— Семья правителя — просто идиоты. — Анжелина опустилась на землю, всхлипывая. — И мы со своим преступным равнодушием ввергли всех в катастрофу, из которой нет выхода!
Она схватила перепуганного Хуан Цзинхуэя за руку и медленно подняла голову. В тусклом свете луны он с ужасом увидел, что лицо её уже наполовину покрыто перьями, — соловьиная шкура полностью проникла ей под кожу и слилась с её телом воедино.
Хуан Цзинхуэй перевёл дыхание и сказал дрогнувшим голосом:
— …Анжелина, что с тобой?
— А что со мной не так? — Анжелина прикрыла половину своего лица, превратившуюся в птичье, и со слезами в голосе горько заметила: — ...А это возмездие.
— Возмездие? — Хуан Цзинхуэй опешил.
— Я просто наблюдала за стороны гибель невиновной Памелы, просто смотрела на то, как палач сжёг ее, — дрожа от волнения, прошептала Анжелина. — Поэтому я проклята, как и эпитафия на её могильной плите. Вы хотите знать, почему было уничтожено Соловьиное государство?
На её лице отразилась непонятная печаль:
— Соловьиное государство разрушил его последний правитель, самый молодой — ему едва исполнилось двенадцать; Королевство Найтингейл было разрушено своим самым молодым королём — монархом, которому исполнилось всего одиннадцать; в него вселилось божество, и это божество дало ему силу уничтожить собственными руками собственное государство.
— ...Он рассудил, — со слезами на глазах произнесла Анжелина дрожащим голосом, — что такое грязное и подлое место, как наше государство, и такие трусливые уроды, как её население, недостойны жить на этом свете.
— И он все разрушил, проявив настоящую жестокость.
***
А в это время во дворце Роз, в центральном зале.
Юный принц стоял с золотой короной на голове, и лунный свет падал на его прекрасное, но холодное лицо, придавая ему мертвенную бледность.
Он стоял посреди пышных белых роз, как когда-то там стоял Пьеро, но взгляд его был куда холоднее.
— Вы действительно многого не знаете, чужеземцы.
Молодой принц слегка усмехнулся и подошёл к Ю Жунъи. Его зелёные глаза уставились на Ю Жунъи. Внезапно он резко поднял правую руку и со всей силы ударил Ю Жунъи по шее скипетром, который держал в руке.
Ю Жунъи, приняв удар, опустился на одно колено и склонил голову. Его лицо побледнело, но сопротивляться он не стал.
— Анжелина сказала, ты изучаешь историю и прибыл сюда, чтобы узнать причины гибели Соловьиной страны, — тихо проговорил Ло Сы, поднимая лицо Ю Жунъи. На его лице появилась улыбка безумия. — Так расскажи мне, прекрасный и умный гость-чужеземец, — как собираешься ты описать историю, написанную мной.
— Правитель, разрушивший своё государство. — Ло Сы провёл рукой по лицу Ю Жунъи и негромко рассмеялся: — История разрушения страны её жрецом.
— Я слушаю тебя. Если мне понравится то, что ты скажешь, дарую тебе честь умереть целым.
Лунный свет окутывал юного принца и Ю Жунъи, задыхающегося от сдерживаемой боли, но не подававшего виду. Не сводя внимательных глаз с Ло Сы, он хрипло произнёс:
— Двести лет назад…
***
Двести лет назад, за три года до разрушения государств
Раскрасневшаяся Памела, прислонившись к оконной раме, смотрела на письмо Анжелины. В нём был безыскусно нарисованное изображение переплетения мужских и женских фигур, и подпись:
«Попробуй это, вдруг пригодится этому неспособному принцу!»
Анжелине всего-то пятнадцать-шестнадцать — почему у неё в голове вся эта ерунда? Откуда, чёрт возьми, она всё это взяла?!
Какая-то сложная поза! Да получится ли у неё так изогнуться?
— Памела! — донёсся сзади сердитый мужской голос.
Памела в панике отложила письмо, встала. Когда она увидела вошедшего, улыбка сбежала с её лица. Она вежливо приподняла юбку и поклонилась:
— Ваше высочество.
— Памела! — Жирное лицо принца излучало гнев, он яростно швырнул в лицо Памелы газету: — Почему это кто-то тут пишет, что я не могу сделать тебя беременной?! Это ты, ты всем это рассказываешь!
Памела отвернулась, но не смогла скрыть своё вспыхнувшее лицо. Она нервно взяла в руки газету.
«Секретный отчёт! Принцесса не может забеременеть; возможно, это связано с проблемами с принцем!
...Из секретных источников редакции стало известно, что семья правителя собирает тайные рецепты, как ускорить наступление беременности. Но пока, похоже, для нашей принцессы нет хороших новостей...
О боже, наш принц, как оказалось, на это неспособен, позор мужчинам Соловьиного государства в его лице!»
Было очевидно, что это просто очередной бред уличного таблоида, сам редактор просмотрел его и теперь сокрушался, как это попало принцу на глаза.
