Лу Чэн, обнимавший сейчас свою жену, был слишком взволнован, чтобы просто так быстро заснуть. Вспомнив о совете 3-го уровня, размещенного на форуме, он решил попробовать его, начав разговор:
— Жена…
Тан Июань продолжил лежать с закрытыми глазами, никак не реагируя, словно уже крепко спал.
Голос Лу Чэна стал мягче, стараясь подражать голосу изящного маленького соблазнителя из телесериала:
— Женушка…
Тан Июань по-прежнему никак не реагировал.
Лу Чэн поджал губы и решил нанести последний удар:
— …Супруг?
— Хм? — Тань Июань открыл глаза, задаваясь вопросом, насколько заразно долгое пребывание рядом с тупицей!
Тан Июань коротко бросил:
— Заткнись! — попытавшись ладонью прикрыть лао Гуну грязный рот.
Лу Чэн поймал руку жены, поцеловав в запястье. Как послушный мальчик он выполнил требования своей жены, не двинувшись больше с места, он покрепче обнял свою жену, чтобы та могла хорошенько выспаться.
Когда они встали утром, семья Тан не слишком удивилась, увидев у себя в доме Лу Чэна. А Тан Ботэ не удержался, чтобы не воскликнуть:
— Я понял, я все понял! Когда я был молод, то тоже лазал через окна, чтобы ухаживать за твоим папой!
Тан Ботэ и Лу Чэн понимающе переглянулись, улыбаясь друг другу: во что значит настоящие альфы.
Семья Тан плотно позавтракала. Юань Цю даже приготовил для Тан Июаня тонизирующий суп. Но, к сожалению, из-за беременности у Танг Июаня совершенно пропал аппетит. Он не проглотил ни кусочка, даже просидев полдня за столом.
Лу Чэн погладил жену по животу и, волнуясь, спросил:
— Ты не хочешь есть это? Тогда что ты хочешь съесть?
Тан Июань с отвращением оттолкнул его руку. Он еще помнил, что ушел из дома мужа. Ему хотелось сейчас съесть что-нибудь остренькое. Облизнув губы, он ответил:
— Пряных раков.
Лу Чэн бросил ему в миску сяолунбао и тихо произнес:
— Сначала съешь это. А к обеду я куплю тебе раков.
П.п.: сяолунбао — маленькие булочки-пирожки, приготовленные на пару.
Таким образом, он мог обеспечить себе оправданное пребывание в доме Танов!
Тан Июань прекрасно видел маленькие уловки Лу Чэна, но решил пока позволить тому остаться в доме Танов. Он хотел поесть пряных раков. Ведь когда лао Гун принесет пряных раков, кто, кроме мужа почистит их для него?
Лу Чэн проторчал в доме Танов все утро, отказываясь уходить до полудня. После чего лично отправился за пряными раками, а вернувшись, радостный поставил их на обеденный стол.
Организовавший с ним альянс по преследованию жены Тан Ботэ тайком показал ему задранный вверх большой палец. На что Лу Чэн радостно кивнул головой.
Что бы ни захотела твоя жена, ты должен это выполнить немедленно. Если он продолжит в том же духе, то его жена не задержится в доме Танов надолго!
Взгляд Тан Июаня упал на пряных раков, красных и таких ароматных. Он сглотнул полный рот слюней и потянулся за раками, чтобы полакомиться ими.
Лу Чэн поспешно выхватил рака из его рук, убрав блюдо с раками подальше, так, что Тан Июань не смог дотянуться до них.
— Стоп. Раки куплены для того, чтобы ты мог их только понюхать.
Тан Июань замер на полсекунды и недоверчиво переспросил:
— Для чего, говоришь, ты их купил?
Лу Чэн очистил рака, положил его на тарелку перед Тан Июанем, дав тому насладиться пряным ароматом рака и сказал:
— Это только для того, чтобы ты мог насладиться ароматом. Шэнь Цин сказал, что во время беременности ты должен стараться не есть острую пищу. Перец чили вреден для твоего здоровья и здоровья нашего малыша.
Тан И Юань был так зол, что ему хотелось ударить кое-кого. Перед его носом лежало то, что он больше всего хотел сейчас съесть. Но он мог только смотреть на это, не имея возможности попробовать. Разве может быть что-то более жестокое, чем это?
Лу Чэн по-прежнему держал перед ним тарелку с раком, время от времени рукой направляя поток воздуха с пряным ароматом в его сторону. Как будто хотел, чтобы тот получше прочувствовал, насколько вкусны эти раки. Тан Июань начал всерьез подозревать, что Лу Чэн делает это специально, просто издеваясь над ним.
Тан Ботэ восхищенно посмотрел на Лу Чэна и снова молча поднял большой палец вверх. Он наконец-то понял, почему его сын постоянно требовал развода.
