«Что же его высочество мог иметь в виду?», — Дан Юха размышлял над своим разговором с Син Рювоном, слегка надув щёки.
Поскольку Рювон сказал, что пришёл специально, чтобы встретиться с ним, это, вероятно, это было что-то связанное с ним. Скорее всего, дело было в снотворном аромате. В конце концов, даже в недавнем письме упоминалось, что эффект немного уменьшился по сравнению с началом его использования.
Если не это, то, возможно, была какая-то проблема с процессом назначения его эксклюзивным парфюмером.
Мысль, промелькнувшая в его голове, заставила его маленькие губы плотно сжаться. Чтобы отогнать своё беспокойство, Дан Юха сидел, болтая ногами. Но ситуация не благоприятствовала тому, чтобы развеять его сомнения.
Всё потому, что Син Рювон ушёл с Хёк Реа на встречу с Хон Хэхвой, а Мун Сэвон был занят уборкой павильона Хонхва, который освободили О Дугён и его свита. Среди суеты людей, бегающих туда-сюда по приказу Сэвона, бездельничал только Юха.
Дан Юха, скучая, поводил глазами очередную группу и начал беспокойно ёрзать на месте. Он думал, что лучше помочь остальным, но Мун Сэвон настаивал, чтобы он оставался неподвижным, говоря, что ему нужен абсолютный отдых. Каждый раз, когда он пытался хоть немного пошевелиться, Мун Сэвон впадал в панику, оставляя Юхе без шанса, кроме как тихо сидеть и наблюдать.
С тем, как помощник принца относился к нему так внимательно, даже привлечённые для помощи рабочие из клана не могли вымолвить ни единой жалобы. Казалось, они, как и лечивший его врач, осознали, насколько изменился статус Юхи.
— Фух…
Чувствуя тяжесть от бросаемых на него косых взглядов рабочих, Дан Юха нервно теребил повязку на своей правой руке. Волнение от воссоединения с третьим принцем утихло, оставив после себя странное беспокойство
Чтобы подавить неумолимый быстры бег сердца, он крепко прикусил губу. К это времени оно должно было успокоиться, но его сердце продолжало биться не в такт. Это было одновременно захватывающе и странно нервирующе.
«Что это за чувство?»
С тех пор, как он воссоединился с Син Рювоном, эта странная эмоция постоянно мучила его. Его светло-розовые глаза потемнели, пока он пытался понять причину своего странного состояния.
Как раз в этот момент Джу Чону подкрался к нему сзади, как кошка, и внезапно крепко обнял.
— Юха!
«..!»
— Чону?
Испуганный неожиданным объятием, Дан Юха выпрямил спину, но знакомый запах сливовых цветов вскоре заставил его расслабиться.
— Ты напугал меня! Я чуть не подпрыгнул!
— Хе-хе.
Джу Чону лишь озорно рассмеялся, уперев подбородок в округлое плечо Юхи, несмотря на упрёк.
— Когда ты пришёл?
— Только что. Я всё слышал — похоже, у тебя сегодня был тяжёлый день? Этот проклятый принц… Я всегда знал, что он когда-нибудь создаст проблемы.
Джу Чону ругал О Дугёна, смотря на Дан Юху с беспокойством. Как только он услышал новость от сестры, он помчался в павильон Хонхва, смешавшись со слугами, несшими ингредиенты.
— С твоей рукой всё в порядке?
— Да, я сразу же обработал её.
— Но если её забинтовали, разве это не значит, что всё серьёзно?
— Это… Ну, придворный лекарь немного перестарался из-за его высочества, — Дан Юха неловко помахал забинтованной правой рукой, смеясь.
Лекарь замотал её так усердно, что это выглядело гораздо хуже, чем было на самом деле, словно он получил серьёзную травму.
— Правда?
— Я в порядке, правда.
— Слава богу… — Джу Чону наконец с облегчением вздохнул, хотя всё ещё казался не до конца убеждённым.
— Что здесь происходит? Кто это, и почему он с нашим парфюмером?..
В этот момент Мун Сэвон, заметивший Джу Чону рядом с Дан Юхой, приблизился к ним двоим. Его выражение выражало настороженность, пока он тщательно изучал Чону.
— О, здравствуйте! Я Джу Чону. Я друг Юхи, — Чону быстро встал и поприветствовал его дружелюбной улыбкой.
— Друг? — настороженно переспросил Мун Сэвон.
— Да, я даже ранее поприветствовал госпожу Ким. Когда я услышал, что Юха ранен, я пришёл проведать его.
— Кхм. Я понимаю ваше беспокойство, но вы не должны входить без разрешения. Это место, где проживает его высочество…
— Я не пробирался сюда тайком. Я просто помогал остальным принести ингредиенты, — Джу Чону уверенно ответил, словно говоря, что он не сделал ничего плохого.
— …Понятно, — Мун Сэвон, дважды прерванный, закрыл рот с неохотным выражением. Увидев, что Дан Юха ничего не отрицает, он, казалось, поверил, что они действительно дружны.
— Ну, моя невиновность доказана, не так ли? Могу я немного поговорить с Юхой, прежде чем вернуться домой? — спросил Джу Чону и продолжил говорить только тогда, когда Мун Сэвон отошёл от них: — …О боже. Я думал, меня вышвырнут.
Джу Чону рухнул на землю, он уже не скрывал напряжение после того, как ошеломлённый его смелостью Мун Сэвон развернулся и ушёл. Хотя ещё момент назад он назад ярко улыбался, оказывается, тайно он трясся внутри от страха.
— Я слышал, люди говорят, что он очень строгий, так что я волновался… но он мягче, чем я ожидал, — вдруг заметил Джу Чону.
— Помощник Мун? — при испуганном бормотании друга Дан Юха наклонил голову и растерянно переспросил, словно услышав что-то непонятное.
