После очередного применения артефакта жизненные силы Чжоу Цяня, лишь немного восстановившиеся, вновь стремительно упали, но, по крайней мере, он больше не выглядел обреченным.
Усталость, застывшая в его чертах, резко контрастировала с хищным, пронзительным взглядом.
— Устал, — выдохнул он.
Очередные четыреста миллилитров крови. И в этот раз без возможности пополнить запас.
Сознание статуи почти рассеялось. Перед окончательным исчезновением она уловила лишь два слова: «Спокойной ночи».
Так вот каков истинный смысл слабости.
На последнем издыхании Чжоу Цянь сам сократил дистанцию между собой и противником. Просто чтобы воочию увидеть, как гарпун пронзит его плоть.
На этот раз он должен был убедиться, что Сюнь Эр действительно мертв.
Но все пошло не так, как он ожидал.
Чжоу Цянь удивил Сюня Эра, но и тот оказался непредсказуем. Блеклые, утратившие былой зловещий блеск глаза вдруг наполнились пугающим восторгом.
— Дрянь… — сквозь зубы процедил Чжоу Цянь. Он презирал подобных тварей. Даже умирая, они умудрялись радоваться.
— Ты меня ненавидишь? — слабо отозвался голос, растекающийся в пространстве подобно дымке.
— Ты чудовище, — холодно ответил Чжоу Цянь. — А у чудовищ есть только один инстинкт — жажда крови.
Он давно в этом убедился.
В реальном мире приходилось терпеть истерики матери, выслушивать придирки начальства, мириться с присутствием вечно липнущего преподавателя вечерней школы. В этом мире он не собирался ни с кем нянчиться.
— Жажда… — Сюнь Эр будто смаковал слово, прожигая взглядом юношу. Он признал, что долгое время у него действительно было только это желание.
Но что-то изменилось.
Юноша, его голос, движение губ — что-то в них пробудило новую жажду.
Треск. Гарпун прорезал его насквозь, а от точки соприкосновения побежали глубокие трещины. Статуя рушилась, вместе с ней разрушалась и рука, что еще недавно обхватывала его талию. Каменные пальцы утратили опору.
Чжоу Цянь падал.
Высота была не очень большой. Пока он падал, взгляд его все еще цеплялся за осыпающиеся обломки.
Огромная статуя вдруг склонилась вперед, ее каменное лицо оказалось пугающе близко. Этот наклон стал последним ударом, запустив цепную реакцию — трещины расползлись, и статуя превратилась в груду камней.
Зрачки Чжоу Цяня резко расширились. В следующий миг его пальцы крепче сжали рукоять гарпуна — он был готов метнуть оружие еще раз.
Но поздно.
Сюнь Эр был мертв. Окончательно.
Густая тьма вырвалась из развалин, рассеиваясь в воздухе. Вслед за этим раздались крики — неестественные, наполненные страданием. Все те, кто когда-либо молился этому богу, исчезли вместе с ним.
Остальные не решались приблизиться. Будто боялись, что статуя снова восстановится и оживет.
— Она ведь… просто пыталась съесть нас, но в последний момент у нее не хватило сил, — неуверенно пробормотал студент.
Он был напуган. Теперь он полностью разделял мнение Чжоу Цяня: первейший инстинкт чудовищ — пожирать.
Хань Ли так и не нашла слов для язвительного комментария. В ее глазах все еще плескался страх.
Чжоу Цянь вдруг посмотрел в ее сторону.
В следующее мгновение он поднял руку и без предупреждения метнул гарпун.
— Черт! — Хань Ли едва успела перекатиться в сторону, но приземлилась прямо на раненую руку. Боль полоснула по нервам, заставляя ее едва ли не разразиться нецензурной бранью.
Золотой гарпун пролетел в опасной близости от ее лица. Вскинув голову, она увидела, как оружие вонзилось в грудь Сюня-богача.
Раздался мучительный вопль.
