Готовый перевод Old Injury / Старая рана [❤️] [Завершено✅]: Глава 42.1 - Сегодня клиент пожаловался, что в моей выпечке мало сахара, хотя его количество всегда отмеряется по рецепту

Когда я во второй раз пришёл в храм Цинфэн, деревянная дверь, как и прежде, была распахнута. Даосский священник средних лет подметал двор, и солнечный свет пробивался сквозь густые заросли гинкго, отбрасывая блики на тёмно-синие даосские одеяния. В воздухе витал запах пыли.

— Эй, вы снова вернулись? Что, передумали и всё же хотите, чтобы я вам погадал? — едва даос увидел меня, он немедленно прекратил свои размашистые движения метлой. Держа её в одной руке, другой он пригладил свои усы и улыбнулся, словно мы давние приятели. Пыль вокруг постепенно осела.

Я зашёл во двор с сумкой в руках и встал перед ним:

— Я хочу спросить даосского мастера, есть ли у вас здесь такие услуги, как подношение табличек?

— Табличек? Это обычная процедура в буддийском храме, а в даосском этого нет.

Я в отчаянии опустил глаза:

— Прошу прощения, — я повернулся, собравшись уходить.

— Однако! — он внезапно повысил голос. — Мы можем провести додзё: благословения или спасения от смерти. Эффект будет тот же. И это не очень дорого. Один ритуал по системе «всё включено» стоит всего три тысячи юаней.

— Если я закажу додзё спасения от смерти, смогу ли я дать ребёнку хорошую судьбу после перерождения?

— Именно об этом я и толкую.

Я посмотрел на матерчатую сумку в своей руке, сжал пальцы, повернулся и передал её священнику.

— Тогда, пожалуйста, прошу вас, проведите додзё для моего ребёнка.

Даосский священник посмотрел на меня, затем на матерчатую сумку, туго перетянутую тонким шнуром, и осторожно спросил меня:

— Это?..

Я расстегнул сумку, показав горшок и его содержимое.

— Мой ребёнок, который умер, не успев родиться. Это его... прах.

— Что?!

С громким хлопком метла ударилась о землю.

Даос поспешно протянул руку и взял цветочный горшок. Он оглядел меня с ног до головы и пригласил зайти внутрь, чтобы присесть и немного поговорить.

В храме было только два полуразрушенных здания с черепичными крышами. Войдя внутрь, я увидел перед собой темноту. Потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к тусклому освещению внутри. Мебель в комнате была очень простая, и, возможно, из-за плохого освещения здесь чувствовался затхлый запах. В углу комнаты стояла односпальная кровать: одеяло было аккуратно сложено, а на простыне ни единой морщинки.

Даос Вэйцзин решительно поставил цветочный горшок на стол, пригласил меня сесть и налил мне чашку травяного чая.

— У меня здесь только это, так что выпей, — сказав это, он взял чайник, налил себе чашку и выпил её в два глотка.

Он вытер рот, сухо кашлянул и сказал:

— Не вини меня за то, что я всё это расспрашиваю, но мне нужно знать ситуацию, прежде чем я начну проводить додзё. Сколько месяцев было этому ребёнку?

Я взял в руки чашку, уставился на плавающие в ней чаинки и ответил:

— Пять месяцев.

— Когда он покинул это мир?..

— Семь лет назад.

Он назвал год и спросил, прав ли.

— Да, это тот самый год. Зимой... — я на мгновение задумался и назвал точную дату.

В ту зиму в Сянтане было очень холодно, и на моей памяти такой холодной погоды ещё не встречалось. Температура, которая каждую зиму держалась около нуля, внезапно опустилась ниже минус семи градусов, и было невероятно холодно. Когда я вышел на улицу, мне показалось, что мои кости заледенели, а кровь застыла в жилах.

Даос Вэйцзин встал, подошёл к кровати, выдвинул ящик прикроватного столика, достал старую перьевую ручку и смятый листок бумаги.

Он облизал кончик ручки и вернулся:

— Ты знаешь пол ребёнка?

