Югын также поддался влиянию атмосферы, постепенно становясь ее частью. Экран телевизора был наполовину закрыт перегородкой у стола, так что ему приходилось изо всех сил тянуть шею, чтобы наблюдать за происходящим. Чан, наблюдавший за тем, как Югын разве что не скачет на месте в попытках разглядеть экран, поманил его пальцем.
— Эй, эй. Иди сюда.
Он постучал по сиденью рядом с собой. Югын неожиданно подошел и сел на указанное место. В любое другое время он ни за что бы не стал этого делать, однако наполненная азартом атмосфера и какой-никакой, но крепкий алкоголь размыли его привычные границы. Чан осторожно положил руку на плечо сидящего рядом парня и вдруг игриво спросил:
— Ты знаешь, что такое офсайд*?
П.п.: Офсайд (или положение «вне игры») — правило, определяющее позицию нападающего игрока по отношению к игрокам обороняющейся команды как недопустимую и останавливающее атаку на ворота противника.
— Офсайд?
— Ты даже этого не знаешь? Если ты не знаешь, что такое офсайд, ты не можешь сказать, что смотришь футбол. Просите, я ничего не знаю, так что просто ударю, как хочу. Типа такого?
Его грубый голос был наполнен озорством. Югын тоже был менее скованным, чем обычно. Он снова поднял стакан с пивом и ответил:
— Если я ударю вас до того, как вы откроете рот, это офсайд, да?
— Это... Пха, ха-ха-ха!
Чан схватился за живот и громко расхохотался. Его смех тут же утонул в окружающем шуме. Первая половина закончилась и перетекла во вторую. Напряжение нарастало по мере того, как жесткое противостояние команд с ничьей продолжало растягиваться. Югын даже забыл о тяжелой руке на своем плече. И наконец…
— Гол! Это гол! Превосходный ответ, который наконец разорвал ничью 2-2 в нашу пользу!
Наконец-то счет сместился в их пользу. Ресторан взорвался сумасшедшими возбужденными криками.
Югын: «...»
Югын, все это время скованно сидевший на диване, неосознанно качнул своим телом, захваченный воодушевленной атмосферой. Он даже начал сжимать руки в кулаки, пока наблюдал за игрой. Выражение его лица не сильно отличалось от обычного, однако его щеки слегка порозовели, а глаза сверкали.
Он огляделся, не понимая, как выразить свое возбуждение, заполнившее его изнутри. Затем он встретился глазами с Чаном, которым смотрел прямо на него. На его лице было странное выражение. Югын думал, что тот так же, как и он, был в восторге от забитого гола, однако причина как будто была не в этом. Когда Чан начал наблюдать за ним, а не за матчем?
Свет от экрана телевизора, рассеивающийся в темноте ресторана при скудном освещении, снова отразился в желтых глазах Чана. Он походил на зверя, готового в любой момент броситься на свою добычу и укусить ее за шею. Югын должен был находиться под влиянием алкоголя, однако затуманенные глаза были не у него, а у Чана.
Он медленно сократил расстояние между ними, не отнимая пристального взгляда от лица Югына. Кончики их носов почти соприкасались. Теплые дыхания друг друга ощущались особенно сильно, вызывая табун мурашек по спине.
— Пэк Югын, — пробормотал Чан, как завороженный.
Сильные мышцы руки, обвитой вокруг его плеча, дернулись и напряглись. Это был сигнал.
Чан повалил Югына и грубо прижал его к дивану. Верхняя половина его тела была полностью закрыта, так что его бы не увидели со стороны. Как только спина Югына коснулась обивки дивана, Чан схватил его за подбородок и увлек в поцелуй. Между его губами проскользнул толстый язык и с силой всосал воздух, вызывая во рту и глотке тупую боль. Это был грубый поцелуй без какой-либо заботы о партнере. Югыну казалось, что ему сейчас разорвут губы и вывихнут челюсть. Между его губ проскользнул сдавленный вздох. Темные волосы, отличавшиеся по мягкости, терлись о лбы друг друга.
Вокруг них было много людей. Хоть тут и были перегородки, они были недостаточно высоки, и если кто-нибудь встанет со своего места или пойдет в уборную, их легко обнаружат. Он не обладал достаточной наглостью, чтобы вести себя так безрассудно. Сколько бы Чан не кутил с разными проводниками, он не хотел становиться участником секс-шоу в прямом эфире на глазах у обычных, ничего не знающих людей. Подобное мог сделать только повернутый на сексе ублюдок по типу Квон Хису. Не он.
— Блять... Ну реально. Я с ума схожу, — пробормотал Чан сквозь рваные выдохи.
Наверное, было бы трудно сдерживаться, если бы алкоголь закончился, поэтому он уткнулся носом в покрасневшую шею Югына и вдохнул аромат его тела. Грызя нежную кожу клыками, он поставил свои крепкие, походящие на камень, бедра между ног Югына и потерся своей ногой о его бедра. Он почувствовал, как лежащий под ним Югын резко втянул в себя воздух.
— Почему ты сдерживаешь стоны?
— Ха...
— Черт, он же встал. Аргх. Почему ты сдерживаешься?
Чан стиснул зубы, выругался себе под нос и притянул к себе таз Югына. В тот момент, когда он собирался прижать нижнюю часть его тела к своей и попытаться потереться об него передней частью штанов...
Со стороны телевизора раздался оглушительный свист, обозначающий конец матча.
http://bllate.org/book/13166/1170635
