Хэ Гуань проснулся рано утром, и его голова раскалывалась.
Человек рядом с ним все еще спал. Когда Хэ Гуань неуверенно попытался сесть, прежде чем сделать какое-либо движение, он открыл глаза и увидел прямо перед собой лицо Лоу Дунцана.
Менее чем в сантиметре от него.
На несколько секунд он застыл в такой близости, едва осмеливаясь дышать, а затем медленно стал сползать вниз.
Только вырвавшись из объятий Лоу Дунцана, Хэ Гуань глубоко вздохнул.
Лоу Дунцан спал рядом с ним, даже предоставил Хэ Гуаню свою руку в качестве подушки.
Не зная, не онемела ли рука Лоу Дунцана, и боясь разбудить его, Хэ Гуань не стал ее двигать, и лишь слегла поправил ему одеяло.
При этом Хэ Гуань заметил, что Лоу Дунцан чутко спит и, увидев, как он нахмурился, словно собираясь проснуться, Хэ Гуань замер.
При таком чутком сне лучше не тревожить его.
Несколько минут он сидел на полу в оцепенении, приходя в себя, а затем встал, чтобы открыть окно.
Какое-то время Хэ Гуань стоял у окна, выдыхая мутный воздух на улицу.
Почувствовав легкое головокружение, он помассировал виски и направился вниз, намереваясь приготовить на кухне медовую воду.
Ожидая, пока закипит вода, Хэ Гуань достал из холодильника яблоко, чтобы перекусить.
В кухню вошел дядюшка Юэ, вернувшийся после уборки на улице. Их взгляды встретились, и он с нежной улыбкой поприветствовал Хэ Гуаня:
— Молодой господин, вы рано встали.
Проглотив яблоко, Хэ Гуань указал на голову:
— Голова болит. Казалось, что она вот-вот расколется, если я не встану, — предвидя беспокойство дядюшки Юэ, он добавил: — Все в порядке, я делаю медовую воду от похмелья. И фрукты тоже помогают. Я просто подожду здесь, дядя. Вы можете заниматься своими делами, не нужно обо мне беспокоиться.
Дядя Юэ вздохнул с облегчением.
Кухня хорошо проветривалась, окна обычно были открыты. Теперь свежий ветерок гулял по кухне, приподнимая угол мятой рубашки Хэ Гу.
Наблюдая, как дядя Юэ деловито ходит по кухне, Хэ Гуань тихо заметил:
— Ты напоминаешь мне старейшину, которого я когда-то знал.
Дядя Юэ выглядел удивленным:
— Правда?
Хэ Гу начал свой рассказ:
— Да, ты… — произнеся эти два слова, он почти сразу поймал себя на том, что вспоминает прошлое. Он быстро исправился: — При ближайшем рассмотрении, возможно, не совсем. Ты гораздо веселее, чем он. Пожалуйста, не обращай внимание.
Дядя Юэ был сдержан:
— Мм.
Как только вода закипела, Хэ Гуань выбросил огрызок в мусор, налил себе чашку горячей воды и добавил немного меда.
Размешивая напиток, он посмеялся над собственной жадностью.
Учитывая внезапный сердечный приступ, который он пережил, то, что он остался жив, уже было благословением. И все же он искал в этом мире тени своего прошлого, что казалось несколько несправедливым по отношению к этим людям.
Более того, если бы он кого-то узнал, ему неизбежно бы пришлось поведать о своих мотивах.
Хочешь рассказать, что ты из другого мира?
Как какой-то сумасшедший…
Сдерживая свои эмоции, Хэ Гуань спросил:
— Дядя, ты подметал двор?
Дядюшка Юэ кивнул:
— Да, я расчистил упрямые опавшие листья. Пришлось соскребать те, что прилипли к земле. Через день или около того, я отмою дорожку и закончу — вход будет выглядеть как новенький.
Хэ Гуань похвалил его:
— Вы просто молодец, дядюшка!
Дядюшка Юэ задорно захихикал, постукивая метлой по полу:
— Тебе тоже стоит освежиться. От тебя воняет алкоголем.
— Хорошо, я просто жду, пока мой напиток остынет.
Хэ Гуань подул на горячую медовую воду, чтобы остудить ее, и, взяв в руки чашку, направился наверх.
Поднявшись на второй этаж, он увидел только что проснувшегося Лоу Дунцана, который неподвижно стоял у двери спальни и держал в руках пустую бутылку из-под спиртного, оставленную накануне вечером.
Неожиданно Хэ Гуаня осенило, что на втором этаже нет мусорной корзины для Лоу Дунцана.
Лоу Дунцану даже некуда было выбрасывать мусор.
Не зная, что делать с пустой бутылкой, он просто стоял на месте.
Хэ Гуань подошел к нему, намереваясь забрать пустую бутылку, и сказал:
— Отдай ее мне. Я потом принесу сюда мусорное ведро. Я не сказал ничего лишнего вчера вечером?