В следующее мгновение Лу Чэн был вышвырнут из дома Танов под гневные крики Тан И юаня. А вслед за ним полетели и его раки. Тан Ботэ ничего не мог поделать, объявив, что созданным им альянс по преследованию жены распущен. С его многолетним боевым опытом он прекрасно понимал, что союз с такими соратниками был безнадежен.
Позже вечером, когда Лу Чэн в очередной раз преодолел трудный путь через высокие стены семьи Тан, у основания стены его ждал дворецкий семьи Тан в сопровождении десяти телохранителей. Он беспомощно посмотрел на Лу Чэна, зависшего на стене, почтительно произнеся:
— Муж старшего молодого хозяина, он не велел мне впускать вас, несмотря ни на что.
Лу Чэн посмотрел на телохранителей, которых Тан Ботэ в свое время привел из армии, и вынужден был снова откланяться. С поникшей головой он вернулся в дом Лу и лег на пустую кровать, продолжая скучать по своей жене.
Прошло тридцать два часа, как он остался один и сильно скучал по жене.
Прошло пятьдесят восемь часов, как он остался один и сильно скучал по жене.
Прошло сто тридцать пять часов, как он остался один и сильно скучал по жене.
***
На седьмой день после ухода Тан Июаня из дома Лу Чэн, наконец, не выдержал, взял с собой группу телохранителей и ворвался в дом Танов, вопреки всему выкрав свою жену из дома родителей. Хотя никто из семьи Тан не останавливал его, а жена даже проявила инициативу и обняла его за шею.
В солнцезащитных очках Лу Чэн лихо управлял автомобилем, время от времени бросая взгляд победителя на свою молодую жену, которую он утащил обратно к себе домой, демонстрируя ей загадочную и немного глупую улыбку.
Тан Июань, не выдержав, заметил:
— …Лучше следи за дорогой. Веди машину аккуратно.
Лу Ченгу пришлось сосредоточиться на вождении. Ведь как хороший альфа, он должен был слушаться своего омегу, несмотря ни на что.
«Какое сладкое бремя!» — тоскливо подумал он про себя. Он уже неделю не чувствовал этого сладкого бремени, пусть сладость будет еще сильнее!
Он доехал до задней части поместья и припарковал машину у пруда. Тан Июань бросил на него удивленный взгляд, вышел из машины и подошел к пруду, чтобы взглянуть на зеркальную водную поверхность, а затем перевести вопросительный взгляд на Лу Чэна.
Зачем лао Гун привел его сюда?
Лу Чэн снял солнцезащитные очки и лукаво улыбнулся, затем подошел и обнял его сзади, глядя на мерцающую водную гладь, он произнес с глубоким чувством:
— Жена, я сделал этот пруд и запустил сюда раков. К тому времени, когда в следующем году у тебя родится наш второй малыш, эти раки подрастут и станут жирными и ароматными. Тогда ты сможешь есть их столько, сколько захочешь, а я буду чистить их для тебя каждый день и следить, чтобы ты смог наесться вдоволь.
Тан Июань не смог сдержаться и разразился диким хохотом.
Семь дней наказания мужа оказались достаточным сроком и для него самого. Вчера вечером Шаншан уже начал кричать, что скучает по своему большому папе и хочет вернуться к себе домой.
Когда Лу Чэн увидел, что его жена улыбается, в нем вспыхнула надежда, что он прощен ею. Он улыбнулся в ответ, продолжив говорить ласковые вещи:
— Жена, ты же вернешься домой? Я скучаю по тебе. Я буду любить тебя до конца своих дней. Я буду хорошо относиться к тебе до конца нашей жизни. Ты можешь наказывать меня, когда я делаю что-то не так. Наказывай меня как хочешь. Только не оставляй меня больше одного.
В прошлом он недостаточно рассказывал жене о своих чувствах, что заставило ее задуматься в их существовании и попросить даже о разводе. В будущем он будет каждый день говорить своей жене, что любит ее и только ее.
Он будет хорошо относиться к жене до конца своих дней.
Взгляд Тан Июаня смягчился, пока он вертел кольцо на пальце, тайно ликуя в душе. А затем он согласно кивнул. На самом деле он уже несколько раз требовал развода, но только потому, что ждал, когда Лу Чэн наконец признается ему в любви. Теперь он был уверен, что ему больше не понадобится грозить своему мужу разводом.
Лу Чэн не мог удержаться от радостного возгласа. С удовлетворением обняв жену, он опустил голову, крепко поцеловав ее в губы.
Светило яркое солнце. На водной глади было видно, как тесно переплелись два тела. Они так тесно прижимались друг к другу, что казались неразделимы.
«Я, Лу Чэн! Сегодня я успешно признался жене в своей самой искренней любви, подарив ей пруд с раками!»
http://bllate.org/book/13164/1169975
