Я тоже почувствовал что-то неладное. Лекари переглянулись, и наконец кто-то нашёл в себе смелость возразить:
— Лорд Закрия, мы не можем просто оставить Его Высочество на попечение иностранного врача, который даже не входит в королевскую медицинскую команду.
— Врач есть врач, хоть и иностранный, — Закрия усмехнулся. — К тому же моя дочь позаботится о своём женихе, так что беспокоиться не о чем…
— Это невозможно, отец, — голос Наджимы звучал изящно, но её тихое возражение впервые заставило Закрию замереть. С улыбкой она объяснила:
— Я ещё не официальная жена, и ночевать с мужчиной? Это было бы неприлично.
— Наджима, о чём ты…
Мужчина хотел продолжить, но остановился. На холодном лице мелькнуло раздражение, но Закрия быстро вернул прежнюю улыбку, сказав: «Ладно, хватит». И снова обрёл лёгкий тон.
— Раз Стюарт занимался здоровьем кронпринца, он знает его лучше всех. Мы доверимся ему.
— Но…
Лекари, казалось, готовы были снова возразить, и улыбка исчезла с лица Закрии. В комнате повис холодок. Больше никто не осмелился говорить. Один за другим придворные выходили, пока в комнате не остались только Камар, я, Стюарт, Закрия и Наджима.
Когда двери закрылись, воцарилась тяжёлая тишина. Что лорд задумал? Тревога сжала мне сердце. Внезапно Закрия поднял руку — и ударил дочь по щеке.
— Наджима!
Хлопок! Резкий звук разнёсся по комнате, когда высокая фигура Наджимы пошатнулась и рухнула на пол. Я вздрогнул и чуть не бросился вперёд, чтобы подхватить её. Но я не мог просто так прикоснуться к принцессе, поэтому замер в нерешительности, не зная, что делать. Закрия прошипел сквозь зубы:
— Как ты посмела унизить меня перед другими!
Стюарт широко раскрыл глаза от неожиданности, но, как и я, не мог вмешаться. Мы оба беспомощно замерли, пока тихий, подавленный голос Наджимы не раздался снова:
— … Прости.
Закрия ругнулся себе под нос и повернулся к Стюарту. Мне хотелось помочь девушке, но я заставил себя остаться на месте. Возможно, моё присутствие только усугубляло её унижение. Я опустил взгляд, стараясь не смотреть на Наджиму, но заметил, как она поднимается. Девушка выпрямилась, повернувшись ко мне спиной. Только тогда я осмелился поднять голову. Тем временем Закрия обратился к Стюарту:
— Ты действительно не знаешь причину? Вообще ничего?
— Понятия не имею. Придётся ждать результатов.
Закрия хмыкнул, потирая подбородок.
— Не каждый яд на него подействует. Странно. Дай мне знать, когда разберёшься.
— Вы же понимаете, что я не могу разглашать медицинские данные Его Высочества кому бы то ни было? — слегка улыбнулся Стюарт.
Это была та же фраза, что он когда-то сказал мне. Вдруг стало интересно, как Закрия отреагирует на такой формальный ответ. Тот лишь громко рассмеялся.
— Конечно. Но, как ты знаешь, у меня такая же конституция, как у Его Высочества. Нет никакого вреда в том, чтобы сообщить мне. Если с ним что-то случится, я буду отвечать за эту страну, так что мне нужно узнать о яде как можно скорее.
Всё ещё улыбаясь, Стюарт ответил:
— Если что-то случится, конечно.
Улыбка Закрии исчезла. Я на мгновение подумал, что сейчас он ударит Стюарта, но нет. Вместо этого лорд откашлялся и заговорил резче:
— Думаю, я ясно выразился. Я иду. Наджима!
— Подождите.
Девушка уже собиралась последовать за ним, когда я невольно окликнул их. Они обернулись, и я поспешно нашёл отговорку:
— Я… Если вы уйдёте сейчас, принцесса, на лице может остаться синяк. Дайте нам обработать его перед уходом.
Стюарт, взглянув на меня, тут же поддержал:
— Верно. Лорд Закрия, вы можете идти первым. Мы позаботимся о ней.
Закрия бросил взгляд на Наджиму. Та молча смотрела на отца, нежное лицо было бесстрастным.
— Не задерживайся.
Бросив эту фразу, Закрия вышел. Как только дверь закрылась, я дрожаще выдохнул и поспешил принести Наджиме стул. Принцесса попыталась улыбнуться, но дёрнулась — видимо, губа была разбита. Увидев это, Стюарт вздохнул, открыл тележку, достал стерильное полотенце, смочил ткань дистиллированной водой и протянул девушке.
— Подержите пока это, а дома приложите лёд. Господи… Кто так бьёт женщин по лицу?
— Такие вещи вполне обычны, — пожала плечами девушка. Затем её взгляд упал на меня. Я замер, а Наджима тихо сказала:
— Ты остановил меня, потому что боялся, отец снова ударит меня, если мы уйдём вместе, да? Спасибо за доброту.
Когда наши глаза встретились, в груди кольнуло.
