Хваён усмехнулся, глядя на скованную позу Чжувона. Ему следовало бы разозлиться, но смех прорвался сам собой. К тому же он не был тем неопытным домом с ограниченными приёмами, придирающимся к своему сабу за то, чему его не учили. Хваён с наслаждением ловил брошенные украдкой взгляды Чжувона, пока держал в руках большой шприц. На его суровом лице читались одновременно и ожидание, и страх. Это было то самое лицо, которое выглядело так, будто он в любой момент может начать палить из пушек. Чжувон лежал на полу лицом вниз, выставив ягодицы, как он видел на фотографиях и видео.
— Я помогаю тебе, потому что это твой первый раз, — начал Хваён, касаясь Чжувона сбоку.
Он потянул Чжувона за плечо, опуская его до самого пола, затем повернул его голову набок, чтобы он прижался щекой к полу. После этого он накрыл глаза мужчины рукой и отстранился через мгновение, оставив покорного Чжувона в этом положении с закрытыми глазами.
— Подними только бёдра. Вот так.
Хваён наблюдал, как приподнялись бёдра Чжувона, образуя плавную линию благодаря его высокому росту. Он вернулся к области таза, взял Чжувона за руку и заставил его развести ягодицы. После этого Хваён раздвинул его ноги ещё шире. От восхитительного вида представшей обнажённой промежности Хваён облизнул губы. Чжувона хотелось трахнуть прямо сейчас, немедля. Терпение оказалось куда более сложным испытанием, чем он предполагал.
— Это поза для клизмы. Привыкай.
Чжувон задумался, как же те стройные парни на видео умудрялись сохранять столь неудобную позу? Станет ли легче, если потренироваться? Мысли рассеянно текли в его голове, полнившейся горячих вспышек возбуждения. Казалось, будто одна лишь щека поддерживала всё его тело. Как они вообще делали такое? Они что, гимнасты? Для него это не было слишком сложным, ведь его готовили к миссиям, но тут Чжувону пришлось прервать свои размышления, дёрнувшись вперёд от неожиданности. Горячее дыхание Хваёна коснулось его ануса, и Чжувон буквально отпрянул от него.
Когда Чжувон осознал ошибку и оглянулся, Хваён с досадой скривился. Понурив голову, Чжувон вернулся в прежнюю позу.
— Я добавлю ещё полторы унции и пять минут в качестве наказания. Не отстраняйся без моего разрешения.
Чжувон вздрогнул от его холодных слов. Однако этого было недостаточно, чтобы охладить его пыл. Было бы неприятно, если бы его член обмяк только из-за этого. Хваён был настоящим садистом, и, если бы Чжувон оказался просто мазохистом в оболочке «ванильного» парня, Хваёну пришлось бы отпустить его, как бы сильно тот ни походил на его идеал.
«Теперь, когда я встретил своего идеального партнёра, всё меня волнует и заставляет ходить на цыпочках из-за малейших вещей», — подумал Хваён, и всё же его губы расплывались в довольной улыбке, пока Чжувон лежал с закрытыми глазами. Каким же шоком должно быть впервые ощутить чьё-то дыхание на своей заднице. Это было понятно. Однако выискивать даже самые незначительные недостатки считалось одним из качеств доминанта. Всё сводилось к тому, чтобы безупречно находить их и руководить ролевой игрой. От этого зависело, будет ли следующая встреча. Они не должны были причинять слишком много боли. Не должны были быть настолько травмирующими, чтобы доставлять сабу неудобства в повседневной жизни. На самом деле они должны были быть ровно такими, чтобы оставить сладкое послевкусие и никак не помешать обычной жизни саба, за исключением незначительного дискомфорта. Во время игры доминант дразнил сабмиссива, но настоящим объектом оценки была компетентность дома.
Хваён нацепил на палец презерватив и медленно вкрутил его в анус Чжувона. По мере того как он раздвигал складки и продвигался всё глубже, мышцы живота Чжувона напрягались, а спина дрожала. Что за недотрога-ягуар. Губы Хваёна прижались поцелуем к его спине. Наверное, именно поэтому люди никогда не теряли желания поохотиться.
— Потом потренируйся в растягивании этого места. Тебе следует расслабить его настолько, чтобы твоя дырочка широко открывалась, и я мог видеть, что внутри.
Чжувон кивнул. Хваёну думалось заставить мужчину начать обращаться к нему как к «хозяину», как это обычно бывало во время игр, и всё же ему не хотелось, чтобы Чжувон называл его так. Вместо этого он решил, что «господин Хваён» будет более милым и очаровательным. Пусть Хваён и заявил, что они всего лишь «партнеры по игре», однако в глубине души их отношения уже обретали романтический оттенок.
Он раскрыл складки и вставил кончик шприца. В момент введения анус Чжувона невольно напрягся. Пока раствор для клизмы мерно вводился внутрь, Хваён смаковал вид того, как сжимается его промежность. Как и ожидалось, половина жидкости влилась без проблем, и это благодаря опыту Чжувона. Однако остальная столкнулась с сопротивлением и вот-вот должна была вытечь обратно. Тогда Хваён резко шлёпнул Чжувона по округлой заднице.
Чжувон не старался сознательно выталкивать жидкость обратно. Дыхание его было тяжёлым, когда он пытался сделать глубокий вздох. Хваён только смаковал его отчаянные усилия.
Он не стал сразу вынимать шприц даже после того, как ввёл в общей сложности восемь унций. А когда всё же сделал это, то пригрозил:
— Сожмись. Если прольёшь, я введу столько же, сколько только что влилось.
После введения раствор редко вытекал обратно, но, как и большинство сабов в такой ситуации, Чжувон постарался плотно сжать анус. По мере того, как наконечник шприца отодвигался из его отверстия, его ягодицы сжимались всё сильнее, образуя больше складок вокруг. Вся эта захватывающая сцена вырисовывалась для Хваёна как на ладони.
Когда шприц оказался полностью извлечён, Чжувон слабо вздрогнул от облегчения, а потом замер, ощутив, как что-то коснулось его ануса.
— Я вставлю это, — произнёс Хваён, и что-то проникло в него.
http://bllate.org/book/13075/1155513
