Его поза была обычной. Если проигнорировать грязную одежду, его красивый расслабленный вид напоминал избалованного маленького принца. Друг, который вел машину, пару раз покосился на него и, не сдержавшись, прошептал Линь Ханьяну:
— Что ты вообще творишь? Задействуешь все силы просто, чтобы найти какого-то парня?
Линь Ханьян быстро остановил его с очень серьезным выражением лица.
— Не говори так, он определенно настоящий мастер!
Друг: «…»
Этот парень всегда руководствовался логикой, а теперь вот так просто сошел с ума?
Фамильный дом семьи Линь находился на окраине города и был довольно старым зданием. Даже после нескольких обновлений в нем все равно можно было заметить следы времени. Здесь вырос Линь Ханьян. После того как его компания разрослась, и он перевез свою семью в Пекин, дом пустовал. Однако сегодня на обычно унылом переднем дворе было оживленно.
Во дворе стоял полный набор инструментов для благовоний, бумажные деньги и слитки, а гостиная была заполнена именитыми мастерами. Старшая госпожа Линь ухаживала за ними, а госпожа Линь часто косилась на дверь в ожидании и тревоге.
Семью Линь можно было считать зажиточной и влиятельной в городе Фэнъян. Мастера, которых они пригласили, не были обычными людьми. Методы, которые они практиковали, были странными и необычными, но они все были одинаково умелыми, горделивыми и отстраненными. Когда они обсуждали методы экзорцизма с другими приглашенными гостями, они насмехались над силой своих оппонентов и смотрели на них свысока. То, что семья Линь несколько раз откладывала банкет, увеличивало недовольство некоторых из них.
Один из старых мастеров, обладающий печальным лицом и аурой божественности и держащий компас в одной руке, посмотрел на часы.
— Благоприятный час настал, отчего глава семьи медлит?
Рядом с ним рассмеялась колдунья, довольно знаменитая в городе Фэнъян:
— Я слышала, что старшая госпожа Линь также пригласила очень известного духовного мастера из Пекина. Может, мы ждем его?
— Из Пекина? — мгновенно переспросил кто-то. — Это же человек из семьи Лу, да?
— Определенно, — кивнула колдунья. — Он не только из семьи Лу, но, я слышала, он также потомок по основной линии.
Эта новость шокировала тех, кто прежде не показывал ни доли заинтересованности. После этого разговор тут же перетек от обсуждения различных практик к сплетням. Город Фэнъян находился на юге и был отделен от столицы тысячами километров. Практики из города слышали много слухов о мастерах из столицы, и уж тем более — о знаменитых талантливых мастерах из семьи Лу.
Хоть они и были в почете у местных жителей, им было далеко до уровня семьи Лу.
— На этот раз семья Лу действительно вовлечена, — вздохнули они.
Тем не менее восхищение никуда не делось. Они предвкушали встречу с человеком издалека и возможность практики бок о бок с ним. Поэтому, когда со стороны входа раздался шум, их головы тут же повернулись в сторону звука.
Глава семьи Линь, усердно льстящий им в последнее время, прошел через дверь с редкой улыбкой на спокойном лице. Он старательно объяснял что-то человеку позади себя, а затем протянул руку в пригласительном жесте. Старшая госпожа и госпожа Линь также прошли вперед, чтобы поприветствовать их с удивлением и удовлетворением на лице. Толпа, наконец, расступилась, и в центре предстал…
Одетый в лохмотья молодой человек?
За ним следовала еще более странная фигура. Лохматые волосы и неопрятная щетина, бамбуковая корзина высотой с него самого — он слабо походил на человека.
Вся группа была шокирована. Однако, подумав, они поняли, что это не так уж и невероятно. В конце концов это была известная семья Лу. Хоть его одежда и была старой и грязной, его лицо было необычайно красивым. Каждый его шаг был полон грациозности, свойственной лебедю. Его напарник был очень неуклюжим, но сильным и здоровым. Окруженный оживленной толпой, он сохранял угрюмое и серьезное выражение лица, не показывая и намека на достаток и престиж семьи Лу.
«Это все-таки необычно» — молчаливо согласились все, кивая головой.
Линь Ханьян уважительно сказал:
— Мастера, это мое скромное жилище. У входа есть ступеньки, пожалуйста, осторожнее.