Она — невеста Камара.
Меня пронзил страх, что принцесса заметит мои нечистые помыслы. Если бы она узнала, зачем я здесь, стала бы так улыбаться? Я не смог выдержать мягкий взгляд. Стюарт сердито проговорил:
— То, как здесь обращаются с женщинами, просто ужасно. Ваше Высочество, наверное, ощущаете это особенно остро, ведь учились за границей?
— Утешаю себя тем, что быть омегой ещё хуже, — Наджима слабо улыбнулась.
Внезапно кончики моих пальцев похолодели. Я застыл в напряжённом молчании, не в силах вымолвить ни слова. Наджима продолжила:
— Если бы я родилась девочкой, а потом проявилась как омега, отец убил бы меня. Благодарю богов, что этого не случилось. Говорят, женщина-омега — невероятная редкость, так что, возможно, в этом есть капля милосердия… — потом девушка улыбнулась, будто это было пустяком. — А вот родиться мужчиной и оказаться омегой — это уже совсем ужасно, не так ли?
— Во многих странах омег приравнивают к остальным. И женщин тоже. Честно говоря, в большинстве мест сейчас запрещена любая дискриминация.
Когда Стюарт произнёс это, Наджима слегка пожала плечами.
— Но мы-то живём здесь, разве нет?
На этот раз Стюарт промолчал. Будто давая понять, что разговор окончен, Наджима поднялась.
— К этому времени отец, наверное, уже покинул дворец. Мне тоже стоит вернуться в свои покои.
Она потянулась и взглянула на меня сверху вниз — её рост был чуть выше моего.
— Отец, наверное, решил, что я чему-то научусь у вас обоих, раз оставил меня здесь. Но, полагаю, вам нечего мне сказать?
— Простите.
Стюарт ответил без колебаний. Принцесса лишь коротко рассмеялась, будто ожидала этого, и вернула влажное полотенце. Положив ткань на тележку, Наджима улыбнулась мне, кивнула Стюарту и повернулась к выходу. Вскоре дверь закрылась за девушкой, и в палате остались только мы вдвоём с ещё не пришедшим в себя Камаром. Стюарт заговорил, когда я взглянул на друга.
— Не забывай, Йохан. Она невеста Камара.
— Я знаю.
Его строгое предупреждение вызвало у меня мгновенную реакцию.
— И я знаю, что мне нужно уехать… Как можно скорее.
Всё кончено. Возможно, я больше никогда не увижу кронпринца. Я не могу оставаться здесь, испытывая такие неподобающие чувства. Пытаясь разрядить обстановку, я натянуто улыбнулся и спросил:
— Камар… Он поправится, да?
— Он обязан поправиться, — Стюарт провёл рукой по волосам, выглядя обеспокоенным.
Это был лучший ответ, который друг мог дать. Я молча перевёл взгляд на Камара. Будто угадав мои мысли, Стюарт добавил:
— Если хочешь, можешь остаться здесь сегодня, Йохан. Всё равно мне предстоит ночное дежурство.
— … Правда? Серьёзно?
Я вздрогнул от неожиданного предложения. Стюарт криво усмехнулся и кивнул.
— Да. Его Высочество вряд ли очнётся в ближайшее время. Ах да, вот что. Сегодня ты принял только одну дозу лекарства, верно? Лучше выпей ещё одну, на всякий случай.
Он протянул мне таблетку, и я запил её водой из кувшина на столе. Убедившись, что я действительно проглотил её, Стюарт с облегчением вздохнул и опустился в кресло.
— Что вообще здесь происходит?..
Я поставил чашку и осторожно спросил:
— Стюарт… Ты правда не представляешь, что могло вызвать это?
Он устало посмотрел на меня сквозь пальцы, прикрывавшие лоб. Воцарилось тяжёлое молчание, затем мужчина вздохнул и заговорил:
— Будем откровенны. До сих пор я тестировал, как доминантные альфы реагируют на разные препараты.
— Подожди, препараты?
Встревоженный, я выпалил вопрос, и друг продолжил с горькой усмешкой:
— Как ты знаешь, на таких людей лекарства действуют слабо. Поэтому мы экспериментировали с комбинированной терапией — пробовали разные сочетания. Но даже тогда эффект часто отсутствует и приходится увеличивать дозу до опасных пределов. Чтобы этого избежать, нужно протестировать все возможные варианты и найти правильную дозировку. Проблема в том, что тестировать больше не на ком, кроме как на них самих.
— Не может быть…
Я пробормотал ошеломлённо, и Стюарт пояснил:
— Нет, всё не так. Лекарство, которое принимал Его Высочество, не было опасным. Видишь ли, кронпринца мучила сильная бессонница. Целый день невыносимые головные боли, из-за боли не может уснуть, от этого боли усиливаются — замкнутый круг.
— Так ты испытывал снотворное?
— Именно, — Стюарт кивнул, затем нахмурился. — Ничто из этого не могло внезапно превратиться в яд. Для меня это тоже проблема. Если наследник так и не очнётся…
http://bllate.org/book/13072/1155256