— Что? Ты разве не знал? В прошлый раз, когда я приходил сюда, он был известен тем, что выстраивал вокруг себя непроницаемую стену, когда кто-то проявлял к нему интерес. Мало того, он почти ежедневно резко критикует вождя клана, говоря, что её работа неудовлетворительна.
— Правда?
— Ага. Что бы он ни делал, кажется, за ним следуют ледяные ветра. Даже тётя Чон Рён ругала его, называя хладнокровным человеком, который не истечёт кровью, даже если его ткнуть иголкой. Ах, и, видимо, он был резок и с Хон Джуяк.
— А? Но помощник Мун кажется таким весёлым и игривым человеком…
— Правда? Странно, — Джу Чону скрестил руки на груди, наклонив голову в замешательстве. Истории, которые он слышал, и оценка, данная Дан Юхой в адрес Муна Сэвона были совершенно разными, оставляя его в недоумении.
— Ты точно уверен, что мы говорим об одном и том же человеке? Смотри. Он и сейчас ругает тётю Чон Рён, — заметил Джу Чону.
— Э-э…
Повернувшись взглянуть в направлении, куда указывал Джу Чону, Дан Юха наблюдал, как Мун Сэвон отдаёт какие-то указания Чон Рён со странным взглядом. Возможно, из-за слов Чону, теперь Дан Юхе действительно казалось, что отношение Мун Сэвона к другим отличалось от того, как он обращался с ним. Мун Сэвон вообще не улыбался, имея дело с другими людьми.
— Хм. Судя по твоей реакции, похоже, помощник Мун хорошо к тебе относится, — сделал выводы Джу Чону.
— Да, очень хорошо, — подтвердил Дан Юха.
— Тогда это же хорошо, разве нет? Может, он просто из тех, кто добр только к своим, — Джу Чону быстро потерял интерес к Муну Сэвону и перевёл внимание обратно на Дан Юху с необычно серьёзным выражением. — Эй, мне нужно тебе кое-что сказать.
— Хм?
Дан Юха почувствовал тревогу при серьёзном обращении к нему друга, столь отличном от его обычного жизнерадостного «я».
— Подойди ближе…
Несмотря на то, что вокруг никого не было, Джу Чону схватил Дан Юху за плечо и притянул ближе, словно боясь, что их могут подслушать. Затем, приглушённым голосом, он прошептал:
— Я собираюсь уйти из дома.
— …Что?! — глаза Дан Юхи сделались круглыми от шока при неожиданном заявлении друга. — Ты сбегаешь из дома?
— Не сбегаю — ухожу из дома! Я недавно прошёл церемонию совершеннолетия… Думаю, пришло время покинуть родительскую опеку.
— …Почему?
— А ты как думаешь?! Если я останусь здесь дольше, меня втянут в нежеланный брак! — Джу Чону повысил голос от волнения, затем быстро понизил его, словно опомнившись. — Ты знаешь, сколько свиданий с претендентами у меня было за последние несколько месяцев? Только сегодня утром — три! Посмотри — несмотря на ванну и смену одежды, запах благовоний со встреч до сих пор на мне. Всё это благодаря вождю клана.
— Ах…
— Хуже всего то, что на этот раз мои родители на её стороне! Не хочу этого говорить, но в последнее время я начинаю понимать, почему твои родители сделали тот выбор. Мои мама и папа настаивают, что это для моего же блага, но совершенно игнорируют мои желания. И не заставляй меня начинать говорить о вожде клана.
Скрежеща зубами от ярости, Джу Чону выложил обиды, которые копил месяцами. Одержимость вождя клана возрождением клана превратила его жизнь в хаотичный беспорядок.
— Если они оформят помолвку, пути назад уже не будет. Вот почему я решил уйти — встать на ноги, пока не поздно.
— Куда ты пойдёшь? У тебя есть план? Когда уезжаешь?
Осознав, что Джу Чону серьёзен, Дан Юха придвинулся ближе и прошептал свои вопросы.
— Сразу после Фестиваля фонарей. Ты знаешь, моя сестра раньше работала в торговом караване, ведущей дела с иностранными купцами, верно? Ну, сын главы каравана годами был в неё влюблён. Он написал мне рекомендательное письмо, чтобы присоединиться к ним. Поскольку я не могу позволить родителям узнать, я даже сделал поддельный идентификационный значок.
— Идентификационный значок? Если тебя поймают…
— Он не полностью поддельный. Скорее, это временный пропуск, выданный караваном. Иностранные купцы получают такие при въезде в страну. Сын главы каравана смог достать мне несколько таких.
— Так ты планируешь выдавать себя за иностранца?
— Это самый простой способ, разве нет? У иностранцев самые разные черты — у некоторых даже чёрные волосы, как у нас. Сестра также предложила такой вариант, считая, что притворяться иностранцем будет легче, чем пытаться использовать зелье для сокрытия цвета глаз.
— Логично. Но ты не знаешь иностранных языков.
— Эй, лучше признай мои заслуги! Я могу справиться с основными приветствиями. И я всегда могу выучить его позже.
— Хм.
Дан Юха не мог скрыть своего удивления от того, насколько тщательно Джу Чону подготовил свой план. Когда он всё это успел?
— Прости, что вывалил это всё на тебя. Я хотел обсудить с тобой в ближайшее время, но мы оба были так занята все эти дни. Так что в итоге я советовался только с сестрой. К счастью, она на моей стороне.
Видя, как выражение лица Дан Юхи мрачнее, Джу Чону неловко почесал затылок и начал объясняться, словно пытаясь оправдать свои действия. Он беспокоился, что друг может почувствовать себя обиженным или покинутым им.
http://bllate.org/book/13003/1145905
