовал себя обязанным проявить вежливость.
— Ох, несмотря на болезнь, ты по-прежнему мило выглядишь.
У меня уже не было сил как-то отреагировать на его слова.
Я слабо ответил:
— Не мог бы ты хотя бы сказать, что я выгляжу красиво?
— Да, ты привлекателен и красив даже в таком состоянии, — Ёнвон пренебрежительно отмахнулся от моего замечания, говоря только то, что ему нравилось.
Честно говоря, для меня в этом не было ничего нового. Если бы я злился по каждому поводу, то вряд ли бы долго прожил. Все-таки давление у меня ни к черту.
http://bllate.org/book/13176/1172754