— Ваше высочество. — Памела глубоко вздохнула, обдумывая слова: — Судя по тому, что они тут пишут, может быть, король искал тайные рецепты, а они об этом узнали…
Тут Принц заметил, что Памела пытается что-то загородить своей спиной. Он прищурился и протянул руку:
— Что это ты прячешь? Давай сюда!
Кровь отхлынула от лица Памелы, ставшего внезапно белым.
— Ах
Принц залепил Памеле пощёчину, так, что она упала. Его жирное лицо пошло красными пятнами, обвислая кожа тряслась:
— Сука! И ещё говоришь, что не ты это всем раззвонила! Да как ты посмела написать этой ничтожной простолюдинке и рассказать ей обо всём, обо мне!
Памела, прикрыв лицо руками, слабо пыталась защищаться:
— ...Ваше Высочество, она моя очень хорошая подруга, она никогда не будет никому рассказывать о вас и ваших делах ...
Он пнул её ногой:
— Вот тебе ещё — не смей сваливать вину на семью правителя! Похоже, придётся преподать урок тебе и твоей низкорожденной сестричке, вперёд будете знать!
Разъярённый принц схватил Памелу за волосы, так, что у неё слёзы выступили на глазах. Но даже сморщившись от боли, её лицо оставалось пленительно прекрасным. Вся в слезах, она тихо шептала:
— Пожалуйста, не надо...
— Пожалуйста, не наказывай мою сестру, накажи меня.
Ярость принца внезапно сменилась каким-то другим порывом. Он грубо схватил Памелу и прижал её к окну.
— Так принимай наказание, — похотливо хохотнул он, — моя королева.
***
Ничего не отразилось на бесстрастном лице Памелы. Её блузка была расстёгнута, и она тихонько наклонилась, отвернувшись к окну, чтобы привести себя в порядок. Она знала, что принцу это кажется привлекательным.
Её красота выполняла свою функцию — обеспечивала безбедную жизнь для её семьи, уберегало сестру от бед. Всё это было не слишком приятно, но, к счастью, длилось недолго: она даже до ста не успевала про себя сосчитать, как всё уже было кончено.
Немного поодаль принц с удовлетворённым, довольным выражением лица поправлял на себе одежду. Он бросил взгляд на Памелу и почувствовал некоторое сочувствие к этой женщине, только что проявившую такую послушную покорность. Он с таинственным видом прошептал:
— Моя королева, у меня есть хорошая новость для тебя. Отец нашел-таки тайный способ, который поможет тебе забеременеть маленьким принцем.
— Правда? — кротко ответила Памела, застёгивая пуговицы. На щеке у неё алел след от пятерни принца.
Она тихо сказала:
— Спасибо Его Величеству и Вашему Высочеству за такой подарок.
— Этот способ точно сработает! — Принц, в отличие от бесстрастной Памелы, выражал полный восторг: — Это дар жреца!
Памела подняла глаза:
— Дар от жреца?
— Наш священник услышал шёпот богов с небес! — Принц взволнованно ходил по комнате: — На самом деле! Шёпот богов!
— Боги, о да! Они называют себя жрецами! Они говорят, что мы всего лишь один из тысяч миров и тысяч планет; но раз нам посчастливилось услышать их шёпот, они решили прийти в наш мир, чтобы благословить и защитить нас!
Странный свет вспыхнул в глазах принца:
— Они обладают высшей силой, но у них нет тел. Тот человек, которого они выберут, получит их власть и силу и станет их посланником в мире!
Памела молча слушала.
Семья правителя Соловьиного государства была просто одержима идеей жреческого служения богам. Знать, обладавшая всей возможной властью, всеми привилегиями, у которых было всё и вся полнота власти над людьми, — жаждала ещё и божественного могущества.
Особенно же сам правитель и его сын — они раз в три дня устраивали в саду пиры с богословскими застольными беседами.
— Мы попросили у этих жрецов совета, как тебе забеременеть, — сказал принц, глядя на Памелу, и улыбка на его лице стала странной, почти безумной. Он что-то недоговаривал: — Они рассказали нам, как ты можешь забеременеть.
— Как способ? — тихо спросила Памела.
— Королевский род можно продолжить с помощью крови! — Принц дрожал от возбуждения, он схватил Памелу своими жирными руками. — Сегодня ночью, именно сегодня, один из этих богов войдёт в тело самого своего преданного приверженца — то есть в моё тело!
Рука Памелы, которую он держал, слегка дрогнула. Принц этого не заметил. Он продолжил говорить с восторгом:
— Этот жрец способен постоянно генерировать свежую кровь и использовать её, чтобы контролировать других людей! Невероятная, сверхъестественная способность! Человек, который выпьет его кровь, станет выразителем его воли, марионеткой в его руках. Как только я получу эту его способность….
Тяжело дыша, принц, с налитыми кровью глазами смотрел на Памелу:
— И тогда женщина сможет зачать мне ребёнка!
Памела улыбнулась бледно и неохотно:
— Это замечательно.
http://bllate.org/book/13024/1148144
