Получив от Ло Линьюаня звонок, Фан Сяо мигом примчался к двери, по пути попросив маму что-нибудь приготовить. Потому что, судя по всему, Ло Линьюань до сих пор ходил голодный.
Кто бы мог подумать, что его друг когда-нибудь так внезапно наведается к нему, да еще и в таком ужасном состоянии.
Обычно аккуратный и чистоплотный, теперь Ло Линьюань был весь в пыли и собственной крови. В руке он сжимал недоеденную булочку с красной фасолью. Половина лица парня опухла, а глаза покраснели, будто он плакал несколько часов подряд не переставая.
Фан Сяо ничего не спросил и никак не прокомментировал, только провел его за собой в дом. Решив, что сейчас его матери лучше не видеть Ло Линьюаня, он попросил кого-нибудь сбегать наверх, а сам отправился на кухню, намыл тарелку черешни и вернулся к другу с ягодами в одной руке и аптечкой в другой.
Молча сидевший на ковре Ло Линьюань явно пребывал в прострации. Фан Сяо сунул ему под нос тарелку черешни, легким движением руки заставив спелые сочные ягоды перекатиться по белоснежной поверхности, однако в Ло Линьюане не проснулся ни голод, ни желание говорить.
Фан Сяо убрал ягоду на стол. Порывшись в аптечке, он встал за Ло Линьюанем.
— Ты весь в грязи, сходи в душ, — после собственных слов Фан Сяо не смог не поразиться. Не думал он, что когда-нибудь доведется назвать Ло Линьюаня грязным.
Ло Линьюань вытер лицо тыльной стороной ладони и тихо встал.
— Не забудь потом купить новый ковер. Этот уже не отстирается.
Фан Сяо промолчал, подумав: «Твоя жизнь катится в тартарары, а ты все еще думаешь о чистоте?»
Когда Ло Линьюань принял душ и переоделся в чистую одежду, предоставленную Фан Сяо, тот как раз убрал ковер и принес ему коробочку молока.
Ло Линьюань был не очень голоден и просто покачал головой.
— Выпей побольше, — посоветовал Фан Сяо. — Потому что сейчас будем обрабатывать твои раны, и это будет больно.
Хоть Ло Линьюань и не понял, как связано молоко и обработка ран, он все же послушно взял коробочку. А потом, сжав зубы, постарался мужественно перетерпеть боль.
Он вдруг вздрогнул:
— Где моя булочка?
— Ты ее доедать собрался? Я просто подумал, что ты ее больше не захочешь, вот и выкинул.
Ло Линьюань лихорадочно подскочил с места и испуганно огляделся по сторонам. Фан Сяо не оставалось иного выбора, кроме как схватить его за ноги в попытке остановить.
— Ты чего? Это всего лишь булочка! Разве она вся не извалялась в пыли? Ты бы от нее только несварение заработал!
В то же мгновение Ло Линьюань резко застыл и полностью затих.
Фан Сяо это даже испугало:
— Что такое? Что-то случилось с учителем Юем?
— Он будет в порядке, — покачал головой Ло Линьюань. И после небольшой паузы добавил: — Ты прав. Эта булочка была вся в грязи и стала непригодна для употребления в пищу. Ты правильно сделал, что выбросил ее.
В ту ночь Фан Сяо оставил Ло Линьюаня у себя. Ему не спалось. Когда он в очередной раз проснулся посреди ночи, то обнаружил, что Ло Линьюань стоял у окна, завернувшись в маленькое одеяло.
— Ты почему не спишь? — хриплым спросонья голосом поинтересовался Фан Сяо.
— Мне нужно одеяло, — мягко ответил Ло Линьюань.
— А на плечах у тебя что?
— Это другое.
Фан Сяо хотел было включить свет, но Ло Линьюань его остановил:
— Не стоит. Спи дальше. Мне просто нужно подумать в тишине.
Ло Линьюань размышлял над всем произошедшим, только чтобы внезапно понять, что он больше не мог спать сам по себе. Ему было хорошо под одним одеялом с Юй Ханем.
Обнимать Юй Ханя гораздо приятнее, чем одеяло.
В этот момент Ло Линьюань почувствовал уже привычную боль в сердце. Однако от неприятного жжения в глазах он не мог даже заплакать, отчего становилось лишь хуже.
Как бы Ло Линьюань ни любил булочки с красной фасолью, он больше не мог их есть. Он любил Юй Ханя до безумия, поэтому не мог держать его рядом с собой. Он не хотел, чтобы они пожалели об этом в будущем.
Расскажи Ло Линьюань о своих мыслях Юй Ханю, исход стал бы очевиден. Юй Хань ни за что бы не принял это подобие расставания, хоть оно и было для его собственного блага.
Юй Хань предпочитал со всем разбираться самостоятельно.
Но как бы он разобрался? Они еще слишком молоды. Неужто лучше пожертвовать семьей и бросить самих себя на произвол судьбы?
В горькую жизнь Юй Ханя Ло Линьюань не принес ничего хорошего, а только неподъемным грузом медленно утянул его на дно.
