Чжувон вёл машину, следуя указаниям Хваёна. И даже когда они прибыли на место, он всё ещё не понимал, где находится. Его взгляд зацепился за вывеску с надписью «DUNGEON». Должно быть, какой-нибудь ночной клуб с определённой тематикой. Строгая проверка документа не вызвала особых подозрений. Даже увидев табличку «Только для постоянных клиентов», он ни в чём не усомнился. Когда сотрудники остановили Хваёна, заявив, что его спутник не может пройти, тот что-то шепнул им на ухо, отчего те взглянули на Чжувона с удивлением.
«Что ж, сопровождение таким телохранителем, как я, не может не удивить», — подумал Чжувон.
Дверь распахнулась, и внутри их встретила глубокая темнота. Чжувон ошибся — это был не ночной клуб. Табличка с выполненной простым шрифтом на белом фоне надписью «DUNGEON» выглядела слишком строгой для подобного заведения.
— Ах, мастер, это вы. Кого планируете выбрать сегодня? — полюбопытствовал появившийся из ниоткуда мужчина, одетый как официант. Его возраст было трудно определить.
— Дайте-ка я сначала ознакомлюсь с каталогом, — отозвался Хваён и вошёл в приёмную. Едва переступив порог, Чжувон от растерянности опустил голову.
Внутри было множество мужчин. Молодые и пожилые, полные и худые, с пирсингом по всему телу и с выпуклыми животами, как у инопланетян. С первого взгляда Чжувон понял, где находится, чем здесь занимаются люди, почему они все стоят, как рабы, в одинаковой форме и т.д.
«Я попал из огня да в полымя!» — воскликнул в мыслях Чжувон. Голова его опустилась ещё ниже, пока он пытался перевести дыхание, размышляя, как ему пережить худшую катастрофу в своей жизни.
Ким Чжувон был мазохистом. Гей и мазохист — редкое сочетание. Само по себе подобное было уже необычным, а вдобавок его сексуальная ориентация не соответствовала его внешности. Благодаря своим спортивным способностям он начал карьеру наёмника, однако работа принесла ему одни мучения. Мужчины раздевались где угодно, махали повсюду оружием, а хуже всего, что самые ярые приверженцы мачизма выкрикивали бесконечные потоки матёрной брани. Чжувон балансировал на грани полного помешательства. Он прекрасно понимал: один неверный шаг в таком мире — и всё рухнет, но, ради всего святого, Чжувон не был тем, кто мог бы попирать других. И он страшился, что если его унизят, это растопчет всю его жизнь — он не желал становиться подстилкой для солдат. И всё же в глубине души грезил о сладострастном мучении. Каждый раз, переодеваясь, он отводил взгляд и быстро менял одежду, боясь ненароком взглянуть на член сослуживца. Иногда казалось, что кто-то наблюдает за его телом, и это заставляло его содрогаться от боли внутри. Он жаждал, чтобы его отшлёпали, вошли в него чем-то твёрдым и крепким. Хотел ползать на коленях. Но больше всего он желал заглотнуть член в рот и высосать из него всё до последней капли. Чжувону приходилось держать себя в руках, чтоб не опуститься до мольбы в переломных моментах, что и вынудило его завершить карьеру наёмника.
Если он и грезил когда-либо об идеальном партнёре за свои двадцать девять лет жизни, то ближайшим его воплощением был бы Хваён. Как уже упоминалось, Хваён был красив и неповторимо обаятелен. И узнать, что такой мужчина — садист… То он воплощение партнёра, о котором Чжувон мечтал и которого жаждал всю свою жизнь. Ещё и гей. А это место явно было БДСМ-клубом исключительно для геев. Все эти рабы-мужчины были очевидным тому доказательством.
— Хм… — Хваён осматривал комнату ленивым взглядом, тихонько напевая что-то под нос. Он подошёл к мужчине почти такого же роста, как и он сам — самому высокому и мужественному в комнате, — и кивнул. По этому простому жесту тот понял пожелание Хваёна и ловко скинул форму. Кольцо обвивалось вокруг его плоти, уже медленно наливающейся тяжестью. Хваён протянул к нему руку.
— Ах, как мило.
В тот момент голос Хваёна нисколько не отличался от его обычного, что делало слова ещё более непристойными. Чжувон в отчаянии крепко зажмурил глаза.
Он попал.
Решено: он уволится при первой же возможности — завтра, если получится. Отныне Хваён навсегда станет королём его сексуальных фантазий и будет служить для него образцом для подражаний, а Чжувон будет выкрикивать имя Хваёна, мастурбируя себе дилдо.
Причиной, по которой Чжувон решился сделать пластическую операцию, послужила его сексуальная ориентация. Как ни парадоксально, он никогда не занимался сексом. Очевидно, он испытывал возбуждение от женщин, а получить удовлетворение без унижений у него не выходило. Но кто, чёрт побери, захотел бы унижать его? В настоящие дни красивых мужчин было предостаточно. Миловидные мальчики, симпатичные юноши и даже привлекательные мужчины среднего возраста встречались на каждом шагу. Чжувону хотелось стать очаровательным и служить хозяину до самой старости.
— Покажи себя.
По команде Хваёна мужчина тут же принял нужную форму. Опустился на колени, склонился лицом к полу и раздвинул руками ягодицы. Несколько раз он провёл пальцами по промежности и раскрыл её. Даже в тот момент его член неуклонно увеличивался в размерах. Хваён присел на корточки и принялся пристально изучать отверстие, словно выбирая товар.
Чжувон пытался взять себя в руки, твердя себе, что нужно перестать пялиться на них. Конечно, его снедала зависть к этому мужчине перед Хваёном, однако проблема была в Чжувоне, а не в них. Голова начинала неметь. Его так и подмывало встать рядом и самому раздвинуть ноги. Его член вот-вот должен был встать. Чжувон крепко ругал себя в мыслях — он прикусил кончик языка и сжал кулаки. Боль от впивающихся в ладони ногтей и жжение на языке едва отвлекали его от возбуждения.
— Можно мне сперва в комнату? Я кое-что забыл проверить, — вдруг произнёс Хваён, и мужчина, проведший их внутрь, шагнул вперёд. Пройдя по длинному извилистому коридору, официант остановился у двери, и Хваён вошёл в номер.
— Я подожду вас в машине, — Хваён поспешил ретироваться в то же мгновение, как Хваён ступил на порог комнаты. На самом деле ему больше нужен был туалет, чем машина. Когда он попытался уйти, Хваён остановил его.
— Постойте, — окликнул его томный голос: — Мне нужно поговорить с вами.
http://bllate.org/book/13075/1155509
