Линь Синь поднял занавеску, и теплое дыхание очага ударило ему в лицо, заставив замёрзшее тело вздрогнуть.
Голова госпожи Чжао была укутана тёплым тканевым полотенцем, она бессознательно поддерживала лицо одной рукой. Сегодня госпожа не нашла сил нанести макияж, обычно скрывающий её брови*.
П.п.: В Древнем Китае считалось, что по бровям можно многое узнать о характере и будущем человека.
Линь Синь помнил, что когда учитель пришёл его искать, то первым, что он сказал, было:
— Эта госпожа Чжао, с её сломанными бровями и грязными зубами, должно быть, злобная и эгоистичная женщина.
В то время Линь Синь восхищался учителем и слушал всё, что он говорил.
После многих лет, увидев брови госпожи Чжао вновь, Линь Синь испытал тёплое чувство ностальгии.
— Оставь, — женщина не обратила особого внимания на Линь Синя и продолжила говорить с мужем о семье Шэнь.
— Госпожа, этот чай… он остынет… — упрямо настаивал Линь Синь. Он выглядел немного встревоженным, но из-за своего юного возраста не мог выразить свои мысли правильно.
— Выпей пока горячее, это трава чисин, — Чжао Ваньху почувствовал слабый запах мочи и поторопил жену.
Госпожа Чжао вспомнила о том, что отвар был сделан из драгоценных трав, взяла чашку и осушила её одним глотком. Вздохнув с облегчением, она потёрла лоб и сказала:
— Теперь мне намного легче.
Линь Синь взглянул госпожу Чжао, которая почувствовала себя лучше, и снова опустил голову.
Не зная, когда приедет семья Шэнь, Чжао Ваньху намеревался отложить похороны старшего сына.
— Уже третий день, так скоро дойдёт и до седьмого! — с досадой воскликнула женщина, стиснув зубы. — Скажи им приехать раньше!
Они объявили о смерти позавчера и должны были похоронить тело сегодня. Но из-за того, что смерть старшего молодого господина была слишком странной, семья Чжао отложила похороны, чтобы провести расследование. Теперь из-за семьи Шэнь им придётся ждать ещё.
— Ты хочешь проблем?! Как я могу торопить людей из Хуаньсинхая*? — Чжао Ваньху был раздражен словами жены.
П.п.: Хуаньсинхай 浣星海 — место; дословно переводится как «Очищающее звездное море».
Семья Чжао — это огромная потомственная семья, находящаяся под влиянием гогуна* Сюань северного региона. Семья имеет право собирать налоги и ренту, но не управлять. В конце концов, представители семьи Чжао были просто вассалами семьи Шэнь. Не могло быть такого, чтобы вассал приказывал своему господину.
П.п. Гогун (国公) — третий из 9-ти почетных феодальных титулов.
***
Сердцем северного региона был Хуаньсинхай семьи Шэнь.
В холодном северном регионе, где сейчас только середина сентября, уже выпал снег. В зданиях Хуаньсинхая было установлено подземное отопление, поэтому даже в павильоне, выходящем на воду, было тепло, как весной. Все слуги и стража носили лёгкую одежду. Только юноша, одиноко сидевший в павильоне у воды и наблюдавший за снегом, был закутан в мантию из лисьего меха.
Стражник, одетый в тёмные одежды, с тарелкой лекарственного супа быстро подошёл к юноше, опустился на одно колено и прошептал:
— Шицзы*, вам пора принять лекарство.
П.п.: Шицзы (世子 shìzǐ) — наследник княжеского дома; сын владетельного князя. Внутри двора к нему будут обращаться именно шицзы, посторонние будут называть его просто наследником (семьи Хуаньсинхай).
Юноша отвёл взгляд от падающего в горах снега, но не притронулся к чаше с лекарством.
— Есть какие-нибудь новости о Чжу Синли?
— В семье Чжу не знают, где он. Кто-то видел, как он уезжал в западный регион год назад, после не было никаких новостей, — стражник крепко держал лекарство, спокойно проговаривая каждое слово.
— Западный регион… — Шэнь Лоу поджал бледно-красные тонкие губы. — Проверь ещё раз.
— Слушаюсь! — стражник встал и, сделав два шага, вспомнил о чаше с лекарством, которую держал в руках. — Шицзы, лекарство…
— Вылей.
У павильона стояла служанка в пурпурном платье. Увидев, что мужчина несёт нетронутое лекарство, она недовольно упёрлась руками в бока.
— Что ты обещал мне перед тем, как пойти туда? Неужели он ни глотка не сделал?
Стражник покраснел:
— Шицзы сказал вылить его, я просто… — Он неосознанно выполнил приказ наследника и ушёл.
— Посмотри на себя, — служанка скривила губы и взяла чашу с лекарством. Она также не осмелилась войти в павильон и поговорить с Шэнь Лоу, ей оставалось только снова отругать стражника.
После стольких лет поисков всё ещё не было никакого результата.
Шэнь Лоу встал, держась одной рукой за низкие перила павильона. Снег падал на тыльную сторону его холодной руки и медленно превращался в капли воды. Холод не мог успокоить тревогу в его сердце.
Когда он встретил Линь Синя в своей предыдущей жизни, этот человек уже был хоу* Лу, и редко упоминал о своём детстве. Он заговорил об этом лишь раз, когда был пьян. В детстве в его доме произошла трагедия. Тогда Линь Синь бежал в семью одного из стражников, где притворялся их сыном в течение многих лет.
П.п.: Хоу (侯) — наследственный титул знати в древнем Китае, соответствует европейскому титулу «маркиз».
— Они издевались надо мной, почему ты не забрал меня? — спросил пьяный хоу Лу, плача и одновременно смеясь, схватив Шэнь Лоу за рубашку.
В то время его чувства были неописуемы, и теперь, когда Шэнь Лоу думал об этом, на сердце у него было очень скверно. Пьяный Линь Синь, должно быть, принял его за своего уже умершего отца и, как отчаявшийся ребёнок, умолял забрать его.
Он должен найти Линь Синя как можно скорее, но страна огромна, с множеством мелких семей. Он даже не знал, какое имя было у Линь Синя в детстве. Это действительно было похоже на попытку найти иголку в стоге сена. Для начала можно было попробовать найти учителя Линь Синя — Чжу Синли. Однако он перемещался с места на место, и искать его было едва ли легче.
— Наследник, — подошла служанка в пурпурной одежде, за ней стоял молодой мальчик-слуга. — Гогун Сюань ищет вас.
Глава северного региона гогун Сюань, Шэнь Цижуй, величественно восседал на своём месте. Увидев, как вошёл Шэнь Лоу, он передал сыну письмо, которое держал в руке.
http://bllate.org/book/13096/1157635
