Первый розыск Янь Бая был пресечен прежде, чем он мог пройти гладко, и теперь имперское правительство прознало об этом и перекрыло свои источники информации, поэтому расследование Янь Бая было затруднено.
Генри возмущенно заговорил:
— Генерал-майор, это, очевидно, преднамеренная попытка заставить вас оставаться в строю Его Величества.
С одной стороны, заставляет людей как можно скорее найти правду, а с другой стороны, связывает им руки.
В этот момент Генри просто излил слова, которые долго хранил в своем сердце.
— Генерал-майор, с вашим статусом сейчас не ваша очередь браться за такое дело.
Цзи Чэин, как военный генерал-майор, такие уголовные дела вообще не должен был расследовать, его долгом и миссией было находиться на поле боя. Тот факт, что его перевели из столицы Империи в такое отдаленное место, как город Ноэль, для расследования регионального дела, сам по себе был понижением для Цзи Чэина.
На самом деле, многие люди даже высмеивали Цзи Чэина за это. И, как любой, кто знал подноготную, это было наказанием Его Величества для Цзи Чэина.
Как близкий друг, Генри чувствовал несправедливость по отношению к их генерал-майору с тех пор, как он приехал в город Ноэль — нет, с тех пор, как он получил приказ, но как человек, о котором идет речь, Цзи Чэин проявлял спокойствие, словно его это не касалось.
После прибытия в город Ноэль он даже вел себя очень непринужденно и был чрезвычайно заинтересован в этом деле. Честно говоря, Генри немного боялся, что генерал-майор падет духом и смирится с посредственностью.
В ответ на жалобы Генри Цзи Чэин не сделал своего обычного строгого выговора. В конце концов, это была не армия, и он не любил разговаривать официально. Он сидел на диване, его поза была небрежно расслабленной, как у отдыхающего зверя. Он сказал, приподняв бровь и улыбнувшись:
— Я думаю, это хорошо.
Генри задумался, а Цзи Чэин продолжил:
— Разве это дело не интересно? И... — Он опустил глаза, и в его темных глазах отразилось некоторое презрение и отвращение. — Сейчас хорошо бы убраться подальше от этих мутных вод в столице Империи.
Особенно в последнее время.
Его голос немного напрягся, и он предупредил:
— Держи себя в руках, если ты откажешься от расследования и промахнешься... — он усмехнулся и не стал продолжать.
Генри вздрогнул и поспешно ответил:
— Да! Генерал-майор, не волнуйтесь, ваш подчиненный не посмеет!
После окончания разговора с Генри в тускло освещенной комнате снова воцарилась тишина, и тонкие звуки, доносящиеся с другого терминала, были особенно отчетливы. Се Цюань был очень тихим в своей комнате, и его движения были настолько легкими, что было в принципе трудно различить, что он делал, по звукам движения.
Длинные ноги Цзи Чэина были сложены на кофейном столике, он просматривал видео с камер наблюдения, которое отправил ему Генри.
Он наблюдал за движениями юноши на экране, глубоко задумавшись.
В то время Се Цюань не носил пальто, так почему же Се Цюань вдруг надел дорогое пальто после инцидента?
И тогда он тоже был в нормальном состоянии, не то чтобы испытывал дискомфорт.
И…
Он остановил экран в тот момент, когда Се Цюань поднял глаза и увеличил изображение, чтобы рассмотреть поближе.
Се Цюань выглядел не так, как будто он просто смотрел в небо, а как будто он смотрел на что-то.
Что он увидел?
Видео продолжало воспроизводиться, и через несколько коротких секунд Се Цюань прикрыл нос ладонью и быстро попятился.
Как бета, почему он был так чувствителен к вспышкам феромонов? И таким щепетильным?
Цзи Чэин вспомнил искреннее признание Се Цюаня, и его эмоции внезапно усложнились.
Сколько из того, что сказал ему Се Цюань, было правдой?
Автору есть что сказать:
Се Цюань: «Прежде всего, что я говорил?..»
http://bllate.org/book/13121/1162434