Если действительно кого-то любишь, как можно добровольно уничтожить жизнь этого человека?
Ло Линьюань надеялся, что Юй Хань оклемается, поступит в хороший вуз, сможет позаботиться о своей бабушке, прямо как…
Ведь до его появления Юй Хань тоже как-то жил.
Мрак рассеялся, и сквозь темноту и тучи в комнату мягко проникли рассветные лучи, принеся с собой едва заметную утреннюю радугу. Совсем как в то утро, когда Юй Хань выглянул из палатки и оглянулся на него с улыбкой.
Он принял решение.
Ло Линьюань взял телефон Фан Сяо, чтобы зайти в свой аккаунт в WeChat, написал прощальное сообщение и, не дожидаясь ответа, удалил Юй Ханя из контактов.
Когда Ло Линьюань тихо покинул дом Фан Сяо, на улице едва рассвело. Он подумал о тех молочных конфетах, которые оставил у Юй Ханя дома на будущее, вспомнил, что не успел закончить его портрет, и осознал, что уже не сможет провести с Юй Ханем его день рождения.
Ло Линьюань вернулся в родное поместье в девять часов утра. Однако Ло Тин даже не успел рассердиться — парень резко побледнел и потерял сознание.
Ло Тин застыл в шоке, но времени злиться на сына у него не было. Быстро набрав скорую, он отвез его в реанимацию.
К счастью, они успели как раз вовремя. Никто и подумать не мог, что у Ло Линьюаня выявят острый миокардит, и его жизнь будет зависеть от каждой потраченной секунды.
Но несмотря на то, что Ло Линьюаня успели спасти, это не означало, что дальше все будет просто. Всего за одну неделю тот несколько раз оказывался в реанимации. Его жизнь висела на волоске, и раз за разом врачи просто чудом умудрялись вытащить парня из могилы.
За все это время Ло Линьюань ни разу не проснулся.
После этой долгой недели виски Ло Тина покрылись заметной сединой. Так он стал выглядеть гораздо старше.
Линь Шу наведывалась в больницу каждый день, но она не могла находиться там подолгу. Потому что один только вид собственного сына, лежащего в кислородной маске, заставлял ее сердце сжиматься от горя.
В один момент Ло Тин не выдержал и сорвался:
— Ты что, не можешь просто нормально с ним посидеть?!
— Я похожа на врача?! — обозлилась в ответ Линь Шу. — Думаешь, он от моего присутствия мгновенно на ноги встанет?! Раз уж нашел время поссориться со мной, может, найдешь время вспомнить, кто же его избил, наорал и запер в комнате?! Да как у тебя наглости хватает орать на меня, пока твой сын в таком состоянии!
Стоявший неподалеку доктор чувствовал себя максимально неловко:
— Господин, госпожа, прошу вас, пациенту необходим покой.
Линь Шу подавила гнев и резко развернулась в сторону выхода из больницы. Приехав на машине обратно в поместье Ло, она в очередной раз увидела у ворот парня-студента.
К этому моменту Линь Шу уже узнала, что Ло Линьюань встречался с тем самым Юй Ханем, который когда-то был его репетитором. Умно, однако, он умудрился обвести своих родителей вокруг пальца.
Линь Шу изначально собиралась его игнорировать и только отдала приказ не впускать парня в дом.
К ее удивлению, Юй Хань все равно приходил каждый день. Шел ли дождь, пекло ли солнце — он каждый день подолгу стоял под его окнами и уходил только тогда, когда на город опускалась непроглядная тьма.
Линь Шу не хотела беспокоиться из-за этого, но она больше не могла терпеть. Она была ужасно зла, поэтому попросила водителя остановиться рядом с Юй Ханем и опустила окно.
— Если ты продолжишь сюда приезжать, я вызову полицию.
Уставшие, но очень выразительные глаза Юй Ханя сфокусировались на ней. Он торопливо подбежал к машине.
Парень выглядел поникшим. Его глаза впали, а губы высохли. Он был ужасно похож на сына Линь Шу, который лежал в больнице, изможденный болезнью.
— Простите, я не хотел, — извинился Юй Хань. — Я просто хотел увидеть сяо Юаня.
— А он тебя видеть не хочет! — не церемонясь, воскликнула Линь Шу. — Поэтому проваливай отсюда.
Женщина уже собиралась поднять окно автомобиля обратно, однако подоспевший Юй Хань остановил его рукой.
— Я просто хочу его увидеть, хотя бы один раз!
Его умоляющий голос лишь сильнее взбесил Линь Шу. А еще злее ее сделало понимание того, что этот парень был практически полностью виноват в нынешнем состоянии здоровья ее сына.
— И для чего, позволь спросить?! — взъярилась Линь Шу, выбравшись из машины и захлопнув за собой дверь.
— Я хочу обо всем поговорить, — отказался уступать Юй Хань.
Линь Шу перестала сдерживаться.