Как только Вэй Си прошел через дверь, он почувствовал мрачный холодок, резко контрастирующий с напоминающим сауну жаром снаружи. Такая прохлада не была связана с высокими потолками или плиткой на стене. Затем он почти тут же переместил фокус своего внимания на дверь в комнату неподалеку.
Ему в нос ударил аромат еды, исходящий не только от стола впереди.
— Отлично, — сказал он, радостно кивая.
Слезы выступили на глазах госпожи Линь, как только она увидела Вэй Си и благодарила его снова и снова. Хоть старшая госпожа Линь не совсем понимала, что произошло, она, вспоминая рассказы невестки, не смела не уделять внимание этому неожиданно молодому мастеру и была очень обходительной.
После потока благодарностей госпожа Линь вытерла слезы и обратилась к экономкам:
— Тетушка Ван, тетушка Ли, принесите красное вино, которое я привезла домой в прошлый раз. Готовьтесь подавать еду!
Старшая госпожа Линь была немного шокирована.
— Но господин Лу и другие еще не прибыли…
— Мы не будем ждать, не будем.
На этот раз у пары Линь не было свободного времени для какой-то там семьи Лу. Все их внимание было сосредоточено на Вэй Си.
— Мастер Вэй, проходите сюда, пожалуйста.
Вэй Си посмотрел на дверь, от которой исходила плотная энергия инь, медленно входя в комнату со своим рассеянным учеником. Он скользнул по комнате глазами и обнаружил, что жители этого города действительно жили в такой роскоши, которую он никогда не видел. Пол был идеально чистым, мебель — аккуратно расставлена, с потолка свисала люстра с веревочками, напоминавшими заледенелый виноград. Он никогда не видел ничего из этого.
Его мысли были заняты всем этим, пока он не повернулся налево.
Чернильно-черный инструмент висел на стене сбоку. Сам по себе он не казался интересным, но вот что было удивительным, так это звуки говорящих людей, исходившие изнутри!
Экран показывал дружелюбное лицо женщины средних лет.
— Первое октября — день образования Китайской Народной Республики. Количество туристов сильно возрастает. Этот канал хочет посоветовать всем туристам ставить на первое место свою безопасность. Сегодня знаменитая достопримечательность нашего города, гора Фэнъян, увидела леденящее душу…
Там внутри был человек!
Тело Вэй Си вздрогнуло. Он замер и протянул руку, чтобы исследовать предмет.
Кто же знал, что как только его палец приблизится к нему, он почувствует острую боль, а его рука онемеет. Его запястье болело, словно его укусило агрессивное ядовитое животное. Он быстро отстранился.
«Он посмел атаковать меня!»
Одним ударом он оторвал угол таинственного объекта!
Женщина, говорившая на его поверхности, тут же исчезла, и было непонятно, куда она спряталась.
Вэй Си потер укушенные кончики пальцев и обнаружил, что он не отравлен, но по-прежнему злился. Помимо гнева, он также чувствовал недоумение. Почему люди за пределами горы были такие неблагоразумные?
Сзади раздался мягкий голос госпожи Линь, зовущий его.
— Мастер, почему бы вам не присесть? Почему вы стоите там в одиночестве?
Вэй Си обернулся и покосился на нее, а затем отодвинулся назад к предмету, который только что сломал. На мгновение он растерялся, не зная, как скрыть свой поступок, а затем инстинктивно положил уголок, который держал в руке, себе в рот.
Его посетило чувство дежавю — пресный и безвкусный. Мерзость.
Вэй Си с отвращением фыркнул на этот бесполезный и очень неприятный на вкус предмет.
Отозвав других людей, госпожа Линь прошла на кухню, чтобы самой вынести блюда. Проходя мимо другой комнаты, она остановилась.
Сделав пару шагов в ее сторону, она похлопала по телевизору на стене.
— Интересно, почему он вдруг выключился?
Внимательно осмотрев его еще раз, она вдруг застыла, а затем начала в панике озираться.
«Почему у него нет уголка?! Это же Panasonic. Что за дерьмовое качество!»
Автору есть что сказать:
Panasonic :D
http://bllate.org/book/13020/1147460
