Холодный металл пистолета сверкнул на солнце. Это было единственное, на чем Ливон мог сосредоточиться. Казалось, что время замедлилось. Мужчина внезапно оказался слишком близко.
— Спокойной ночи, Ломоносов.
Он услышал шепот мужчины, увидел, как тот наставляет на него пистолет, а потом Михаил закричал и оттолкнул его как раз в тот момент, когда раздался оглушительный выстрел.
На мгновение воцарилась тишина. Цвета, казалось, потускнели перед глазами. Небо и земля то приближались, то удалялись. Воздух был слишком тяжелым, чтобы дышать. Он сдавливал легкие.
Ливон сделал глубокий вдох. Мир снова обрел правильные цвета, скорость и равновесие, но что-то все равно было не так. Он поискал нападавшего, но тот уже сбежал. Он не чувствовал боли или того, что в него стреляли. Но потом он увидел: Михаил лежал на полу.
Из горла Ливона вырвался ужасный крик. Он бросился к Михаилу, беспомощно размахивая руками над его бледным телом. Что он должен был делать? Как ему это исправить?
— Ты в порядке? — прохрипел Михаил, хватая сына за руку.
— Да-да, я в порядке, — быстро кивнул Ливон.
— Я просто… мне нужно вызвать скорую, хорошо? Не беспокойся, все в порядке, — Михаил медленно улыбнулся, его глаза закрылись. — Пока ты в безопасности...
Ливон заметил пятно крови на рубашке Михаила и алый след, тянущийся из-под него.
Вот тогда-то и началась паника.
— К-кто-нибудь-кто-нибудь, вызовите скорую! Кто-нибудь, пожалуйста!
Прохожие глазели на него. Он прижимал тело Михаила к груди.
— Папа! Папа!
Для всех, кто наблюдал за ним, мужчина в солнцезащитных очках, сидевший у окна кофейни, был просто мужчиной. Обычным мужчиной, наслаждавшимся прекрасным днем за своим столиком на солнышке в уютном кафе. Он напевал песню, звучавшую из динамиков в кафе, делал аккуратные глотки эспрессо и просматривал сегодняшнюю газету.
Он уже собирался отпить еще немного эспрессо, когда до него донесся слабый звук выстрела.
Рот Дмитрия изогнулся в довольной ухмылке.
— Попался.
***
Ливон смотрел, как капельница все пустеет и пустеет. Его внимание переходило с капельницы на Михаила, и он не мог сказать, как долго это продолжалось. Посмотреть на часы означало бы узнать, как долго Михаил лежал без сознания. В тот момент у него не было сил справиться с этим знанием.
Ливон почти ничего не помнил из того дня, кроме всепоглощающего чувства паники. Даже сейчас он почти ничего не мог делать, кроме как сидеть у постели Михаила. Все остальное было как в тумане.
Пара неистовых ударов в дверь стали единственным предупреждением перед тем, как она распахнулась.
— Господин Ломоносов!
Лео метнулся через комнату, казалось, не замечая присутствия Ливона. Только убедившись, что его боссу не грозит неминуемая смерть, он обратил взволнованный взгляд на третьего человека в комнате.
— Что, черт возьми, произошло?!
Ливон поджал губы.
— Это произошло возле музея. У мужчины было оружие...
— Кто посмел?!
В голосе Лео слышались истерические нотки. Хотя Ливон все еще пребывал в оцепенении, он решил, что лучше не упоминать, что изначально целью был он. Лео мог закончить то, что начал стрелок.
Повисла неловкая тишина, но Лео не стал настаивать, а Ливон не пытался его разговорить. Вместо этого он снова посмотрел на отца.
Своего отец.
Он изо всех сил пытался что-то понять, но никогда еще не чувствовал себя таким потерянным.
Учитывая все обстоятельства, братва отреагировала относительно быстро. Не прошло и минуты, как люди заняли посты у больничной палаты, в коридоре, на посту медсестер — везде, где могли быть люди. Они не собирались рисковать и допустить еще одну атаку.
Где-то после полуночи Михаил проснулся.
— Как ты себя чувствуешь? — слишком быстро спросил Ливон.
Михаил моргнул, медленно и непонимающе.
— Ты в больнице, — поспешил добавить он. — В тебя стреляли.
Осознав, как ужасно это звучит, Ливон замолчал. Это он виноват в том, что Михаил здесь... Затем ему в голову пришли еще более ужасные мысли: что, если Михаил попытается использовать это в своих интересах? Заставит Ливона остаться из-за чувства вины?
Должно быть, на лице Ливона отразилась какая-то тревога, потому что Михаил грустно улыбнулся ему. Ливон изо всех сил постарался ответить ему улыбкой.
— Здесь было довольно шумно, — заметил Михаил, пытаясь разрядить обстановку.
Ливон не подозревал, что отец может что-то слышать, пока он не проснулся.
— Твои люди здесь, — ответил он. — С тех пор, как они прибыли, здесь стало немного шумно.
Михаил закатил глаза.
— О, ради всего святого. Все это совершенно необязательно. В наши дни люди слишком нервные.
Ливон пристально посмотрел на него. Михаилу, казалось, хотелось, чтобы он посочувствовал, но Ливон не стал его жалеть.
— Это для твоей безопасности, — серьезно сказал он. — Они проверяют всех, даже врачей и медсестер...
Как и раньше, он остановился. На этот раз слова не звучали ужасно, просто нелепо. Почему он должен объяснять все это?
Последовало несколько секунд тишины, прежде чем Михаил заговорил:
— Может быть, я эгоист.
Ливон напрягся, не понимая, к чему все это клонится.
— Но отступать некуда, раз ты стал мужчиной. И я втянул тебя в это, — Михаил посмотрел ему в глаза. — Я хотел защитить тебя. Я думал, что защищаю. Я хотел, чтобы ты был со мной. Я втянул тебя в это — думал, что смогу уберечь от всего плохого. Теперь я вижу, что это: глупая мечта.
Михаил говорил практически шепотом.
— Каким же я был высокомерным.
Ливон сделал вдох, но не попытался ответить. Что тут можно было сказать? На них опустилась тяжелая тишина.
Их размышления прервал резкий стук в дверь. Ливон встал, чтобы посмотреть, кто это.
— У меня есть новости, — сказал Лео, как только он приоткрыл дверь. — Он проснулся?
— Да, он…
Ливон успел произнести всего пару слов, прежде чем Лео протолкался мимо. Он едва не получил рану на носу из-за чужой быстрой реакции и уже слышал, как Лео заискивает перед Михаилом.
— Боже, как хорошо, что вы очнулись, господин Ломоносов. Право, я опасался худшего, — Лео опустился на колени у кровати Михаила, но тому было не до смеха.
— Хватит, Лео, — резко сказал он. — В меня стреляли, а не расчленили.
http://bllate.org/book/13143/1166500
