На следующее утро, когда все проснулись, они увидели Юаньши Тяньцзуня, который превратился в ребенка и, свернувшись калачиком на циновке, держал на руках белоснежный меховой шарик.
— А? — когда Байцзэ открыл глаза, прямо перед собой он обнаружил большое детское лицо. Встав и встряхнув головой, он понял, что стал меньше. Когда он поднял голову, Лаоцзюнь, Юэ Лао и Ли Цзин, трое сопляков, с улыбками смотрели на него.
— Учитель, как ты стал таким маленьким? — Лаоцзюнь наклонился, чтобы посмотреть на него.
— Я хочу обнять его, — Юэ Лао протянул руку, чтобы обнять Байцзэ.
— Я обниму! — Ли Цзин упреждающе оттолкнул Юэ Лао.
Шлеп!
Маленькая рука вытянулась и ударила Ли Цзина по тыльной стороне руки, отгоняя. Юаньши Тяньцзунь медленно встал, обнимая Байцзэ.
Все: «...»
Байцзэ стало очень стыдно, он поднял лапы и прикрыл глаза.
Нефритовая жидкость была эффективной, но нельзя было пить слишком много, Байцзэ опьянел даже будучи в своем зверином облике, а эти дети вообще не смогли бы выдержать это. Поэтому придется давать им только по одной чашке в день, постепенно увеличивая количество.
Услышав, что нефритовая жидкость эффективна, Нефритовый император прислал несколько кувшинов, усадил королеву-мать, которая не хотела идти в детский сад, и долго уговаривал ее выпить одну чашку, а перед уходом сказал Байцзэ:
— Неважно, какой метод ты придумаешь, они должны восстановиться как можно скорее. По крайней мере, они должны суметь хотя бы продержаться на фестивале персиков.
Столетний фестиваль персиков должен был состояться через два месяца. На него соберутся все бессмертные с девяти небес и десяти земель. И если они увидят, что великие боги и богини превратились в детей, может начаться полный хаос.
Фестиваль персиков...
Байцзэ посмотрел на детей во дворе и вдруг почувствовал себя бессильным. Фули связан с ним брачной нитью, через которую поглощает много эссенции солнца и луны, и ее легко накопить. Более того, его собственный контроль эссенции солнца и луны был на пике, и пока он усердно тренируется, он сможет поддерживать свою взрослую форму на фестивале персиков. А вот про других такое сказать было сложно.
До сих пор было неизвестно, сколько дневной эссенции можно было сохранить, выпивая каждый день по бокалу вина Нефритовой жидкости.
***
Лаоцзюнь пытался выдернуть капусту, недавно выросшую во дворе, и королева-мать тут же поднялась, чтобы остановить его:
— Не уничтожай овощи, Байцзэ сказал, что позже приготовит для нас капустные клецки!
— Тсс, не шуми, я возьму только одну, — оправдывался Лаоцзюнь. Оттолкнув королеву-мать, он продолжил тянуть капусту: — Я хочу попробовать новый вид эликсира, он на вкус как кислая капуста!
— Эликсир из кислой капусты... а можно ли стать взрослым, если его выпить? — подошел Юэ Лао.
— Вздор! — Ли Цзин совсем не интересовался бессмысленными играми ребят. Он решил взобраться на стену, чтобы выглянуть наружу.
Байцзэ подошел, держась за пульсирующую голову, схватил Ли Цзина, который пытался перелезть через стену и сбежать из детского сада, и бросил его перед Фули, что спокойно сидел, попросив его помочь присмотреть за негодником, после чего отобрал капусту, которую Лаоцзюнь только что вырвал:
— Хватит дурачиться, я сделаю для тебя капустные оладьи.
— Хорошо! — дети сразу повеселели и забыли о приготовлении эликсира со вкусом капусты.
Байцзэ успокоился и пошел печь оладьи, а перед уходом подмигнул Фули, попросив его позаботиться о малышах. Юаньши Тяньцзунь промолчал, ничего не ответив.
Как только Байцзэ ушел, дети сразу же начали шуметь. Ли Цзин предложил поиграть в войнушку, Лаоцзюнь — в шарики, Юэ Лао — привязать брачные нити к двум журавлям в пруду, а королева-мать — покататься на качелях. Не сумев договориться, все четверо отправились к Юаньши Тяньцзуню за решением.
Фули взглянул на этих шумных детей и сказал:
— Сыграйте в шарики, проигравшего привяжите к журавлям и побейте — одним словом, здесь были и шарики, и качели, и красная нить, и драка.
— А где же качели? — недоумевала королева-мать.
— Когда журавль полетит, привязанный к нему словно окажется на качелях! — объяснил Лаоцзюнь.
Теперь во все игры можно было играть вместе.
Все четверо почувствовали, что это немного неправильно, но не могли понять, в чем дело, поэтому без лишних слов радостно согласились. Лаоцзюнь достал горсть восточно-китайского ночного жемчуга, за которым сегодня собирался прийти император Гуань, и попросил Ли Цзина поставить на землю маленькую пагоду. Все легли неподалеку и провели на земле черту. Кто первым попадет своим шариком в пагоду, тот и победит, а тот, кто последним достигнет пагоды, тот и проиграл.
Фули не участвовал, он просто стоял в стороне, заложив свои маленькие ручки за спину, и наблюдал за игрой.
Сначала шарик Юэ Лао был дальше всех, и его далеко обогнал шарик Ли Цзина. Юэ Лао от волнения сильно вспотел, и вдруг в его голову пришла идея: он обмотал шарик красной нитью, привязал один конец к двери пагоды, а другой держал в руке, слегка отошел, натянул нить, и шарик вошел внутрь.
— Ты жульничаешь! — недовольно закричала королева-мать.
— Никто не говорил, что запрещено использовать нити, — с улыбкой оправдался Юэ Лао и хотел завязать красную нить с шариком на голове королевы-матери. Королева-мать тут же увернулась и ударила ногой по своему шарику. Шар покатился вперед и закатился в пагоду.
Все были потрясены. Королева-мать встряхнула головой, и косы, которые были заплетены красными нитями в течение двух дней, развивались в воздухе, так что она чувствовала себя очень несчастной.
Первыми выиграли те двое, которые совсем не умели играть в шарики, и теперь остались только Лаоцзюнь и Ли Цзин. Лаоцзюнь каждый день играл со всеми видами эликсира, и лучше всего разбирался в бусинах, поэтому он оставил далеко позади Ли Цзина, легко победив его.
Проигравшего Ли Цзина должен был принять наказание — быть привязанным к ногам журавля. Юэ Лао с радостью привязал его к журавлю и даже подарил ему бусину:
— Когда журавль полетит, ты сможешь поиграть!
Автору есть что сказать:
Маленький театр:
Байцзэ: Что ты делаешь?
Фули: Церемония полета Ли Цзина.
Байцзэ: Какое значение имеет это событие?
Фули: Помочь ему выйти из затруднительного положения и обрести свое истинное «я».
Байцзэ: Говори как нормальный человек.
Фули: Выбросить все лишнее из дворца Юйцин и создать для меня хорошую любовную обстановку.
Байцзэ: «...»
http://bllate.org/book/13122/1162633
