— Господин Мельмонт, — Эшлер решительно позвал его и стал убеждать строгим голосом.
— Отдохните пока. Ясно, что вы плохо себя чувствуете. Мы найдем Абеля… то есть молодого господина.
— Но...
— Даже если я буду ослеплен любовью, я приведу его. Поэтому, пожалуйста, доверьтесь мне.
«И, пожалуйста, отдохните»
Пока Эшлер говорил, твердо глядя ему в глаза, один из подчиненных окликнул его сзади и указал куда-то на землю, где виднелась начерченная надпись, едва различимая из-за темной засохшей крови, скрывающей её. Эшлер поспешно подошёл.
— Старый восток.
Старый восток?
Весьма вероятно, что это написал тот самый «фей», которого считали реинкарнацией Абеля. Рыцарь немедленно отдал приказ солдату.
— Передай это остальным. Пусть несколько человек останется здесь, а остальные обыщут восточную часть леса. Обращайте внимание на следы старых руин или зданий. И...
Рыцарь почувствовал на себе ледяной взгляд. Он обернулся и посмотрел на Мельмонта с дворецким, которые сверлили его затылок настойчивыми и полными отчаяния глазами. Они желали одного: чтобы он предупредил своих людей не влюбляться в эту «невинную фею».
Нани, который тоже поверил в существование этого волшебного создания, присоединился к ним и, забыв о субординации, тоже устремил на Эшлера выжидающий взгляд. Из-за того что все трое вели себя подобным образом, мужчина чувствовал давление. Стиснув зубы, и мысленно решив позже отчитать за это Нани, он обратился к солдатам…
— Даже если вы наткнетесь на кого-то без сознания...
— Да, пожалуйста, говорите.
— Если вы увидите его...
— Да, капитан Эшлер, — солдат нетерпеливо кивнул, ожидая дальнейших указаний, но Эшлеру было нелегко произнести это вслух. Только когда Мельмонт, уже теряя терпение, демонстративно громко кашлянул и прочистил горло у него за спиной, Эшлер с трудом продолжил.
— …сразу же верните его, не влюбляйтесь.
— Да, сразу же вернуть… А?
Солдаты: «…»
— Капитан Эшлер, — окликнувший его мечник и серьёзно попросил: — Пожалуйста, отдохните.
К счастью, быть может, благодаря усилиям обеспокоенной компании в древних руинах на юго-востоке леса никто не влюбился в «фею». Зато в избытке имелись те, кто орудовал мечом.
***
— О, я имел в виду, что существует множество форм жизни, которые обитают на деревьях и внутри них, так что... их можно считать маленькими королевствами или чем-то в этом роде...
Речь Абеля постепенно становилась неразборчивой. Он в недоумении уставился на Караса, широко разинув рот. Серые глаза, в которых не осталось ни капли жизни, превратились в лёд.
— Эм. — У юноши перехватило дыхание. С трудом шевеля губами, он прошептал: — Почему вы подняли меч?
Сверкающие ледяным блеском серые глаза резко сузились.
Приоткрытые от удивления губы и широко распахнутые зелёные глаза. Лицо измазано в грязи, но всё равно выглядит молодо. Несмотря на всё перечисленное, этот юноша, изображающий из себя невинную овечку, был лучшим актёром, которого Карасу когда-либо доводилось встречать.
За последние шесть лет было множество тех, кто досаждал ему. Все они называли себя регасами и пытались подражать Абелю. Были даже те, кто выглядел точь-в-точь как он. Они копировали его взволнованный, но мягкий тон; чрезмерно активную жестикуляции, когда он был удивлён или взволнован; его простодушный смех. Даже использовали в речи те же самые выражения.
Мерзкие ублюдки. Их спектакль совсем не впечатлял Караса. Вместо этого внутри него нарастал ледяной гнев. Поэтому каждому такому самозванцу он без колебаний перерезал глотку одним быстрым движением.
Благодаря этому в последнее время желающих подражать Абелю поубавилось. Однако вот явился тот, кто нагло использует его манеру речи и болтает что-то о природе. Более того, этот тип играл лучше всех, кого Карас когда-либо видел.
Он даже притворился, что не узнал мужчину, хотя явно слышал его имя. И вышло это у юноши на удивление естественно. Именно поэтому Карас на миг заколебался. Он захотел убить его как можно мучительнее. Искалечить тело и слушать, как полные отчаянного ужаса крики рвутся из его рта.
Однако этот парень превзошел все его ожидания. Как он посмел упомянуть разговор в Драконьем лесу, о котором было известно только им двоим? Откуда, чёрт возьми, он вообще узнал о нём? Карас медленно обнажил клинок, чувствуя, как его сердце холодеет. Невыразимая ярость парадоксальным образом помогла ему собраться.
Он отступил на шаг и открыл рот.
— Веди, — сказал он тоном, не терпящим возражений. Однако Абель не сумел ответить сразу. Ещё мгновение назад этот человек сверлил его своими ледяными полными ненависти глазами. Теперь же в них читалась лишь привычная отстранённость, взгляд был затуманен, словно принадлежал кому-то другому. Абель даже усомнился, не привиделось ли ему до этого, что на него замахнулись мечом, и быстро дал ответ.
— Ах да. Я-я пойду первым.
Юноша заставил свои дрожащие ноги двинуться и ступил в непроходимый лес. Вскоре он услышал шаги, следующие за ним по пятам, и по его спине пробежал холодок. Казалось, что эти медленные шаги вскоре догонят его, чтобы убить.
Руки дрожали, а перед глазами всё плыло. Хотя, может это его тело дрожало. Однако у него не было времени опустить голову и должным образом оценить состояние своего тела. Каждый шаг давался с трудом.
Его дыхание стало прерывистым, во рту ощущался горький привкус, а в груди бушевала такая пронзительная боль, словно её пронзили ножом. С каждым новым ударом сердца боль растекалась по всему телу, но Абель не останавливался.
Будь на его месте истинный хозяин этого тела, он бы рухнул после нескольких шагов. Лес, без намёка на тропу, был куда более суровым испытанием, чем равнина. К тому же, поскольку ему приходилось искать следы ползком, практически не разгибая спины, усталость настигла быстрее.
Абель не осмеливался попросить передышку первым, он мог лишь ждать, пока Карас, шедший за ним вплотную, не отдал бы приказ сам. Лишь единожды он не сдержался и обернулся. И в тот миг, когда его затуманенный взгляд встретился со взором Караса, тот медленно двинул рукой к мечу на бедрах. Послышался звук метала, скользящего из ножен.
Докучливый шаркающий звук меча, волочащегося по земле, теперь приобрёл для Абеля совершенно иное значение. Он служил напоминанием, что его жизнь может оборваться в любую секунду. С тех пор он больше не оборачивался. К счастью, вскоре показалась узкая, но длинная тропа.
К тому моменту дрожащие ноги Абеля уже готовы были подкоситься в любой миг. Когда появилась дорога, Карас, следовавший позади, вышел вперёд. К удивительно, именно он первым присел у обочины. Почувствовав, что может наконец передохнуть, Абель рухнул на землю, не в силах сделать больше ни шага.
— Ха-а, ха-а, ха-а...
http://bllate.org/book/13071/1155173
