Вскоре после окончания уроков Ло Линьюаню пришло сообщение от Юй Ханя с просьбой подождать его у чайной неподалеку и не сидеть на корточках у двери. Иногда Ло Линьюань думал, что Юй Хань какой-то сверхчеловек. Иначе откуда ему было знать, что Ло Линьюань именно так его и ждал?
Из-за боязни грязи Ло Линьюань не прислонился к стене, просто сел на корточки, умостил подбородок на коленях и свернулся в клубочек, не забыв при этом подоткнуть края одежды, чтобы та не волочилась по полу.
Раз уж парень попросил, Ло Линьюань спустился к чайной и заказал два молочных чая. В кружку Юй Ханя попросил добавить поменьше сахара, а себе — побольше молока. Параллельно жуя тапиоку, он отправил Фан Сяо сообщение, в котором рассказал, что его родители уже в курсе, поэтому он сбежал из дома. Что ему теперь делать?
Фан Сяо в ответ позвонил ему и сказал, что дать однозначный ответ тут попросту невозможно. И заодно спросил, как вообще вскрылась эта нелицеприятная правда.
Ло Линьюань со вздохом пробормотал, что во всем виновато его поистине богатырское здоровье. Не стоило ему возвращаться домой с отцом, так еще и когда мать была там. Только вот Линь Шу как будто еще сильнее него переживала о том, что Ло Тин прознает. Количество проблем росло в геометрической прогрессии.
Фан Сяо спросил:
— И где ты сейчас? У тебя есть деньги? Тебе помочь?
— Нет, я только что перевел себе двадцать тысяч юаней*, этого должно хватить на месяц. Я у Юй Ханя, поживу пока с ним.
П.п.: 20.000 юаней ≈ 2.800 долларов США.
Фан Сяо вздохнул:
— Не можешь же ты всю жизнь прятаться у него дома.
— Все потихоньку образуется. Даже если мои родители разозлятся, я же все еще их сын, не забьют же они меня до смерти.
После этих слов Фан Сяо пришел к выводу, что Ло Линьюань до сих пор таил в сердце надежду. Рассчитывая на то, что его родители ничего ему не сделают, он еще осмеливался вести себя своенравно.
Поговорив с другом, Ло Линьюань убедился в своих мыслях. С утра он решил, что из-за случившегося Линь Шу теперь окончательно от него открестилась.
Поэтому парень не преминул возможностью выговориться. Глядя на злобное лицо матери, он в глубине души радовался, ведь ей было не все равно и она проявляла по отношению к нему хоть какие-то эмоции, пусть и негативные.
Какой кошмар.
Неподалеку у остановки затормозил автобус. Оттуда на солнце выбрался парень в школьной форме. Его длинная узкая тень блуждала по земле, пока тот что-то высматривал, а увидев того, кого он искал, парень улыбнулся.
Ло Линьюань замахал рукой так яростно, словно был маленьким цветным флагом и боялся, что Юй Хань его не найдет.
Юй Хань ускорил шаг и практически подбежал к нему, но теплая улыбка на его лице тут же померкла. Парень опустил голову и схватил Ло Линьюаня за запястье. Судя по голосу, он был вне себя от гнева.
— Что с твоим лицом?
Ло Линьюань же продолжал беспечно хихикать, пусть и половиной лица — другая распухла из-за пощечин. У Ло Линьюаня была очень тонкая и светлая кожа, поэтому от ударов на его лице появились разрывы кровеносных сосудов, которые выглядели довольно ужасающе.
Ло Линьюань был так рад видеть Юй Ханя, что уже и забыл об этом. Он только сейчас осознал, что его лицо сегодня еще краснее обычного.
Юй Хань не улыбался. Его лицо посерело, а брови сошлись на переносице.
— Кто это сделал?! — он был чертовски зол, и казалось, что, едва Ло Линьюань назовет имя этого человека, его уже поминай как звали.
Ло Линьюань повертел рукой, пытаясь освободиться от железной хватки Юй Ханя. Тот не отпустил, но значительно уменьшил свою силу и больше не сжимал запястье Ло Линьюаня так крепко.
