Хен Гьюджин бросил свой пиджак на стул, а затем закатал рукава и отошел в ванную. Каждый его визит к другу с самого детства сопровождался приятным мыльной отдушкой, исходящего от Ювона. Тот же самый запах стоял и в его ванной.
Парень достал чистое полотенце, промокнул его в теплой воде, отжал и вернулся в комнату. Войдя, он увидел Ювона, обнимающего крепко подушку.
— Чон Ювон, ляг нормально.
Гьюджин решил, что сначала нужно сменить одежду на более тонкую. И для этого ему нужно снять свитер друга.
Ювон носил что-то под толстым свитером, поэтому парень приподнял край чужой одежды, но сразу же отпрянул, когда увидел его голый живот. Кажется, это будет сложнее, чем кажется. Пусть они и знакомы всю жизнь и были близки, есть личные границы, которые нужно уважать.
После того, как парень протер потные руки друга, он закатил свободные пижамные штаны возле щиколоток, прошелся полотенцем и по длинным голеням. Теперь Гьюджин не знал, что делать дальше. Раньше, когда они были младше, он часто спокойно поднимал одежду друга и протирал его живот и другие места, но сейчас он просто не мог. Поэтому Гьюджин замешкался.
Покрасневшая кожа Ювона тревожила его, поэтому он отложил полотенце. В этот момент глаза юноши медленно открылись, и их взгляды встретились.
— Опять…
— Что?
— Вот опять так…
— Что такое?
— Ты…
— Я?
— Почему ты каждый день мне снишься?
Хен Гьюджин едва мог понять невнятный бред друга, однако он все же понял, что тот частенько видел его во снах. Он взял Ювона за запястье, чтобы утешить.
— Я тебе снюсь?
— Я не думаю о тебе… просто ты… появляешься…
Он продолжал что-то бормотать в горячке, все его слова превращались в бессмысленное. Такое бывало и раньше. Гьюджин уже привык. Однако именно сегодня слова Чон Ювона зацепили его внимание.
— Ты видишь меня во сне? Любой каприз за ваши деньги.
Гьюджин сидел на краю кровати и озорным жесток коснулся чужой мягкой щеки. Ювон же ответил на это, снова будто говоря с самим собой.
— Тогда ты бы разбогател… получать деньги каждый день…
— Каждый день? Даже так? И что я там делаю каждый день?
— Ты просто… трогаешь…
— Трогаю? Что я трогаю?
— Мое лицо…
— Оу. твое лицо…
— Мою шею, руки…
Парень пришел в изумление, когда узнал, что довольно далеко зашел в его снах. Ладно лицо, руки и шея, и в реальной жизни они соприкасались. Но не просто соприкасались, а он сам его трогал, еще и не раз… Странно.
— И мою талию…
— Талию?
А вот это уже очень странно. Гьюджин, бывало, в шутку мог коснуться лица Ювона, пощекотать его или невинно тыкнуть, иногда они касались друг друга, когда вместе спали, не более. Это было в порядке вещей между ними. Но трогать талию? Талия… неясно было, зачем ему вообще это делать. Заключением, когда Ювон мог упасть, он мог удержать его таким способом на месте. Самая идея трогать друга за талию по иной причине казалось ему очень странной.
— Но ты продолжаешь трогать меня под одеждой…
— Что?
Как только Гьюджин хотел переспросить его и узнать больше о том, что он только что услышал, послышался дверной звонок. Парень встал с кровати и вышел из комнаты. Открыв дверь, он увидел свою маму с термосом.
— Как Ювон?
— Кажется, ему очень плохо, судя по звукам.
— Такое нормально при высоком даре. Бедный мальчик! Нужно его срочно покормить.
Мама Гьюджина прошла на кухню и налила горячий свежеприготовленный суп из морепродуктов в глубокую тарелку. Ювон обожал этот суп в исполнении мамы Гьюджина, он его ел всегда, даже если у него не было аппетита, и он был болен. И женщине было одно удовольствие готовить блюдо для парня, который стал е почти вторым сыном.
Мама Гьюджина прошла к комнату к Ювону вместе с ячменным чаем идеальной температуры на подставке.
— Ювон, тетушка пришла.
— Тетушка…
— Бедный наш Ювон!
Женщина поставила тарелку на стол и присела на кровать, помогая юноше сесть.
