П.п.: «Щенячья любовь» — это выражение, которое обычно используется для описания наивной, восторженной и эмоционально яркой, но часто поверхностной и незрелой любви, характерной для молодых людей, особенно подростков. Это чувство может быть очень искренним, но оно часто лишено глубины и опыта, которые приходят с возрастом и зрелостью.
Лян Сунянь был прав лишь наполовину.
На обратном пути в общежитие их действительно никто не заметил, но не потому, что на улице никого не было, а потому, что все были заняты своими делами, и ни у кого не было лишнего времени, чтобы уделить им хоть капельку внимания.
От здания искусств до общежития нужно было пройти мимо библиотеки, озера, аллеи и длинной тенистой дорожки.
Едва они прошли озеро, как уже увидели не меньше пяти пар.
Кто-то обнимался и целовался в беседке, кто-то шел, держась за руки, вдоль берега, кто-то сидел, обнявшись, на скамейке и тихо разговаривал. Смех и шум иногда доносились с ветром, добавляя тихой ночи немного юношеской романтики.
Се Цзяжань, увидев первую и вторую пару, еще мог смотреть прямо перед собой.
Но когда он увидел третью, четвертую и даже пятую пару, его настроение слегка изменилось.
Он только что обнимался с Лян Сунянем в мастерской, а теперь они шли, держась за руки, по этой дороге, полной влюбленных парочек...
Это было немного странно.
Он опустил голову и, при слабом свете фонарей, скрытых густой листвой, посмотрел на их соединенные руки, раздумывая, не стоит ли высвободить свою, как вдруг яркий свет фонаря ударил ему прямо в лицо.
Свет ослепил его глаза, он инстинктивно закрыл их и отвернулся.
Не успел он понять, что происходит, как услышал раздраженное «Тьфу!» и был схвачен Лян Сунянем, который начал бежать.
Се Цзяжань: «???»
Се Цзяжань в замешательстве побежал за ним; в ушах свистел ветер.
Его физическая форма была намного хуже, чем у Лян Суняня, и когда они остановились у входа в общежитие, он уже едва мог дышать, а Лян Сунянь даже не вспотел.
— Это меньше восьмисот метров, товарищ Се Цзяжань, твоей физической форме есть куда расти, — сказал зачинщик, помогая ему выпрямиться, и искренне предложил: — Может, подумаешь о утренних пробежках?
Се Цзяжань: «...»
Се Цзяжань представил себе это и впервые в жизни почувствовал желание закатить глаза.
— Зачем мы бежали? — спросил он, все еще пытаясь выровнять дыхание. Его бледное обычно лицо покрылось легким румянцем.
— Там пришли ловить парочки, если бы мы не побежали, нас бы пригласили в кабинет директора на чай. Ты хочешь?
Лян Сунянь с интересом посмотрел на своего обычно отстраненного соседа, который сейчас выглядел так живо.
То, что он сказал в мастерской, не было пустой любезностью — он действительно был очень красив.
— Лян Сунянь, мы не пара, — сказал Се Цзяжань и вдруг чувствовал себя немного уставшим. — И даже если бы были, мы уже в университете, нам больше восемнадцати, это не щенячья любовь, и нас бы не вызвали в кабинет директора.
— Ох, точно... — Лян Сунянь с опозданием рассмеялся и воспользовался моментом, чтобы потрепать волосы Се Цзяжаня: — Прости-прости, это я еще со школы привык, рефлекс пока не прошел.
Се Цзяжань заинтересовался его словами и забыл уклониться от прикосновения:
— Ты начал рано встречаться? Еще в школе?
Это совсем не походило на него. При первом и поверхностном впечатлении Лян Сунянь показался ему тем самым типичным натуралом, который только и думал что о друзьях и баскетболе.
Возможно, еще о клубничном мороженом.
Он не мог представить, как он выглядел бы в отношениях.
— Не рано, — сказал Лян Сунянь. — Просто я часто появлялся на той дороге, где директор ловил парочки, и меня тоже гоняли за компанию.
Се Цзяжань был еще больше озадачен:
— Часто появлялся?
— Да, — Лян Сунянь почесал нос и совершенно невинно добавил: — Там за забором, напротив дороги, была закусочная, у них были отличные шашлычки.
Се Цзяжань долго молчал.
Наконец, он повернулся и тихо сказал:
— Давай вернемся, дежурный скоро закроет дверь.
Вернувшись в общежитие и закончив умываться, Се Цзяжань лег в кровать и открыл телефон, только чтобы обнаружить, что два часа назад Линь Шань уже отправил ему несколько сообщений:
Твой Шань: [Круто, братан, тихо делаешь большие дела! Твой поворот был настолько внезапным, что я чуть не вылетел с сиденья (большой палец, большой палец, большой палец)]
Твой Шань: [Не зря ты наш университетский цветок*! Хе-хе!]
