Игём нахмурился. В его глазах читалась явная неохота принимать предложение Сугёма. Хотя Сугём раньше ненавидел их связь, но и для Игёма она не могла быть приятной.
Однако ничего не поделаешь. В конце года у Gayo Daejeon было гораздо больше зрителей, чем у других программ, поэтому они не могли просто так взять и провалить все.
Другими словами, если они хотели привлечь наибольшее внимание, им нужно было начать с Чхонгечхона.
— Давай просто сделаем это, хорошо? Хореография не изменится, только наши движения станут немного интимнее.
— Хорошо… — нерешительно согласился Игём.
Хоть он по-прежнему казался не слишком воодушевленным этой идеей, Сугём почувствовал облегчение, услышав положительный ответ.
— Тогда давайте потренируемся! Пойдем.
— Хён, ты уверен, что с тобой все в порядке? Мне кажется, ты очень сильно упал. Может, тебе все-таки стоит поехать в больницу?
— Я действительно в порядке. Спасибо за заботу.
Видя, как беспокоится Хансоль, Сугём тепло улыбнулся ему.
То, что он сказал, не было ложью. Все вокруг говорили, что он сильно упал, но парень чувствовал себя настолько хорошо, как будто никакого падения и не было.
Он вспомнил, как упал с лестницы, но это, казалось, не имело никакого отношения к его нынешней реальности, поэтому он решил не обращать на это внимания.
Сейчас его состояние действительно было превосходным. Его тело не только было в полном порядке, но еще и стало как будто более энергичным, словно он обрел новое тело.
Хотя, если подумать, он ведь стал на пять лет моложе, так что, наверное, так он и должен был себя чувствовать.
— Давайте, всем приготовиться! — энергично крикнул Сугём, включая на ноутбуке песню, которая была запланирована для Gayo Daejeon.
Несмотря на то, что у остальных участников все еще были обеспокоенные лица, когда зазвучала песня, они сразу же переключились на репетицию и начали заранее подготовленную хореографию.
Сугём быстро нашел свое место среди участников после того, как включил музыку.
К счастью, его тело отлично помнило хореографию, в его движениях не было никакой неловкости, даже несмотря на то, что прошло целых пять лет.
* * *
Вшу-ух…
Холодный ветер с резким звуком подул в сторону зоны ожидания. Сотрудники U-PITE, находившиеся наготове внутри, даже вскрикнули от неожиданности.
Сугём, чье тело было укутано в розовое одеяло, беспомощно дрожал от холода.
— Тэвон-хён, пожалуйста, проверь, не отвалился ли у меня нос, — игриво сказал Сугём, обращаясь к Тэвону, сидящему рядом с ним.
Они всегда были близки. Игривые шутки с Тэвоном, который заботился о нем, как о родном брате, были его единственной радостью, когда он еще был стажером.
— Ха, у тебя вообще, похоже, никакого носа уже нет.
— А, ты прав!
Сугём разразился смехом и потрепал Тэвона по плечу. Ему нравилось, что они опять могут вести себя друг с другом так естественно, могут шутить и смеяться, как раньше.
Однако смех быстро стих из-за очередного порыва ветра, который, казалось, и правда сейчас сдует его нос, как сказал Тэвон.
Сугём приложил к своему несчастному носу грелку, надеясь, что это поможет, ведь он уже перестал ощущать кончик носа от этого пронизывающего холода.
Сцена, на которой будут выступать U-PITE, находилась на открытом воздухе, где температура воздуха сейчас была близка к минус двадцати градусам по Цельсию.
Во время репетиций это было терпимо, потому что солнце еще светило, но Gayo Daejeon началось вечером, когда солнце уже село. В результате холод ощущался намного сильнее, чем днем.
Естественно, на площадке были установлены палатки и большие обогреватели, но погода была настолько холодной, что этого не хватало.
В прошлом он бы проклял организаторов, решивших устроить сцену на открытом воздухе в такую погоду. Однако сейчас для него было важным только то, что он собирался снова выйти на сцену спустя пять лет.
— Вау, это действительно здорово.
— Как ты можешь говорить, что здесь хорошо, когда тут такой холод? — удивленно спросил Тэвон.
Ведь Сугём всегда терпеть не мог холод. Он был настолько чувствителен к нему, что даже в слегка прохладные дни готов был укутаться с головы до ног. Поэтому Тэвон и удивился, ведь пребывание здесь по ощущениям ничем не отличалось от нахождения в морозильной камере.
Но, несмотря ни на что, сейчас Сугём был по-настоящему счастлив.
Он думал, что для таких неудачников, как он, выход на сцену — это всего лишь далекое воспоминание. Но теперь ему был дан еще один шанс. И рядом был Тэвон, с которым он был очень близок.
При одной только мысли об этом сердце Сугёма снова заколотилось быстрее. Он не знал, как могло произойти такое чудо. Ему, считавшему, что все давным-давно кончено, такая незаслуженная возможность все еще казалась сном.
— Это здорово. Возможность выступить на сцене в конце года. Я очень, очень хотел выступить на сцене с хёном.
— Эй, почему у меня мурашки по коже? Не придуривайся. У меня уже мурашки от холода.
Тэвон преувеличенно сильно шлепнул Сугёма по руке.
Его реакция была понятна. Сугём с самого начала был таким человеком, который редко говорит что-то подобное. Сказать «спасибо», «прости» и уж тем более «я люблю тебя» было слишком сложно для него.
http://bllate.org/book/13153/1167623
