С единственной мыслью побыстрее закончить дело Тхэхва последовал за Чхве на место. Наёмники рядом тоже вели себя тише обычного, вероятно, из-за строгого предупреждения. В какой-то момент их фургон начал преследовать вереницу спортивных седанов, выстроившихся в цепочку. Когда цель перестроилась на внешнюю полосу, а вокруг стало меньше машин, фургон рванул вперёд и перекрыл путь головной машине.
— Вперёд, вперёд!
По команде Чхве дверь распахнулась. Бандиты, вооружённые всяким инструментом, высыпали из фургона. Тхэхва быстро присоединился к ним, натягивая кожаные перчатки.
Ставки в этой работе за 1,5 миллиона вон были высоки.
Чхве не зря предупреждал: если большинство бандитов были посредственностями, то наёмники из Яньбяни или Тяньбяни (или как там) оказались другого уровня. Они мастерски владели янагиба* и действительно использовали их. Движения наёмников были такими быстрыми и точными, что даже Тхэхва поначалу только и успевал уворачиваться.
П. п.: Янагиба — традиционный японский нож, используется для приготовления суши.
Справиться с несколькими такими нападавшими сразу было чертовски сложно. В какой-то момент нож рассёк парню плечо. Лезвие прорезало одежду и кожу, вызвав сильное кровотечение. Боль была адской.
Тхэхва разозлился и изменил стратегию. Вместо уклонений он начал атаковать без разбора. Тхэхва схватил бандита, который осмелился его ранить, за воротник и избил до полусмерти. Он даже взял инструмент, которым обычно не пользовался, чтобы расправиться с остальными наёмниками.
Миссия была провалена, главная цель сбежала. Но не совсем: они разгромили подручных. По крайней мере, Тхэхва отработал свой аванс.
Однако парень получил больше травм, чем когда-либо. Глубокий порез на плече требовал наложения швов. Но по сравнению с другими бандитами Тхэхва отделался легко — его конечности и пальцы всё ещё были при нём.
По пути домой Тхэхва заехал в больницу. Это была частная клиника, которую когда-то порекомендовал Пак. Врач, похоже, привыкший иметь дело с бандитами, даже не удивился его ране. Доктор не стал спрашивать личных данных, что было очень удобно.
Владелец спортзала, увидев рану на плече Тхэхва, взорвался от гнева. Мужчина кричал: «Как спортсмен мог так травмироваться перед соревнованиями? Да ещё плечо!»
Слишком уставший, чтобы отвечать, Тхэхва просто швырнул ему дневной заработок, зашёл в каморку и рухнул на пол.
Видимо, из-за того, что напряжение наконец отпустило, по всему телу разлилась жгучая боль.
— Бляя...
Охваченный невероятной усталостью, которой давно не чувствовал, Тхэхва закрыл глаза.
Перед ним сразу же возник образ Чхонхёна — воплощения всего прекрасного в этом мире. Тхэхва видел юношу так ясно, будто тот стоял перед ним. Странно, но настроение и боль, заполонившая тело, будто слегка отступили.
И тут Тхэхва подумал: возможно, Мун Чхонхён — самое эффективное лекарство для него в мире.
***
Плохо себя чувствуя, Тхэхва впервые за долгое время проспал. Прогуляв первый урок, он явился ко второму, где его встретил взгляд классного руководителя:
— Ты хоть понимаешь, который час? Почему только сейчас приполз?
Буркнув невнятные извинения, Тхэхва сел за парту и тут же положил голову на стол, сразу засыпая. Учитель был в шоке, но будить его не стал. Даже если бы Тхэхва не спал, он всё равно бы не слушал. Он и так приходил в школу не учиться, а отсыпаться.
Утро было душным, а к обеду начался сильный дождь. Казалось, он будет лить весь день.
Тхэхва никак не мог прийти в себя. Тело было необычно вялым, и он не понимал, почему не может его контролировать. Влажная погода только ухудшала состояние.
К концу вечерних занятий мысли наконец прояснились... Выйдя из класса до звонка, Тхэхва заколебался: идти сразу в зал или, как обычно, провожать Чхонхёна.
Недолго думая, парень выбрал второе. Лучше всё-таки пойти с Чхонхёном, что бы ни случилось. Тхэхва беспокоился за его безопасность, но больше всего хотел увидеть юношу.
Было 8:50 вечера, дождь всё ещё лил. Из-за тяжёлых туч казалось, что ночь наступила раньше.
Как только прозвенел звонок, вокруг поднялся шум. Парни, наконец-то свободные, толпами высыпали из здания. Среди них был и Чхонхён.
Увидев Тхэхву, как всегда, его ждущего, Чхонхён слегка нахмурился. В следующий момент его и так большие глаза расширились ещё больше — вероятно, из-за ран на лице Тхэхвы.
Только сейчас осознав, как выглядит, Тхэхва цыкнул. Теперь парень понимал: с разбитыми губами и порезанным лбом он выглядел как после драки. Видимо, поэтому классный руководитель сегодня смотрел на него ещё строже.
Раненое лицо привлекало внимание не только Чхонхёна. Хотя на остальных ему было плевать, мысль, что Чхонхён видит его в таком виде, наполняла его чем-то вроде стыда. Раздражённый, Тхэхва рявкнул на окружающих:
— Чего уставились, мудаки? Займитесь своим делом.
