«Он не слушает меня, но подчиняется Чунриму, даже после побоев. Может привык, или таковы их отношения?» — подумал Сурим, издав насмешливое хмыканье.
«Тот парень — настоящий псих. Но я для него — единственный в мире. Знаешь, как это захватывает?» — прежние слова Чунрима всплыли в памяти Сурима сейчас. Должно быть, это правда. Неудивительно, что брат так увлечён своей игрушкой. Теперь он понял совет Гюрима, пока повременить с вмешательством. Сейчас любой неверный шаг мог вывести Чунрима из себя, и он бы взбесился, изо всех сил защищая этого безропотного парня.
— Чёрт, растить младшего брата — неблагодарное занятие, — пробормотал Сурим, отряхивая плечо, за которое его хватали. Он по-хозяйски расселся на диване, раскинув руки на спинке и закинув ногу на ногу. Он даже не взглянул на Сонгёна, когда тот проходил мимо, потому что тот был ему неинтересен.
*Щёлк. *
Сонгён закрыл за собой дверь, проходя внутрь спальни. Только тогда Чунрим расслабился. Он провёл рукой по влажным волосам и сел на свободный диван.
— У тебя, видимо, много свободного времени, да? зачем притащился сюда? — сказал Чунрим, склонив голову в сторону Сурима. Несмотря на свирепое выражение глаз, лицо Чунрима было гладким и без шрамов, в отличие от лица самого старшего брата-близнеца. Сурим часто шутил в пьяном виде, что Чунриму стоило бы стать актёром — так сильно он выделялся лицом среди братьев.
— Ты серьёзно? собираешься таскать его с собой и завтра?
— Не лезь не в своё дело. Буду ли я возить его с собой или носить на спине.
Агрессивный тон Чунрима контрастировал с улыбающимся лицом. Сурим, не находя слов, снова поскрёб шею. Значит, он планирует взять его с собой.
— Зачем ты вообще пришёл? Говори, пока я не вышвырнул тебя, — поторопил Чунрим.
Сурим, на мгновение забывший о цели визита, глубоко вздохнул.
— А, точно… Гюрим подъедет позже. Мы думали собраться втроём, поужинать, потолковать. Я хотел узнать твоё мнение о месте, что видели сегодня. Поэтому звонил, но ты не отвечал, вот я и пришёл.
Сурим пришёл потому, что с ним связался Гюрим, но он не ожидал столкнуться с такой ситуацией в номере младшего брата.
— Сам поужинай со своим близнецом и проваливай.
Чунрим раздражённо встряхнул мокрыми волосами. Теперь он понял, зачем приходил Сурим. Гюрим, наблюдающий за его домом и магазином Сонгёна, должно быть, послал его сюда, почуяв неладное. Чунрим испытал облегчение, что взял Сонгёна с собой, а не оставил дома одного.
— Эй, следи за языком. Почему уклоняешься от встречи? Ты уже поужинал? Или это из-за него? — Сурим большим пальцем показал на дверь, даже не глядя в сторону спальни. Он вспомнил, как Гюрим упоминал ужин с ним. Если предложить взять его с собой, он, возможно, согласится.
— Если так, то почему бы не взять…
Не успел он закончить, как Чунрим резко вскочил и толкнул носком ноги брата в голень.
— Тебе пора уходить.
— Мы приехали сюда, а ты всё равно…
— Мне нужно обязательно выходить на ужин с вами? Тогда я отменю эту сделку с землёй и буду заниматься, чем хочу. Мне всё равно.
Чунрим не испытывал никакой привязанности ни к Красному особняку, ни к новому курорту. Особняк был просто наследством, по воле отца перешедшим через братьев к нему. Продажа проблемного особняка, чтобы помочь братьям с бизнесом и планирование нового курорта — всё это вообще не волновало Чунрима. Он не расстроился бы, отказавшись от всего прямо сейчас.
На самом деле, теперь ему даже нравилось управлять особняком, особенно из-за старенького магазинчика №3, приютившегося в углу на первом этаже.
— …У тебя действительно нет никаких манер.
— Кто сказал тебе заботиться об этом?
Чунрим был загадкой для своих братьев. Он презирал беспорядок, но цеплялся за самого жалкого нищего. Когда Сурим только услышал, что Чунрим замешан в каких-то скандальных делах с мужчиной, то подумал, что это просто период, который нужно перетерпеть, пока тот не перебесится. Но теперь он почувствовал, что это может затянуться дольше ожидаемого.
— Я завтра поеду с тобой проверить участок, — Сурим, закончив говорить то, что хотел сказать, встал, собираясь уходить.
Не было никакого смысла оставаться дольше, рискуя, что Чунрим сорвётся и устроит проблемы, разбираться с которыми, несомненно, пришлось бы опять ему.
* * *
Внезапно дверь, которая была закрыта, распахнулась. Сонгён сидел тихо на краю кровати. Растрёпанный халат и волосы теперь были аккуратно приведены в порядок. Чунрим схватил его за худую челюсть и притянул к себе. Одна сторона его бледного лица уже порядком распухла, а губы, испачканные кровью и слюной, стали поразительно красными. Его покрасневшие глаза всегда умудрялись раздражать Чунрима. Несмотря на низко склонённую голову, тёмные глаза всё ещё были прикованы к двери, ожидая, когда в неё войдут. Чунрим почувствовал, как снова нарастает раздражение.
