На протяжении всей трапезы я чувствовал себя совершенно обескураженным. Честно говоря, я был озадачен еще до начала этой ситуации, но по мере ее развития становилось только хуже.
Что здесь происходит?
Я недоверчиво наблюдал, как Люсьен и Брэд болтают без умолку. Их рты не закрывались с тех пор, как они сели на заднее сиденье моей машины. Я был потрясен тем, насколько они сблизились.
Всегда ли Люсьен был таким общительным?
Я не понимал этого, потому что со мной он всегда был спокойным и тихим. Нет, раньше он даже не разговаривал ни с кем, кроме меня. Но что происходит сейчас? Он говорит больше, чем я и даже вовлекает в разговор Брэда и Эмилио.
Но не похоже, что он меня игнорирует. Время от времени он перебрасывался со мной парой слов, чтобы убедиться, что обо мне не забыли. Другими словами, Люсьен вел разговор. Он держался так уверенно и непринужденно, что даже Брэд не устоял и игриво похлопывал Люсьена по плечу.
Это случилось, когда я невольно рассмеялся над одной из нелепых шуток Брэда. Я случайно встретился взглядом с Эмилио, сидевшим рядом со мной. Как всегда, он улыбался, и его улыбка стала шире, когда он посмотрел на меня.
— Как идут тренировки в последнее время? Должно быть, нелегко, да? Будучи в предпоследнем классе, ты наверняка занят подготовкой к поступлению в универ.
— Все в порядке, у меня полно времени, — небрежно ответил я с легким беспокойством в голосе.
— Разве ты не готовишься к вступительным экзаменам? — вмешался Брэд.
Не было необходимости говорить, что у меня нет намерения поступать в университет, поэтому я неопределенно ответил:
— Я начну в следующем семестре.
— Если у тебя ничего не получится, ты будешь плакать.
Брэд усмехнулся. Он тоже учился в одиннадцатом классе, поэтому все прекрасно понимал. Эмилио, наблюдавший за происходящим со стороны, вмешался:
— У тебя есть какие-нибудь университеты на примете? Или какие-нибудь специальности, которые тебя интересуют?
— Ну, не совсем.
И снова я дал расплывчатый ответ.
— Подумай об этом, готовясь к вступительным экзаменам. У тебя до сих пор нет ничего, что тебя особенно интересовало.
Что я действительно хотел сделать прямо сейчас, так это смотреть на очаровательного Эмилио столько, сколько захочу. Если бы я мог, я бы с удовольствием обнял его хотя бы раз, но у меня нет такого права.
Ах, он такой милый.
Когда я рассеянно улыбнулся, глядя на наклоненную голову Эмилио, наши глаза встретились. Он все еще улыбался и казался каким-то рассеянным. Впервые он посмотрел на меня с такими эмоциями.
...Эмилио?
Внезапно мое сердце заколотилось, а в груди стало тесно. Эмилио смотрел на меня так, словно хотел что-то сказать, и мне казалось, что мы — единственные люди во всем мире. Если бы у меня был хотя бы один такой день, я бы с радостью продал душу дьяволу. Его улыбка полностью пленила меня. И когда мне показалось, что его улыбка и сузившиеся глаза выглядят еще более очаровательно, я невольно сглотнул слюну.
— Ой, горячо!
Внезапно острая боль распространилась по моему бедру. Я вскрикнул и быстро встал, широко раскрыв глаза от удивления, когда увидел, что одна из моих штанин окрасилась в коричневый цвет. Люсьен встал передо мной и поспешно сказал:
— Извини, Дилан. Я пролил кофе. Тебе очень больно? Ты обжегся?
Когда он судорожно схватил салфетку и начал вытирать мое бедро, я наконец пришел в себя:
— Все хорошо, Люсьен. Прекрати.
Мне удалось оттащить его, рассыпающегося в извинениях, и выдавить горькую улыбку.
— Теперь все в порядке, так что успокойся. Со мной все нормально, сядь уже.
После нескольких попыток успокоить его, Люсьен посмотрел на меня с бледным лицом, после чего неохотно сел на свое место. Я поочередно взглянул на Эмилио и Брэда, которые смотрели на меня удивленными глазами, и сказал:
— Я сейчас вернусь, мне нужно в туалет.
Я старался вести себя как можно беспечнее, покидая свое место, но как только остался один, жгучая боль вернулась. Я зашел в кабинку, стянул штаны и проверил бедро, которое теперь покраснело. Шрама не должно остаться. Я вздохнул и поправил одежду, прежде чем выйти. Я вытирал бедро влажным бумажным полотенцем, когда внезапно вошел Брэд. Заметив меня, он оглядел меня с ног до головы, прежде чем заговорить.
— Ты в порядке? Кофе был очень горячий.
— Э-э, да. Он уже остыл.
Я продолжал водить по бедру полотенцем. Брэд понаблюдал за мной и слегка прищелкнул языком, после чего расстегнул штаны перед писсуаром. Он возобновил разговор только после того, как закончил свои дела и вернулся к раковине.
— Что случилось с этим парнем?
— Что ты имеешь в виду?
Пока я выбрасывал скомканное бумажное полотенце и срывал новое, Брэд вымыл руки и ответил:
— Что-то произошло? Это не может быть из-за феромонов, верно?
— Да о чем ты говоришь? Это просто несчастный случай.
От раздражения мой тон стал более резким, но Брэд невозмутимо продолжил:
— Даже если это просто несчастный случай, он сильно изменился. Раньше он был таким мрачным, что это пугало, но теперь он такой яркий, что это почти жутко. В любом случае, он все равно жуткий, несмотря ни на что.
Я почувствовал раздражение, видя, как он высокомерно наклоняет голову. Все это время он притворялся, что близок с Люсьеном, смеялся и болтал, а теперь вернулся сюда и говорит такое? Я преградил Брэду путь к выходу из туалета рукой и брызнул на него водой.
— Упс, прости!
Брэд тихо выругался и тоже плеснул в меня водой. Я грубо вытер лицо и руки бумажным полотенцем, раздраженно пробормотав:
— Ты не можешь избавиться от этих предрассудков? В прошлый раз ты жаловался, что Люсьен нелюдимый, а теперь говоришь, что он слишком общительный?
— Это потому, что он сильно изменился, — Брэд нахмурился. — Возможно ли вообще, чтобы человек так сильно изменился всего за несколько месяцев? Конечно, он вырос, но есть парни, которые вырастают более чем на двадцать пять сантиметров за месяц. Но странно, что его личность изменилась.
— Тебе не стыдно делать такие замечания после того, как ты столько смеялся и болтал с Люсьеном?
— Я просто от природы общительный, — Брэд бесстыдно усмехнулся. — Что ж, я не против, что он стал таким. Он интереснее, чем я думал. Это потрясающе.
— Перестань смотреть на Люсьена как на диковинку, понятно?
Когда я предупредил его строгим тоном, Брэд выглядел искренне озадаченным.
— А что тут такого? Он самый настоящий альфа!
Я ушел, больше ничего не сказав. Продолжать разбираться с ним было бессмысленно. Но, свернув за угол, я резко остановился, потому что увидел Люсьена, прислонившегося к стене.
http://bllate.org/book/13147/1166857