Шум мгновенно стих, будто на огонь плеснули холодной водой. Никто не посмел огрызнуться на дерзкого второгодника, все поспешно отворачивались.
Только Чхонхён сохранял спокойствие.
Тхэхва развернулся и пошёл первым. Обычно он следовал за Чхонхёном, но сейчас вёл. Хотя все его чувства были прикованы к тому, кто шёл сзади.
Обратная дорога была заполнена учениками с зонтами. На остановке было то же самое. Только беспечные вроде Тхэхвы стояли под дождём.
Найдя относительно тихое место, Тхэхва вытер лицо ладонью. И в этот момент...
Тук.
Что-то легко коснулось его плеча. Парень обернулся и дёрнулся. Это была рука Чхонхёна.
Ошеломлённый, Тхэхва моргнул, а Чхонхён сказал своим чётким голосом:
— Подожди здесь немного.
И прошёл мимо, скрывшись из виду.
***
Тхэхва стоял как громом поражённый.
— Держи.
Чхонхён вернулся и протянул белый пластиковый пакет.
Тхэхва опустил взгляд.
«Круглосуточная аптека „Новая деревня“», — гласила надпись.
— Бери, — потряс пакетом Чхонхён, видя, что Тхэхва просто смотрит.
Тхэхва машинально взял пакет и заглянул внутрь: обезболивающее, мазь, бинты, пластыри. Всё, что ему было нужно в тот момент.
Но почему?
Вместо благодарности Тхэхва ощущал, будто всё это было совершенно неожиданно.
Заметив вопрос, застывший на лице Тхэхвы, Чхонхён добавил запоздалое объяснение:
— Я даю тебе это, потому что мне неприятно видеть твои раны. В любом случае, даже если я скажу тебе убираться с глаз долой, ты всё равно не послушаешься.
Правда.
Тхэхва сразу признал это.
Неважно, какими были намерения, он был благодарен. И... слегка изумлён. Тхэхва подумал, что должен хотя бы сказать «спасибо», но заколебался. Он не мог понять, как это сделать. Странно, но так было не только сейчас — с Чхонхёном он вообще никогда не мог говорить чётко.
Последовала неловкая пауза. Хотя между ними никогда не было особо дружеской атмосферы, эта неловкость явно отличалась от прежних случаев. Чхонхён, похоже, чувствовал то же самое.
И всё же, как ни удивительно, Тхэхве эта неловкость не казалась неприятной. Напротив, она ощущалась как что-то хорошее.
Первым молчание прервал Чхонхён.
— Не ходи за мной. Я беру такси.
Без тени прощания, равнодушно бросив эти слова, он без колебаний повернулся спиной. И в этот момент Тхэхва вдруг импульсивно выпалил:
— Я голоден.
Неожиданная реплика заставила Чхонхёна остановиться.
— Что? — спросил он, резко оборачиваясь.
Пытаясь скрыть неловкость, Тхэхва уставился на вывеску аптеки, будто внутри помещения был скрыт ответ на все вопросы.
— Я голоден. Целый день не ел, потому что болел. Давай сначала перекусим.
Неудивительно, что Чхонхён выглядел озадаченным.
— Ты хочешь сказать... чтобы я купил тебе ужин?
— Ха, ни за что. Думаешь, я настолько без денег? У меня есть. Угощаю, просто пойдём со мной.
— Я не голоден. Иди один.
— Ненавижу есть в одиночку.
Это была ложь. На самом деле он предпочитал есть один, особенно после того, как однажды увидел, как слюна владельца спортзала плюхнулась в общий котелок с рамёном.
— Если правда не хочешь есть, просто посиди со мной. Разве это сложно?
Чхонхён мог бы просто проигнорировать его и уйти. Тхэхва не смог бы его остановить. В конце концов, он с самого момента своей импульсивной реплики ожидал отказа.
Но затем…
— Куда идём?
Произошло неожиданное.
С трудом сдерживая расплывающуюся по лицу улыбку, Тхэхва шмыгнул носом. Затем огляделся. К счастью, рядом со школой было много вариантов. Он указал на ближайшее из ещё открытых заведений.
В закусочной было скромное меню: токпокки, рамён и кимбап. Всего три блюда.
Поскольку он и правда был слегка голоден, Тхэхва сразу после того, как сел, заказал по три порции каждого. Чхонхён попытался его остановить.
— Я много не съем.
— Конечно, как скажешь.
— Я имел в виду, что ты заказал слишком много.
— О чём ты? Мой заказ просто скромный.
Тхэхва заказал по три порции, потому что следил за весом перед предстоящим боем. Если бы не это, он бы взял минимум по пять.
Поскольку это было место для быстрых перекусов, еду подали почти сразу. Ещё даже не успев откусить, Чхонхён выглядел так, будто был ошеломлён количеством еды перед ним. Тхэхва не понимал — как ни посмотри, порции казались далеко не достаточными, даже скромными.
Со взаимным ощущением, что друг друга не понимают, они начали есть. Различались не только объёмы, но и скорость. Пока Тхэхва опустошал миску рамена, Чхонхён едва справлялся с третьим куском кимбапа. Тем не менее именно Чхонхён первым отложил палочки.
Юноша уставился на Кан Тхэхву, который поглощал всю гору еды, будто доказывая свою правоту, с любопытством. Для парней их возраста хороший аппетит был делом обычным, да и сам Чхонхён не был малоежкой. Но Тхэхва и правда выделялся.
http://bllate.org/book/13138/1165551
