Лицо Дмитрия стало серьезным.
— Цезарь, слушай… Тебе стоит выйти, пока есть возможность. Как только они раздобудут доказательства, все будет кончено. Просто прими удар и двигайся дальше. Я могу расправится со Ждановым, если он начнет тебе говнить.
Челюсть Цезаря дернулась, однако его тон остался спокойным.
— Думаешь, я боюсь кого-то вроде Жданова?
— Нет, конечно, — быстро добавил Дмитрий.
— Тогда не вмешивайся.
Дмитрий проследил, как Цезарь снова наполнил стакан водкой, продумывая свои дальнейшие действия.
— Я просто говорю, — аккуратно продолжил он, — что выручка того не стоит.
Эти слова лишь вызвали у Цезаря ухмылку.
— Чтобы поймать тигра, нужна приманка.
— Тигра? — повторил Дмитрий, склоняя голову набок.
Цезарь осушил бокал и встал.
— А, кстати, — вдруг сказал Дмитрий, решив расспросить Цезаря о его словах как-нибудь потом, — птичка нашептала кое-что интересное. По всей видимости, у старика Михаила был инсульт.
Ему не нужно было уточнять, о ком шла речь — существовал лишь один Михаил, относящийся к их интересам.
— Неудивительно, в его-то возрасте, — равнодушно ответил Цезарь.
— Они пытались держать все в тайне, но люди уже в курсе, — Дмитрий широко улыбнулся, — и какая трагедия — у Ломоносовых нет наследника. Они оба понимают, что это значит.
Цезарь победно усмехнулся.
— Россия будет моей.
— Да здравствует император.
Дмитрий поднял стакан и залпом выпил его содержимое.
Цезарь повернулся, чтобы уйти, и уже положил руку на дверную ручку, как вдруг Дмитрий окликнул его:
— Крайняя дверь справа.
Цезарь оглянулся на кузена, и тот удрученно улыбнулся.
— Уж постарайся вернуть их целыми — это мои лучшие девочки.
Цезарь исчез за дверью, не прислушиваясь к просьбе. Девушки тут же забежали обратно в комнату.
Пока те спорили, где они буду сидеть, менеджер подлетел к Дмитрию и наклонился к нему ближе:
— Десять девочек, как вы и просили.
— Отлично. А алкоголь?
— Тройная норма, — ответил тот, — и я попросил поставщика держать ухо востро всю ночь на случай, если понадобится еще.
Дмитрий кивнул.
— Убедись, что запасы в комнате не уменьшаются. Этот ублюдок и рыбу перепьет.
Перепалка из-за рассадки завершилась тем, что рядом с Дмитрием заняла место сексуальная блондинка, которую он окинул беглым взглядом и одобрительной улыбкой.
Не желая отставать, другая девушка уселась напротив и попыталась привлечь его внимание разговором.
— Но Митя, ему правда нужно десять девочек? На одну-то ночь?
Девушка, очевидно, была настроена скептически, что вызвало у Дмитрия смешок.
— Поверь, красотка. Я знаю, он кажется слишком скованным, чтобы наслаждаться собой, но если он дает волю чувствам, то становится чокнутым. Мы решили как-то повеселиться вместе…
Он допил содержимое своего стакана и, как только его снова наполнили, продолжил:
— Пять девочек. Мы вдвоем. Знаешь, что было на следующий день?
Девушки уставились на него с широко раскрытыми глазами, качая головами.
— Троих из них пришлось везти в больницу. Он превращается в зверя, когда трахается.
Девушки в унисон шумно вздохнули и испуганно переглянулись.
Дмитрий снова отпил.
— Он всегда напивается до потери сознания, когда занимается сексом. Знаете, почему?
На этот раз он не стал дожидаться ответа и тут же продолжил:
— Он останавливается только когда слишком пьяный, чтобы у него стоял. В противном случае его невозможно удовлетворить.
В комнате повисла гробовая тишина, которую нарушил мрачный смешок Дмитрия.
— Посмотрим, со сколькими он сегодня справится.
***
Неприятный холодок последних недель наконец спал.
Ливон проснулся, как обычно, но некоторое время лежал в кровати и затем не спеша принялся вставать, наслаждаясь теплым утром. Он решил, что может себя это позволить, учитывая его планы на день. Никаких клиентов и боссов мафии — только поездка на электричке в тихий городок.
Может, именно сегодня он найдет то, что искал.
Стоя у главного входа в кафе госпожи Иваны, Ливон рассеянно посмотрел на накарябанный на бумажке адрес, мысленно говоря себе не завышать надежды раньше времени. Тем не менее, какая-то маленькая часть его сердца отказывалась слушать и трепетала в предвкушении.
— Увидимся вечером, — улыбнулся Ливон Иване и ушел.
По пути на станцию, Ливону пришлось остановиться и посмеяться над собой. Он продолжал восхищаться тем, какая «хорошая» была сегодня погода, но затем вспомнил свой приезд в Россию и мысли о том, что он умрет от переохлаждения в день хоть на градус холоднее этого. Он действительно привык к жизни в этой незнакомой земле.
Ну, наверное, дело было в том, что прошло уже семь лет…
— Ливон, милый, сделаешь это для меня?
Его разум невольно напомнил ему о матери. Мягкая рука, гладящая его щеку, такая хрупкая и слабая, и пара подавленных глаз.
Протяжно выдохнув, Ливон еще немного постоял, собираясь с мыслями. Он сделает это ради нее. Он должен. Вернув себе решимость, он продолжил передвигать ноги.
Учитывая внушительные размеры России, передвижение из одного крупного населенного пункта в другой могло быть долгим. Для Ливона поездка на электричке уже казалась вечной, со своим дребезжанием и дерганьем на путях. Тем не менее, он продолжал пыхтеть и ехать, и, наконец достигнув конечной станции, Ливон вышел из вагона в маленьком городке.
http://bllate.org/book/13143/1166423