В последнее время он чувствовал себя несколько подавленным.
Он недоумевал, как можно пренебрегать близкими людьми и тосковать по тем, кого уже никогда не увидит.
Вопрос Хэ Гуаня был обычным, но, к его удивлению, Лоу Дунцан действительно ответил.
Однако он крепко сжал бутылку, не позволяя Хэ Гуаню забрать ее.
Его лицо было лишено эмоций, но от его слов кровь в жилах Хэ Гуаня похолодела:
— Да, ты спросил меня, кто ты, — в его тоне прозвучала насмешка: — Кроме этого, больше ничего. Так что, ты так много выпил, что забыл себя? Тебе нужно, чтобы я напомнил?
Хэ Гуань сделал шаг назад. В этот момент он чувствовал только облегчение.
К счастью, Лоу Дунцан не мог видеть… иначе он бы заметил пот, выступающий на лбу Хэ Гуаня.
Услышав сбившееся дыхание Хэ Гуаня, Лоу Дунцан нахмурил брови:
— Что с тобой не так? Твое дыхание изменилось.
Пытаясь найти оправдание, Хэ Гуань попытался дышать размеренно и сказал:
— Я в порядке. Я только что выпил немного медовой воды и почувствовал себя немного нехорошо. Теперь мне лучше.
Лоу Дунцан спокойно посоветовал:
— Если у тебя астма, проверься. Тогда у меня будет друг по болезни. Если не считать того, что ты пьяница, то это совсем неплохо.
Хэ Гуань, сердце которого успокоилось от тона Лоу Дунцана, усмехнулся:
— В следующий раз, если я выпью, не верь мне. И выгони меня. Из-за меня в комнате воняло.
Лоу Дунцан сделал шаг ближе и встал прямо перед Хэ Гуанем:
— Воняло?
Хэ Гуань оттянул свою рубашку и поморщился:
— Да. Разве ты не чувствуешь этого запаха? Я чувствую, что брожу.
Лоу Дунцан подошел еще ближе.
— Серьезно? Дай мне понюхать.
Даже с закрытыми глазами он, казалось, легко ориентировался, наклонившись и положив руку на плечо Хэ Гуаня.
Находясь в такой непосредственной близости, Хэ Гуань теперь понял…
Лоу Дунцан на самом деле был выше его.
На этих бледных губах все еще не было и следа цвета.
Как и ожидал Хэ Гуань, Лоу Дунцан прошептал:
— Не двигайся.
От него исходил леденящий холод, как будто его кожи коснулся лед, хотя на дворе стояла весна.
Придерживая Хэ Гуаня за плечо, он слегка принюхивался к его уху.
Его дыхание было нежным и прохладным, как падающий снег.
Хэ Гуань почувствовал, как пальцы Лоу Дунцана слегка сжались.
Казалось, что Лоу Дунцан нежно поглаживает ткань его рубашки.
Но он не был уверен.
Быстро выпрямившись, Лу Дунцан заметил:
— Все в порядке. Есть только намек на аромат перебродившей каши. Мне это не мешает.
Хэ Гуань ответил:
— Ты слишком добр. Если кто-нибудь скажет, что ты холодный, я первым встану на твою защиту.
Лоу Дунцан передал ему бутылку и небрежно поинтересовался:
— Как ты узнал, что обо мне говорят, что я отстраненный?
Хэ Гуань молча проклял себя за свое упущение, и быстро исправил свою ошибку:
— Нередко можно услышать шепот перед подписанием соглашения. Знаешь, ты довольно известен.
— Хм…
Что касается известности, это уже другой разговор.
Хэ Гуань взял бутылку из рук Лоу Дунцана, залпом выпил и остывшую медовую воду и сказал, чтобы отвлечься:
— Я принесу мусорное ведро снизу.
— Хорошо.
Когда шаги Хэ Гуаня затихли, Лоу Дунцан слегка изогнул уголок губ.
Удивительно, но он позволил себе краткую улыбку.
В пьяных словах Хэ Гуаня была доля правды.
Он действительно похож на змею.
Змеи часто символизируют злобу и хитрость; он ничем не отличался.
Теперь он был уверен, что перед ним не тот человек, кто подписывал договор с его отцом.
Оставим в стороне тот инцидент в ванной комнате.
Отныне он даст Хэ Гуаню три шанса.
В рамках этих трех шансов…
Если Хэ Гуань упустит их все, Лоу Дунцан отпустит его.
Если Хэ Гуань ухватится за один шанс, то Лоу Дунцан будет относиться к нему с величайшей добротой.
Если Хэ Гуань ухватится за два — Лоу Дунцан будет относиться к нему как к самому дорогому родственнику.
Но если Хэ Гуань ухватится за все три…
Лоу Дунцан никогда не отпустит его.
Натурал, говоришь?
Мы это изменим.
http://bllate.org/book/13162/1169486
