Я не то чтобы испугался, скорее разозлился. Не пора ли прояснить причины, по которым он затеял этот разговор? Я постарался подготовить себя и уже было открыл рот как посторонний звук привел босса в чувство.
Послышался звук открывающейся двери и знакомый голос спросил:
— Полагаю, вы говорили о чем-то интересном.
Мы замерли и одновременно отрицательно покачали головами. Возможно потому, что я сидел, безумец показался мне выше обычного. Он медленно вошел в кабинет. Я перестал дышать, хотя, казалось бы, не сделал ничего плохого.
Он остановился возле дивана, посмотрел на нас и скривил губы в ухмылке. Его бешеный взгляд резко контрастировал с очаровательной улыбкой, от которой на щеках появлялись ямочки. На секунду показалось, что температура в комнате резко опустилась. Он поймал мой взгляд и спросил низким грудным голосом:
— Я слышал свое имя.
Вопреки своему обычному состоянию, в этот момент мой разум был абсолютно чист. Я чувствовал дискомфорт, будто был пойман с поличным.
Проблема была в том, что неудовольствие не было направлено на человека, по вине которого мы попали в такую ситуацию. Я злился на себя, потому что застыл, потому что был в напряжении. Тишины стояла такая, словно мы были в бассейне с холодной водой. На ум приходило только одно.
Этот мудак определенно не тот, кого хотелось посвящать в суть. Инстинкты снова кричали о том, что не следует ему доверять. Прямо как в тот первый раз на крыше. Но я понимал, что вновь их проигнорирую. Разница между этим и предыдущими разами в том, что сейчас на мое решение повлияли: босс, который настаивал, чтобы я с ним сблизился.
— Т-твое имя? О-о чем ты?
Самопровозглашенный гуру анализа выдал совершенно неправдоподобную версию. Было неловко смотреть на его изменившееся выражение лица. Голос его стал выше на октаву, казалось он был на грани срыва и поэтому его слова звучали неестественно.
— Ха-ха-ха. Ты чересчур беспокоишься. Мы о тебе не говорили. Как ты знаешь, ты мне безразличен. Ли Пэквон, он тебе интересен?
В ушах звенело. Безумец уставился на меня, ожидая ответа. Не в силах выдержать взгляд я обернулся и увидел улыбающееся лицо. Его взгляд будто говорил “я внимательно тебя слушаю”, от чего по спине пробежал холодок. Создавший такую ситуацию босс был убежден в исключительности своих актерских навыков. Он внимательно смотрел на меня, призывая поддержать его ложь.
— Интересен?
— Нет.
Босс вздохнул с облегчением и продолжил уже нормальным голосом.
— Видишь, мы не говорили о тебе.
Но было поздно, он выглядел так, будто единственное, о чем мы говорили был безумец. Обретя уверенность, босс поднялся с дивана и приобнял его за талию. Безумец, не сводящий с меня взгляд, ответил с ухмылкой.
— Похоже, я все неверно понял.
— Именно. Тебе послышалось, мы о тебе не говорили.
— Тогда о чем был разговор?
— А?
— О чем вы беседовали?
— А, да так, ерунда.
— Если так, то я буду рад присоединиться.
Босс растерянно повернулся ко мне. Этот жест был словно подтверждение того, что мы говорили обо мне. Безумец также посмотрел на меня, и это не оставило мне выбора. Я нехотя подтвердил.
— Мы говорили обо мне.
Не было никакой причины это скрывать, так что я ответил честно. Было бы неудобно, попытайся я соврать.
— О тебе? Теперь мне интересно.
Он все еще улыбался, но было ощущение, что в комнате становится нестерпимо душно. Будь я чуть слабее духом, выложил бы все без промедления. К счастью или нет, независимо от того, насколько силен противник, предыдущие столкновения помогли не потерять самообладание.
— Ничего, о чем ты не знал. О моем прошлом. Я рассказывал, что встречал Мёншина во времена когда работал коллектором и что хочу отомстить ему.
— Почему?