— Поговорить он хочет! О чем?! Тебе недостаточно было уничтожить его репутацию?! Тебя что, родители не учили соблюдать этикет и относиться ко всем с уважением?! — тут она вспомнила биографию Юй Ханя и с издевкой продолжила: — Ах да, я и забыла, что ты внебрачный сын. Откуда ж тебе знать о таких вещах?
Юй Ханя ее слова не впечатлили. Он лишь спокойно попросил:
— Я хочу увидеть сяо Юаня.
— Сколько раз мне еще повторять? Он не хочет тебя видеть. Вы не можете быть вместе.
После этих слов Линь Шу вскинула руку, готовая позвать охрану и приказать избавиться от этого человека, но ее внезапно схватили за запястье. Она была в шоке. В конце концов, Юй Хань ведь тоже был взрослым парнем, да и силой природа его не обделила. Этого было вполне достаточно, чтобы что-то с ней сделать.
Но Юй Хань больше не двинулся, только повторил:
— Я хочу увидеть сяо Юаня. — Его глаза слегка покраснели, а голос заметно охрип. — Даже если он хочет разорвать со мной все связи, он должен сказать мне это в лицо. Это банальное уважение.
Линь Шу не ожидала, что ее сын действительно попытается со всем разобраться. Получается, Юй Ханя уже бросили, но он не мог с этим смириться.
«Вот оно что…»
Женщина стряхнула руку Юй Ханя.
— Он сказал, что не хочет тебя видеть, сколько бы ты тут ни стоял, он не выйдет. Не веришь — сам попытайся. Может, если простоишь тут весь день и всю ночь, он все-таки соизволит выглянуть?
Линь Шу прошла мимо Юй Ханя и захлопнула за собой ворота. Той ночью она прикончила чуть ли не половину бутылки красного вина, чтобы справиться с эмоциями, и очень долго просидела в своей студии.
Когда за окном появились первые признаки наступающего утра, Линь Шу не сдержалась и позвонила мужчине из охраны. Как оказалось, Юй Хань до сих пор ждал у ворот резиденции.
Линь Шу сжала телефон в руке. Ей хотелось рассмеяться, но не получалось. Видимо, эта так называемая «глубокая любовь», юная и легкомысленная, была ей недоступна.
Линь Шу не спалось, так что в конце концов она покинула свою студию и направилась в комнату Ло Линьюаня.
Она подумывала собрать его одежду и отвезти в больницу. Может, так ему будет гораздо удобнее, нежели в больничном халате. Вдруг он скоро проснется и сможет спокойно жить дальше?
Линь Шу редко появлялась в комнате сына, поэтому она казалась ей очень непривычной. Внутри было полно мебели, о которой она даже не имела представления.
Выбрав несколько предметов одежды из шкафа, Линь Шу села на кровать и принялась их упаковывать, но вдруг заметила, как что-то показалось из-под подушки Ло Линьюаня.
Она потянулась к вещице. Это был помещенный в рамку рисунок спящего в теплом свете парня, и от него исходила такая приятная энергетика, что само его существование казалось чудесным сном.
В рисунке было сосредоточено столько эмоций, что он невольно заставлял смотрящего ощущать глубоко внутри себя спящее чувство любви.
Линь Шу никогда не подозревала, что у ее сына такой талант.
Она еще долго рассматривала рисунок, прежде чем наконец спрятать его. Надев тонкую куртку, женщина уже была готова покинуть поместье, когда заметила, что пошел дождь.
Линь Шу открыла зонтик и почувствовала в воздухе едва ощутимый запах приближающейся зимы. Выйдя за ворота, она вновь увидела парня, что стоял в темноте и смиренно ждал.
Линь Шу подошла к нему:
— Уходи. Он к тебе не выйдет.
Парень перевел на нее взгляд, но промолчал.
— Раз уж он решил с тобой порвать, ты сам должен понимать, что это значит.
— Я хочу услышать это лично от него, — упорствовал Юй Хань. От длительного молчания его голос звучал хрипло.
— А смысл?
Юй Хань не ответил. Должно быть, уловив едва заметную мягкость в ее голосе, он снова попросил:
— Тетушка, пожалуйста, помогите сказать ему… позвольте ему выйти ко мне. Что бы… что бы он ни думал, я хочу услышать это лично.
Линь Шу развернулась и направилась обратно домой, оставив парня у ворот. Разве что приказала охранникам передать ему зонтик и больше ни о чем не волноваться.
Проснувшись следующим утром, Линь Шу спустилась вниз и увидела своего мужа, который с недовольным лицом ел свой завтрак и диктовал дяде У приказы относительно усиления охраны.
— Чем ты уже недоволен с утра пораньше? — нахмурилась Линь Шу.
Ло Тин с силой стукнул чашкой кофе по столу.
— Этот паршивец думает, что я буду с ним считаться только потому, что он ублюдок Гуань Шофэна! Как он посмел сюда прийти?!
— И что ты ему сделаешь?
— А что я могу сделать? — фальшиво улыбнулся Ло Тин. — Раз уж убить не получится, то хотя бы изобью и вышвырну отсюда.
http://bllate.org/book/13151/1167481