П.п.: это молодежный сленг, самого красивого мальчика в школе/университете называют «травой», а девочку – «цветком». Се Цзяжаня выбрали цветком, а Лян Суняня – травой.
Твой Шань: [Расскажи, как ты с моим кумиром сошелся? Мне так интересно!!! Не бойся, я, Линь Шань, известен своей крепкой пастью, гарантирую, что даже лопатой не откроешь!]
X.: [?]
Твой Шань: [Не пытайся отрицать, я только хотел принести тебе торт и случайно все увидел (подмигивающий смайлик)]
X.: [...]
X.: [Ты ошибся, мы с ним просто…]
Се Цзяжань застрял на слове.
После нескольких раздумий он все же удалил слово «сосед» и переписал:
X.: [Мы с ним просто друзья.]
Твой Шань: [!!!]
Твой Шань: [Невероятно! Кроме меня, в университете есть еще кто-то, кого ты называешь другом!]
Твой Шань: [Ах, это аромат романа~]
X.: [Линь Шань, я серьезно, мы с Лян Сунянем просто друзья.]
Твой Шань: [Я понимаю, друзья, которые могут сидеть на коленях и кусать друг друга за шею, я прошел через это, я все понимаю.]
X.: [...]
Сидеть на коленях действительно было, это нельзя отрицать.
Но кусать друг друга за шею? Что за чушь?
Твой Шань: [Цзяжань, я же не чужой, не стесняйся поговорить со мной.]
Твой Шань: [Раньше я не думал в этом направлении, но теперь у меня только одна мысль: вы двое так подходите друг другу, больше, чем Пастух и Ткачиха, Дун Юн и Седьмая Небесная Фея, Эрлан Шэнь и Сяо Тянь Цюань!] *
П.п.: Пастух и Ткачиха (牛郎和织女, Нюлан и Чжинюй)
Это одна из самых известных китайских легенд о любви. Пастух (Нюлан) и Ткачиха (Чжинюй) — это двое влюбленных, которые были разлучены небом и могли встречаться только раз в году, в седьмой день седьмого лунного месяца (праздник Цисицзе, также известный как китайский День влюбленных). Их история символизирует преданность и вечную любовь.
Дун Юн и Седьмая бессмертная дева (董永和七仙女, Дун Юн и Цисянь-нюй)
Это еще одна классическая китайская легенда. Дун Юн, бедный крестьянин, встречает Седьмую бессмертную деву (младшая дочь Нефритового императора), которая спустилась с небес. Они влюбляются и женятся, но их любовь сталкивается с препятствиями из-за разницы в их происхождении. Эта история также символизирует преодоление трудностей ради любви.
Эрлан-шэнь и Сяо Тянь Цюань (二郎神和哮天犬, Эрлан-шэнь и Сяо Тянь Цюань)
Эрлан-шэнь — это божество из китайской мифологии, известный своей силой и преданностью, бог-драконоборец, контролирующий разлив рек, и величайший воин Небес. Сяо Тянь Цюань — его верный пес, который всегда сопровождает его. Хотя это не романтическая пара, их связь символизирует глубокую преданность и верность, что делает их отношения уникальными и важными.
Твой Шань: [Неудивительно, что мой кумир так долго не принимал знаков внимания ни от одной девушки, оказывается, он уже давно заполучил университетский цветок, хи-хи-хи]
Хотя это было бесполезно, Се Цзяжань все же хотел попытаться:
X.: [Мы не кусали друг друга за шею, сидели вместе, потому что... ему негде было сесть.]
Твой Шань: [Та-а-ак много места в классе, и негде сесть, да?]
Это сообщение Линь Шань отправил меньше чем на секунду, затем удалил и переписал:
Твой Шань: [Чш-ш… Я все понимаю, не нужно лишних слов.]
Твой Шань: [Когда я в последний раз был у парня, тоже не было места сесть~ ну~ хе-хе-хе (пингвин крутится)]
...Ладно.
Бесполезные попытки равносильны пустой трате времени.
В конце концов, Линь Шань умел хранить секреты, можно будет объяснить позже.
Се Цзяжань смирился, отложил телефон и начал готовиться ко сну.
Только закрыл глаза, как услышал снизу возглас Ли Тана:
— Брат Лян, что это у тебя на руке?
Лян Сунянь не понял:
— Что «что»?
— Вот это вот, — Ли Тан, вероятно, указывал пальцем, а затем хихикнул: — О, это маленькая клубничка! Ничего себе, братан, сколько тебе уже лет, а ты все еще играешь с такими девчачьими наклейками?
Сначала Се Цзяжань не понял, чему удивляется Ли Тан, но услышав ключевое слово «клубничка», его сердце екнуло.
Черт, он забыл предупредить Лян Суняня о том, что краска могла остаться на руке.
http://bllate.org/book/13070/1155027