Почему? Пока я пытался понять, как ответить на его вопрос, он спросил еще раз.
— Почему ты говоришь об этом? Или бывшим головорезам свойственно говорить о прошлом?
Некоторое время я обдумывал его вопрос, я знал, что мне не удастся его избежать. Интересно, что будет, если я ударю этого ублюдка? Я взглянул на него и наткнулся на искреннюю улыбку. Было ощущение, что он со мной играет. Сам того не осознавая я поднялся с дивана, но мягкий голос разорвал напряжение.
— Что? Бэквон был бандитом?
Он оглядел меня с ног до головы.
Я хотел спросить так ли важно, что было пять лет назад, но, если бы я это сделал, но не смог бы объясниться с безумцем. Босс повернулся к нему и, видимо, чтобы ранить еще больше, спросил.
— Можешь представить? Пять лет назад Бэквон был преступником. В голове не укладывается. Он выглядит очень сдержанным и честным, так как он может быть преступником? И как долго ему пришлось быть на побегушках, как собака…
Он постоянно говорил слово «собака» и это раздражало, а я даже не мог выказать свое неудовольствие. Тем не менее он быстро отвлекся от этой темы.
— Иметь возможность покончить с жизнью бандита, который ежедневно напивался и избивал людей как паршивых собак. Мучить свою семью и друга. Осознать содеянное и провести последние 5 лет в искуплении, живя как монах…
Он шмыгнул носом и прикусил дрожащую губу. Видя это, у меня не осталось сил на то, чтобы поправить его. Хоть я и пил и дрался, но все же не каждый день. А семья и друзья не навещали меня даже по выходным.
Пока я пытался подобрать слова, босс поднялся, сказал что-то о своей аллергии на пыль и быстро вышел из кабинета. Может от так реагирует, потому что не хочет понимать ситуацию в целом? Все случилось так быстро, что я засомневался. Мы остались в кабинете вдвоем, в полной тишине. Оторвав взгляд от двери, я заговорил.
— Я не был отъявленным хулиганом.
Услышав мое оправдание, он отвел взгляд от двери и посмотрел на меня бесстрастно.
— Мне все равно.
Я: «…»
— Твое прошлое не мое дело. Босс тронут твоей историей… Он первый тебя спросил? Поскольку он не мог просто сидеть и наблюдать как ты сближаешься со мной он объяснил тебе что нужно говорить, чтобы продолжить приходить сюда. Все верно?
Было впечатление, что он все знал заранее. Я лишь слегка кивал, когда он задавал вопросы. Зачем задавать вопрос, если уже знаешь ответ? По мере поступления новых вопросов я все больше мрачнел. Хотя, если быть честным, это больше походило на проверку фактов, чем на поток вопросов.
— Итак, босс знает о твоем прошлом он, должно быть, впечатлился, и скорее всего предложил помочь.
Он снова пугающе улыбнулся.
— Это он предложил соблазнить меня?
Этот придурок что, следил за нами по камерам видеонаблюдения? Я уставился в потолок, размышляя есть ли камера в этой комнате. Больше не было сил смотреть как он забавляется, и я огрызнулся.
— Все так, это он предложил соблазнить тебя. Но не переживай, текущего уровня близости пока вполне достаточно.
Ответа не последовало, поэтому я продолжил разглядывать потолок. Я опустил глаза и увидел его ничего не выражающее лицо.
— Пока достаточно… Это потому, что твоя цель Директор Юн?
— Все так. А ты не он.
Это была именно та тема, которую я не планировал с ним обсуждать, поэтому я поспешил закончить разговор. Полагая, что будет достаточно непрямого ответа, я выпалил вопрос не подумав, но в ответ услышал лишь тишину. Мне опять стало не по себе, но вдруг он спросил.
— Ты уверен?
По какой-то причине ему совсем не понравился тот факт, что он не является моей целью. Еще не до конца понимая свои чувства, он мягко спросил:
— Я вполне могу оказаться человеком с фамилией Юн.
http://bllate.org/book/13126/1163204
