— Там был мутант, которого мы никогда раньше не видели и который никогда не выходил из врат. Он был достаточно сильным, чтобы вызвать сумасшествие с одного взгляда, и это он повлиял на моего брата.
— Эсперы рыскали по месту происшествия всю ночь. Там не было признаков других мутантов, кроме насекомоподобного мутанта низкого уровня, которого обычно зовут «богомол».
— Он появился и тут же исчез. Но он был достаточно огромным, чтобы покрыть всю зону, я уверен, кто-то еще его видел.
— Никто из выживших такого не говорил. Все последовательно давали показания и сказали, что все произошло после раскрытия врат. Им показалось странным, что мутанты не появлялись, и в тот момент Пэк Хисон издал громкий звук. Они пошли посмотреть, если мутанты столпились там, и тогда он на них напал.
— Нет, все не так. Они никак не могли проглядеть такую огромную штуку... О, там... На самом деле там был еще один свидетель помимо меня и моего брата.
— О ком вы говорите?
Пэк Югын: «…»
В тот момент там находился охотник S-класса. Пугающе красивый мужчина, пахнущий одновременно свежими цветами и засохшей кровью. Он появился посреди руин, как звезда, упавшая с неба, и также внезапно исчез, оставив позади бессмысленные слова и грубые поцелуи. Югын даже не знал имени этого мужчины. Сама встреча с ним казалось сном, который он увидел, находясь без сознания. Он не был уверен, что ему поверят, даже если он расскажет о нем.
— Проводник Пэк Югын. Я понимаю, что вы хотите оправдать охотника Пэк Хисона. Но, пожалуйста, перестаньте делать беспочвенные лживые заявления. Чем больше вы это делаете, тем крепче наша уверенность в вашем соучастии в преступлении.
Не сказав больше ни слова, Югын опустил дрожащие глаза вниз к полу. С губ сорвался дрожащий вздох. Он сжал зубы и нервно убрал упавшие на глаза черные волосы.
Майор Чжон Чанхек молча на него смотрел. Тонкий шрам на левом веке мужчины был еле заметен. На руке, в месте, откуда вырвалась игла капельницы, были капли крови, стекающие вниз.
Пациент напротив него выглядел молодым. На бумагах и в реальности, согласно предварительному обзору, Пэк Хисону сейчас было двадцать девять, а Пэк Югыну — двадцать три. Если бы Вспышка не произошла или он не стал бы проводником, он бы сейчас был обычным студентом колледжа.
Пэк Югын был высоким и худым, но при этом довольно крепким. Однако он еще не выглядел, как полностью повзрослевший мужчина. Он выглядел, будто прошел через много боев, и в его глазах была некоторая жесткость, но, присмотревшись, то тут, то там можно было увидеть мальчишеские черты. Он выглядел еще более жалко в мешковатой больничной одежде и покрытый ранами.
Внутри себя майор Чжон Чанхек вздохнул. Наверное, Пэк Югын не сдержал свою злобу, и после метаний вышел из себя. Люди, которых он встречал до этого в ходе расследований преступлений, связанных с эсперами, в особенности молодые парни возраста Югына, часто с жестокостью реагировали на шокирующие новости.
— Проводник Пэк Югын.
Майор вновь обратился к нему. Но теперь его голос был гораздо мягче. Как будто он пытался договориться с капризным ребенком. Югын все еще выглядел недоумевающим.
— Я слышал, что вы и охотник Пэк Хисон — единственные выжившие после происшествия на мосту Хванган тринадцать лет назад, верно?
Плечи Югына еле заметно дернулись. Майор Чжон Чанхек интуитивно почувствовал это даже под его непроницаемым лицом. Он угадал.
— Тот инцидент стал большой проблемой, так как мы не могли найти ни одной зацепки, даже с таким количеством умерших людей. Думаете, у вас травма после того происшествия, и вы видите галлюцинации? Например, «я увидел монстра, которого больше никто не видит, и это сводит меня с ума».
Пэк Югын: «…»
— Такое может быть, я понимаю. Мир, который сделал вас таким несчастным, наверное, вызывает такую злобу, что вы хотите ему как-то отомстить.
Югын, до этого момента молча слушающий, кивнул головой. Его плечи слабо поднялись и опустились. Майор за ним наблюдал. Он впадет в ярость? Расплачется?
Вдруг Югын поднял глаза и посмотрел прямо на него. Он улыбался. Широкие глаза приняли форму полумесяцев, а выражение дикого волка с острыми глазами на его лице сменилось на лицо доброй и милой собачки.
— Это дело уже закрыто.
Но слова, которые он произнес, были острыми, как нож, далеко не мягкими.
— Думаю, вы изучили это дело вдоль и поперек перед тем, как сюда прийти. Разве не так, майор?
Чжон Чанхек: «…»
— Не говорить лживых заявлений? А что для вас правда? Вы вообще прислушаетесь к тому, что я скажу?
Чжон Чанхек улыбнулся внутри себя, даже не понимая этого. То, что он видел, так отличалось от Югына с бумаг, которые состояли только из описания его людьми вокруг. Те, кто знали Югына, в унисон говорили: «Он прямолинейный и не особо чувствительный, но он всегда искренен, заботится о своем брате, иногда даже слишком, и у него есть наивная сторона, может, потому, что он еще молод». Но это все было далеко от истины.
Майор вышел из комнаты, оставив только слова о том, что он примет решение об их расположении по мере продолжения расследования. Когда дверь палаты открылась, Югын увидел их через проем. Тех людей в красной униформе, охраняющих палату.
Тогда он осознал. Это была больничная палата, но он был не в больнице. Тюрьма для временных подозреваемых, нет, преступников, которые будут тут находиться, пока хотя бы как-то не восстановятся.
http://bllate.org/book/13166/1170497