— Я приготовила для тебя супик. Поешь обязательно и прими таблетки. И пей много воды.
— Спасибо тетушка.
— Ювон, питайся хорошо и быстрее поправляйся. ладно?
— Да…
Чон Ювон подул на ложку горячего супа и попробовал его. Еуму совершенно не хотелось есть, но запах его любимого ароматного супа заставил его желудок немного заурчать.
— Как тебе? Вкусно? — спросила с улыбкой женщина.
— Да, очень вкусно, тетушка.
— Вот и славно, дорогой. Ты с мамой связался?
— У родителей сегодня очень занятой день, поэтому я им не сказал. Да и не все так серьезно.
Женщина обеспокоенно наблюдала за ним. Единственное, что ее сейчас радовало, — Чон Ювон наконец-то ест! А Гьюджин думал о тех словах, которые друг сказал ему недавно. Слова про те касания, пусть и во сне, про талию, шею, руки, даже что-то под одеждой.
Слова парня всплывали в его голове снова и снова.
«Что за сны видит Чон Ювон? И что я такое в них вытворяю?» — думал про себя Гьюджин.
— Ювон.
Все-таки он сказал это в бреду от температуры, не нужно принимать эти слова близко к сердцу. Просто раньше они никогда не говорили о таком, поэтому Гьюджина это немного выбило из колеи. Это классно поделиться чем-то смешным, что ты видел во сне, но рассказать о интимных, по мнению Гьюджина, вещах — это иное дело.
— Гьюджин, иди домой и поужинай. Я побуду пока тут.
— Нет, тетушка, — прервал женщину Ювон, — Возвращайтесь тоже домой и поешьте. Со мной ничего не случится, я сам поем и отдохну. Мама с папой придут ночью.
— Да как же ты один будешь, когда болеешь?
— Если мне станет хуже, то я вам скажу.
Мама парня хотела остаться, но решила понимающе кивнуть. Он все еще ей казался ребенком, однако реальность такова, что мальчик уже вырос. Женщина решила согласиться со словами Чон Ювона и проявить уважение к его выбору.
— Станет хуже – не терпи все в одиночку. Сразу же сообщи тете или мне, хорошо? — строго спросил Гьюджин. — Если не можешь говорить, то просто позвони. Я сразу приду.
— Хорошо, так и сделаю.
Слабо улыбнувшись, юноша кивнул матери Гьюджина, которая с любовью взъерошила его волосы и поднялась с кровати. Женщина похлопала сына по плечу и собралась выйти:
— Пойдем домой. Пусть Ювон отдыхает?
— Оставить его одного? — ошеломленно спросил парень. совершенно забывшись в собственных мыслях и пропустив все мимо ушей.
— Дай ему отдохнуть одному. Он позвонит, если нужна будет помощь.
— Да не позвонит он. Ты еще не в курсе, мам, какой он упертый? Я его знаю.
— Он просто очень добрый парень. Пусть спокойно наберется сил. Я еще проверю его потом.
— Подожди, я ему кое-что должен сказать.
— Чего ты там собрался больному человеку говорить? Потом скажешь. завтра.
Хен Гьюджин безумно хотел узнать, почему он во сне делал с ним подобные вещи. Но он ничего не смог ответить на вопрос мамы и просто решил оставить все как есть. Он надел кроссовки и вышел из квартиры. Пока ему нужно побыть с самим собой, а потом он придумает очередную причину, чтобы прийти к Ювону.
***
Ювон снова видел сон. Из-за боли он не мог и пальцем пошевелить, но Гьюджину из его сна было все равно. Парень в его сне был таким… таким беззаботным. Он касался его везде, где вздумается, даже, наверно, больше, чем обычно. И делал он это так свободно, будто это было обычным делом.
Неверно будет сказать, что он уже привык, но Ювон, один и тот же сон, который сниться каждый божий день и не один раз за ночь, уже не очень-то и удивлялся, когда видел перед собой нависающего над ним друга. Он не противился, скорее ему было даже любопытно, какой следующий шаг предпримет Хен Гьюджин из сна. То, что никогда не случилось бы в реальности.
С мыслями о том, что во снах нет ничего зазорного, чувство вины и стыда угасли, уступая нарастающему интересу.
http://bllate.org/book/13023/1147992
