Расстояние от университета до дома около 1,8 километра. На велосипеде — восемь минут. Средняя скорость пешехода — 4 км/ч, значит, пешком — двадцать семь минут.
— Смотрите «АПЛ» или «НБА»?
— Никакие лиги не слежу. Вообще спорт не смотрю.
И всё же, зная заранее, что он так ответит, Сану неспешно катил велосипед рядом с Джэёном. Эта прогулка, пожалуй, вошла в число самых неэффективных действий в его жизни, но он сам предложил идти пешком, так что отступать было поздно.
— Удивительно. Тело-то явно тренированное.
— Смотреть и делать — разные вещи. Чтобы долго сидеть за столом, нужен хотя бы базовый уровень физической подготовки.
Они обменивались абсолютно бессмысленными фразами и при этом настроение не портилось, а, наоборот, оставалось лёгким. Сану впервые за долгое время вглядывался в улицу, мимо которой ежедневно проезжал на велосипеде — замечал вывески, которых раньше не видел, считал фонари. Ночной воздух был тёплым, влажным, и даже пот под лямками рюкзака не портил ощущения покоя.
— Мне нравится и то и другое. Как-нибудь сыграем в баскетбол?
— Только не в рабочее время.
Джэён замолчал на некоторое время. Сану посмотрел на него как-то бесстрастно, спокойно, а затем перевёл взгляд вперёд. Улица, залитая оранжевым светом фонарей. Даже понимая, что цель уже близко, он с лёгкой грустью чувствовал, как сокращается оставшееся расстояние.
— Мы уже почти пришли.
— Да, похоже.
Сану взглянул на часы: прошло целых сорок девять минут. На двадцать два больше расчётных. Значит, шли в полтора раза медленнее обычного.
У самого переулка, где начиналось здание с однокомнатной квартирой Сану, Джэён остановился. Шаги Сану стали ещё медленнее. Он поставил велосипед на стоянку, аккуратно, почти театрально медленно навесил замок. И всё закончилось почти мгновенно. Оставалось лишь войти внутрь, но он обернулся.
Джэён всё ещё стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на него. Ни шёпота в ухо, ни притворства, что спит — просто тишина. И всё же от одного взгляда на него, в этом приглушённом свете фонарей, захотелось подойти ближе, будто весь день они и не были рядом.
С Джэёном Сану часто ощущал внутренний дискомфорт: сердце билось слишком часто, кровь слишком горячо разливалась по жилам — и всё это было в тягость. Но в эту минуту дискомфорт обрушился на него с невиданной силой.
«Терпение у тебя просто за гранью».
Чу Сану — человек рациональный до мозга костей. Его мир двадцать пять лет подряд управлялся диктатурой разума. Но в последнее время подавленные, некогда безвредные всплески влечения, упрятанные вглубь, начали поднимать мятеж. Чем сильнее Сану пытался их подавить, тем упорнее они росли, набирая силу и заставляя его терять покой.
Взгляд Сану жадно скользил по силуэту Джэёна — высокому, окутанному оранжевым светом, неотрывно притягательному. Просто стоящий человек, и от того, что он слишком далеко, возникало острое, почти физическое желание приблизиться. Нелогичное, иррациональное, но неоспоримое.
Контроль утерян.
Все попытки сопротивляться скрытым провокациям Джэёна в последнее время были тщетны. Подавленное напряжение накапливалось и, как только перешагнуло порог, расстояние между ними стало невыносимым. Ноги двинулись сами.
Сану медленно приблизился. Разум всё ещё пытался выдать оправдание, но находил лишь одно: «Больше не могу. Лучше быть дикарём». Флаг импульса уже развевался над его внутренней крепостью.
— Джэён-сонбэ… Я… — он остановился вплотную. Джэён смотрел на него прямо, не шевелясь. — Есть кое-что, что я очень хочу сделать уже несколько дней.
Серьёзный, лишённый намёка на шутку взгляд Джэёна заставил Сану напрячься. Он уже открыл рот, чтобы продолжить, как вдруг Джэён сказал:
— Понял.
— Можно?
— Конечно. Делай.
Сану кивнул и сделал ещё один шаг вперёд. Разрешение получено, колебаться больше не стоило. Он сам, осознанно, на трезвую голову двинулся к Джэёну. Глядя в тёплые карие глаза, отражающие оранжевый свет, он протянул руки к его лицу, притянул его ближе и в тот же миг Джэён отступил в тень переулка, заслонив ладонью губы Сану.
— В этот раз мягко. Медленно. Осознанно. Сможешь?
Хотелось сбросить эту руку одним резким движением, но в голосе Джэёна звучала такая искренность, что Сану лишь кивнул. И тогда пальцы медленно отстранились от его губ.
Сану, впитывая каждое слово, прижал Джэёна к стене. Поднявшись на цыпочки, он жадно поцеловал его. Козырёк кепки ударил Джэёна по лбу, отлетев назад. Сану с удовольствием вдыхал смесь ванили, табака и неповторимого запаха Джэёна. Когда он высунул язык, почувствовал, как рука на его спине замерла.
«Черт, надо быть мягче», — мелькнула мысль.
Он зажмурился, но совершенно не знал, как это сделать. Никогда прежде он не испытывал такого острого желания поцелуя.
— Дыши носом, — прозвучал тихий второй совет.
Когда он послушался, Джэён мягко оттолкнул его. Его губы, уже влажные, накрыли губы Сану и потерлись. Он лизнул, затем обхватил верхнюю губу Сану и медленно засосал.
Сану хотел, чтобы тот продолжил, и потянул его за шею. Джэён обнял его за талию и щекотал язык внутри его губ. Медленно и нежно он растапливал Сану.
Язык проник между зубами. Сану пытался быть осторожным, но не смог. Их языки сплелись. Джэён обвивал язык Сану, а рукой гладил его ухо. Он провел по ушной раковине, затем по мочке, виску и затылку. Затем прошептал:
— Дыши.
Сану выдохнул сквозь нос, и в тот же миг Джэён наклонил голову, уйдя глубже, и провёл языком по корню его языка.
«Медленно. Осознанно. Каждое мгновение».
Ощущения, прежде просыпавшиеся лишь за едой, теперь вспыхнули по-другому — острым, головокружительным восторгом, заставившим Сану крепко вцепиться в шею Джэёна. Ближе. Ещё ближе. Глубже. И Джэён без сопротивления подался вперёд.
«Мягко».
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/13137/1165414