— Мальчик, группа крови AB.

Он записывал всё одно за другим, спрашивая моё имя, дату рождения и другую информацию, а в конце щёлкнул крышкой ручки, перепроверил информацию на бумаге и протянул её мне:

— Посмотри, если всё верно, додзё будет организовано в соответствии с вышеизложенным. Мы живём на одной горе и являемся соседями, так что, можно сказать, у нас есть некая связь. Поэтому я сделаю скидку. С тебя две тысячи восемьсот юаней.

Я кивнул, не говоря ни слова, достал свой бумажник и заплатил наличными.

— Чудесно! Я свяжусь с тобой, как только всё будет готово, — даос взял деньги, тщательно пересчитал их, а затем свернул в рулончик и положил в карман.

Похлопав себя по груди, он снова перевёл взгляд на меня, и улыбка на его лице немного ослабла:

— Дружок, твоё лицо стало ещё хуже, чем в прошлый раз, когда ты приходил сюда. Я же говорил тебе не волноваться слишком сильно. Почему ты не слушаешься? Так ты долго не протянешь.

Я недоумённо коснулся своего лица кончиками пальцев. Не то, чтобы я в последнее время не смотрелся в зеркало. Моё лицо действительно выглядело не очень хорошо: бледно-серое и кажущееся очень измождённым, а глазные впадины словно стали ещё глубже.

— Спасибо, я буду внимательнее.

Даос Вэйцзин долго смотрел на меня, а затем покачал головой и сказал:

— Ты соглашаешься со всем очень быстро, но на самом деле не прислушиваешься к словам. Что ж, я не хотел упоминать об этих обыденных вещах из прошлого, но я действительно беспокоюсь о тебе. Позволь мне рассказать одну историю.

Он начал своё повествование на сказочный манер с «Давным-давно жил-был омега» и рассказал мне историю, полную вздохов и сожаления, грусти и нежности.

Давным-давно жил-был омега, у которого с детства была благополучная семья. Он был довольно приятным, симпатичным и умным, получал всё, что хотел и всё, что ему нравилось. В возрасте восемнадцати лет он встретил своего альфу и полюбил его. И пусть его избранник был всего лишь сыном юриста, но он влюбился в него с первого взгляда и решил провести с ним всю свою жизнь.

И что с того, что семья была против? Он был свободен, непринуждён и решителен, тем самым не оставив им места для манёвра. Не успела его семья опомниться, так пара пометила друг друга.

Так они стали неразлучны, и даже смерть не могла бы разорвать их узы. Даже если семья омеги была против, им оставалось только стиснуть зубы и смириться с этим браком.

Он провёл самые счастливые пять лет своей жизни, став партнёром своего возлюбленного и родив ему ребёнка.

— Это был самый прекрасный сон, — взгляд даоса Вэйцзина словно прошёл сквозь меня, устремившись в окно. Мужчина вздохнул. — Жаль только, что всем приходится рано или поздно проснуться...

Счастливые дни внезапно закончились на пятом году совместной жизни, когда семья омеги из трёх человек попала в крупную аварию, когда они выехали на прогулку. Их машина оказалась зажата между другими автомобилями и была изуродована до неузнаваемости. Водитель на переднем сидении скончался на месте. Семья из трёх человек сидела сзади. В момент столкновения омега подсознательно пытался защитить ребёнка, после чего потерял сознание.

— Когда он очнулся, то обнаружил, что его кто-то прикрыл. Его альфа заслонил своим телом их с ребёнком и заплатил за это собственной жизнью, — его голос постепенно становился хриплым. — Когда его доставили в больницу, врач сказал, что у него был раздроблен весь позвоночник. Он испытывал ужасную боль, когда был жив, и, должно быть, ужасно страдал.

Я следил за выражением его лица и, заметив, как покраснели его глаза, почувствовал, что что-то не так:

— Даос...

— Немного позже скончался и ребёнок. После трёх дней и ночей в реанимации спасти его так и не удалось, — он вытер глаза рукавом. — Я и есть тот самый омега.

http://bllate.org/book/13149/1167164