— Куда ты пялишься?
Сонгён медленно перевёл взгляд прямо на него. Его щёки покраснели, вероятно, от пребывания в комнате с выключенным кондиционером, а волосы всё ещё были влажными. Несмотря на туго затянутый пояс, ворот халата сполз, обнажая ключицы. Чунрим стиснул зубы. Он был в ярости, что Сонгён ослушался его приказа и открыл дверь в таком развратном виде.
— Ты думал, я привёз тебя сюда покататься?
Хватка Чунрима на щеке Сонгёна усилилась, заставляя его челюсти разомкнуться. Рот Сонгёна выглядел сейчас красным, липким и горячим. Чунрим медленно сглотнул и его кадык дёрнулся вверх-вниз.
— Ты — моя собственность! Ты мой! Кто разрешил тебе самовольничать?
— «…»
— Что ты сделал бы, если бы я не вышел? Планировал соблазнить Сурима и переспать с ним?
Такие мысли никогда не приходили в голову Сонгёну. Если бы таков был его умысел, он бы с самого начала преследовал в особняке близнецов. Он хотел покачать головой в отрицании, но хватка Чунрима была слишком сильной, чтобы он мог хоть капельку дёрнуться.
— Признавайся. О чём ты думал, когда смотрел на моего брата? Почему ты смотрел на него так, снизу вверх?
Голос Чунрима был жёстким, он требовал ответов, словно пытаясь подавить собственную неуверенность. Пока он продолжал настаивать, Сонгён улыбнулся. Ему не нравилось видеть Чунрима злым, но теперь, хотя тот и был зол, он чувствовал странное возбуждение. Покалывание распространилось от груди к низу живота. Кровь сочилась между губами и зубами от предыдущей пощёчины.
— …Вы с братом похожи. Наверное, тебе часто это говорят, да?
Улыбка Сонгёна делала опухлость на щеке более заметной. Чунрим сделал глубокий вдох, а жар уже неуклонно поднимался к его груди. Он чувствовал смесь раздражения и возбуждения.
— И что? Ты возбудился от вида моего брата?
С холодным, жёстким выражением, Чунрим грубо стащил халат с Сонгёна. Худые ноги Сонгёна послушно раздвинулись, обнажая полу эрегированный пенис, влажный от выступившего предэякулята.
— Чёрт…
Яростный взгляд Чунрима и ощущение на себе его горячего дыхания возбуждали Сонгёна ещё сильнее. Он выпрямил спину и бросил бесстыдный взгляд в разрез халата Чунрима. Когда Чунрим вдыхал, воротник халата натягивался, затем возвращался на место. Это движение необъяснимо усиливало возбуждение самого Сонгёна.
— Мой ответ: «хён».
— …Хён?
«Неужели он назвал Сурима «хёном»? Как долго они знакомы? Этот парень шпионил за всеми нами, притворяясь, что наблюдает только за мной?» — острые глаза Чунрима сверкали яростью, пока он требовал ответов. Видя, как Сонгён сухо сглатывает, он ощутил подъём, более интенсивный, чем любое самоудовлетворение. Его низ пульсировал от прилива крови, нагреваясь всё сильнее.
— Ты сказал мне подумать, как тебя называть… Я решил. Я буду звать тебя «хёном».
Сонгён прошептал эти слова, как будто раскрыл тайну, его запачканные кровью губы в этот момент соблазнительно двигались.
— Я буду звать тебя «хёном», — повторил он.
Вид его бледного лица, смотрящего снизу вверх с такой беззащитностью, вызвал у Чунрима прилив горячей эмоции. Он не смог сдержать смех и в конце концов расхохотался так, что затряслись плечи.
— Ты правда пытаешься мной манипулировать, да? Совсем страх потерял?
Чунрим толкнул худощавое тело на кровать и резко раздвинул полы его халата. Обнажились бледные жёлто-зелёные пятна, оставшиеся после нескольких синяков. Руки Чунрима двигались инстинктивно.
Он потёр плоскую грудь, зажимая соски между пальцами. Хотя грудь была щуплой и костлявой, ощущение твёрдых бутонов под пальцами было не таким уж плохим.
Другая рука Чунрима скользнула вниз по тонкой талии. Эрегированный пенис Сонгёна был влажен от предэякулята, его мягкая и гладкая текстура, под грубой хваткой, заставляла Чунрима невольно облизывать губы.
— Сколько ни старайся, тебе не переиграть меня.
Его большая рука переместилась от пениса к подколенной ямке Сонгёна. Сонгён, уже доведённый до края наслаждения, почувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза.
— Я не… такой бесстыжий, как ты, — Чунрим криво усмехнулся. Он приподнял ноги Сонгёна, обнажая его задний проход. Тщательно очищенное, тугое отверстие заманчиво подрагивало.
— Задери ногу, — скомандовал Чунрим.
Дрожащими руками Сонгён подтянул свою ногу за колено. Несмотря на то, что он был раскрыт и полностью обнажён, на его лице не было и намёка на смущение. Вместо этого он смотрел на Чунрима глазами, полными возбуждения.
http://bllate.org/book/13135/1165057