У Ло Линьюаня не осталось иного выбора, кроме как свободной рукой взять молочный чай и приложить холодный стакан к чужой щеке.
— Спокойнее, вот, попей чая.
Юй Хань продолжал упрямо смотреть на него. Осознав, что его все равно не воспринимают серьезно, он раздраженно отпустил чужую руку и сделал глоток напитка. А потом тут же потащил этого нерадивого парня домой лечиться!
Ло Линьюань отчаянно вырывался:
— Я заказал нам курочки! Она еще не готова!
Он впервые за долгое время отважился попробовать что-то подобное, поборов свой страх есть в забегаловках из-за предполагаемой антисанитарии.
Разве что магазин сладостей у школы являлся для него исключением. Там всегда было чисто и очень вкусно. Это даже по телевиденью отмечали.
Только вот в нынешней ситуации, имея всего двадцать тысяч юаней за душой, Ло Линьюань не мог изо дня в день питаться доставкой из пятизвездочных ресторанов.
Ему оставалось только отказаться от роскоши и начать экономить. Первым шагом должна была стать жареная курица. Судя по фотографиям в меню, она отлично выглядела. И вкусно пахла. И масло во фритюре так интригующе шипело, что аж слюнки текли.
Юй Хань был вместе с ним и знал о его любви к покупной еде, запечатанной и продаваемой известными брендами за немаленькие цены.
То, что Ло Линьюань в один день оказался побит и решился попробовать курицу в забегаловке, заставляло Юй Ханя чувствовать себя как-то неправильно.
Ло Линьюань вернулся на свое место, и через несколько минут жареная курица была готова. Белое мясо с очень манящим запахом было посыпано перцем и выглядело соблазнительно. Ло Линьюань взял кусочек курицы и поднял на уровень глаз. А затем недоверчиво откусил немного, словно пробуя на наличие отравы.
Как же вкусно!
Парень хотел насладиться курицей, но Юй Хань все сильнее раздражался от стоявшего прямо рядом с ними кондиционера. Ло Линьюань мягко протянул:
— Э-эй, не сердись ты так. Когда ты злой, курица уже не такая вкусная. Открой рот.
Ло Линьюань поднес кусочек курицы ко рту Юй Ханя, предлагая попробовать. Но Юй Хань поджал губы и, не говоря ни слова, просто смотрел ему в глаза. Молчал как партизан.
Ло Линьюаню пришлось признать поражение. Он убрал кусок курицы, сделал глоток чая и криво улыбнулся.
— Моя мама меня ударила.
Зрачки Юй Ханя сузились, по его взгляду можно было прочитать все плескавшиеся внутри него эмоции. Ло Линьюань видел в его глазах грусть и сочувствие, равно как и неуверенность. Юй Хань хотел спросить почему, но не осмеливался. Может, боялся спросить о его печали, не желая сыпать соль на рану.
И Ло Линьюань действительно не хотел ничего говорить. В этот момент ему показалось, что из-за слишком острого перца на курице его глаза заслезились.
Отложив палочки, Ло Линьюань мягко успокоил:
— На самом деле мне не так уж и больно. А если ты меня поцелуешь, учитель Юй, то и совсем болеть не будет.
Ло Линьюань просто пошутил, пытаясь разрядить атмосферу, но глаза у него все еще горели. Они находились в людном месте и, как бы они ни были близки, целоваться на публике все же не могли. Это бы вызвало слишком много внимания.
Не говоря уже о том, что эта чайная находилась прямо под квартирой Юй Ханя. Он тут, должно быть, постоянный клиент.
Но в следующую секунду щеки Ло Линьюаня коснулся невесомый, как крыло бабочки, поцелуй. Он был настолько легким, что даже стало чуть-чуть щекотно, словно бы бабочка взмахнула крылышками и тут же вспорхнула.
— Больше не болит? — спросил Юй Хань и, подняв руку, накрыл ладонью чужие глаза, погружая в обволакивающую темноту. — Если хочешь поплакать — поплачь. Не бойся, я всегда рядом с тобой.
http://bllate.org/book/13151/1167474