Едва взошла Утренняя Звезда, его силы ослабли. Одного удара оказалось достаточно, чтобы золотой свет разорвал его изнутри.
Черно-красные ошметки плоти разлетелись во все стороны. Несколько из них упали рядом с Хань Ли. Она согнулась, подавляя рвотные позывы.
— Ты зачем это сделал?!
Она никак не могла понять. Сюнь-богач уже не представлял угрозы. Без статуи на него набросились бы призраки особняка — их можно было стравить между собой.
Но Чжоу Цянь, пошатываясь от потери крови, лишь спокойно встряхнул гарпун, стряхивая с него алые капли.
— Он должен был умереть.
А затем, запрокинув голову, улыбнулся потолку.
— Теперь поместье твое.
Из потолка вытянулась бледная рука, разорвав тьму. Золотой свет гарпуна несколько раз отразился в бездонных глазах. Женщина-призрак, скрывавшаяся там все это время, колебалась. Она знала силу святого оружия.
Даже обессиленный, Чжоу Цянь все еще представлял смертельную опасность для нее.
Сюнь-богач уже превратился в бесформенную массу.
Призрак презрительно скользнула по ней взглядом. Ее тонкие, как прутья, пальцы зачерпнули горсть кровавого месива. Плоть, как фарш, выдавилась сквозь щели между пальцами. Затем она, вся в крови, снова повернулась к Чжоу Цяню. В ее взгляде нет-нет да и проскальзывала жажда крови, от чего у него мурашки пробежали по коже.
Гримаса ее лица сменилась несколько раз. Спустя десяток секунд она снова растворилась в потолке.
[Вы получили расположение хозяйки поместья Лянье. Ее уровень симпатии к вам увеличился до нуля].
Чжоу Цянь услышал оповещение и снова открыл панель, проверяя последнее уведомление. Да, точно. Ноль. Ни больше, ни меньше.
Ну просто заоблачный уровень доверия.
[Поздравляем, теперь ваш новый статус — гость поместья.
Уважаемый гость, особняк вскоре превратится в бродячее призрачное поместье. Его хозяйка будет охотиться на женоубийц.
Когда ты снова встретишь ее — это будет удача? Или проклятие?]
Чжоу Цянь безэмоционально думал: не только сверхвысокий уровень симпатии, но и хозяйка поместья оказалась пугающе гостеприимной.
Мир огромен. И он вовсе не собирался с ней встречаться.
Подавив прерывистое дыхание, Чжоу Цянь поднял взгляд.
— У кого-нибудь есть зелье восстановления?
Хань Ли покачала головой. Остальные тоже.
Не из жадности — лечебные зелья в игре всегда были самым редким ресурсом. Их нельзя было купить в магазине, а получить можно было только в инстансах.
Он и не особо надеялся. Брат и сестра Хань уже использовали зелья ранее, но их эффект был слабым — не шло ни в какое сравнение с настоящими восстановительными пилюлями. Чэнь Цзянь, конечно, имел кое-какие лекарства, но вряд ли решился бы ими поделиться.
К нему неслышно подошел студент и, прежде чем Чжоу Цянь успел что-либо сказать, подставил плечо, собираясь помочь спуститься вниз.
Он не отказался.
Студент почувствовал прилив благодарности.
— В конце концов, ты отомстил за призрака и ребенка…
Сюнь-богач — тот, кто превратил собственного сына в маленького демона. Если бы он остался жив, это было бы невыносимо.
Чжоу Цянь проигнорировал его слова.
— Иди медленнее.
Студент подумал, что это из-за ран. Но когда Чжоу Цянь настоял, чтобы он шел последним, он понял: тот просто подстраховывался на случай, если кто-то из игроков решит ударить в спину.
Он хотел сказать, что самое страшное уже позади, что у игроков больше нет причин для убийств.
Но стоило ему лишь открыть рот, как человек шедший рядом хрипло усмехнулся:
— Меньше болтай. Смотри под ноги.
Студент закрыл рот и тихо спустился вниз.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/13080/1156095
