Вань И, глядя им в удаляющиеся спины, глубоко задумалась:
— Как же выбрать?
Голосование и оглашение результатов не шли друг за другом, между ними существовал разрыв в полдня. Существовал риск, что за эти полдня с кандидатами может произойти что-нибудь непредвиденное.
Чэнь Цзянбэй бросил Вэнь Буюй:
— Иди к Ли Шоучжану. Пусть продолжает подмешивать яд, чтобы предотвратить другие переменные..
Та кивнула.
В любом случае братья Ли должны умереть.
Так выбор сократится до Су Эра и Ли Шоучжана.
Вань И добавила:
— Пройдусь по улицам. Проверю, не появились ли новые сильные кандидаты.
***
В тёмном переулке воздух застоялся, пропитанный сыростью и гнилью.
Су Эр, прислонившись к стене, чтобы передохнуть, разглядывал красные листы в ладони:
— Вероятно, даже в шкатулке хранить их небезопасно.
Цзи Хан кивнул:
— Иньская энергия усилилась. По крайней мере в несколько раз сильнее вчерашнего.
Иными словами, с наступлением темноты Су Эр станет живой мишенью.
Тот, однако, казался поглощённым иной идеей:
— Сначала узнаем о Чжоу Линьцзюне.
Цзи Хан не возражал.
Перед этим Су Эр написал очередной доклад об своём опыте «покаяния», как и обещал ранее. Под этим предлогом они навестили дом начальника стражи.
— Неплохо, — начальник стражи был вполне удовлетворён, пробежав глазами напыщенный текст.
— Честно говоря, вчера на кладбище я о многом задумался, — Су Эр намеренно снизил голос. — Жители слишком мягки. Хоронили даже таких.
Начальник стражи скривился с отвращением:
— Их действительно следует стереть в порошок.
Су Эр опустил взгляд, затем внезапно спросил:
— А вы слышали о Чжоу Линьцзюне?
Глаза начальника стражи внезапно сузились:
— Почему вдруг такой вопрос?
— Хочу вынести урок для потомков. — Су Эр сохранял спокойствие. — На всех остальных надгробиях преступления описаны очень подробно, но лишь в его случае было лишь единственное слово «кража».
Чувствуя, что собеседник не настроен на ответ, он льстиво подчеркнул:
— Вы же начальник стражи, я уверен, что вы знаете об этом.
Тот замер, затем тяжело вздохнул:
— Чжоу Линьцзюнь… тоже был начальником стражи.
Су Эр изобразил шок, переглянувшись с Цзи Ханом:
— Почему никто не говорит об этом?
— Он пробыл им всего три дня. — Начальник стражи стиснул зубы. — А потом его заподозрили в подтасовке голосов. Это произошло более десяти лет назад. После этого инцидента Чжоу Линьцзюнь был обезглавлен в родовом зале в наказание.
Су Эр неожиданно спросил:
— Остались ли у него живые члены семьи?
Цзи Хан слегка повернул голову. Вопрос выбивался из логики.
Начальник стражи кивнул:
— Его мать, уже совсем старая, живёт на окраине города. Съехала с ума от горя.
Су Эр тихо произнёс:
— Похоронить собственного ребёнка… Это нелегко пережить.
— Это она донесла на Чжоу Линьцзюня, — начальник стражи криво усмехнулся.
Су Эр было ошеломлён.
— Выборы проиграл человек, что ей в молодости нравился. Старуха была предвзята.
Возрастных ограничений для выдвижения на должность капитана стражи особо не было. Любой желающий от двадцати до семидесяти лет мог участвовать в выборах.
Су Эр вновь поразился местным «правилам». Его мировоззрение постоянно подвергалось испытаниям.
Когда он вышли из дома начальника стражи, как раз наступило время ужина. Цзи Хан спросил:
— Что будешь есть?
Ответа не последовало. Су Эр мельком заметил знакомую фигуру за углом. Вэнь Буюй, пойманная на слежке, подошла, смущённо бормоча, словно показывая, что она не подслушивая:
— Чэнь Цзянбэй и Вань И ещё не решили… — Она посмотрела на Су Эра и пообещала: — Но я проголосую за тебя. Не за Цзи Хана.
Она играла в азартную игру и решила рискнуть, надеясь заслужить его благосклонность. Однако Цзи Хан оставался безучастным.
Переведя тему, Вэнь Буюй неловко приподняла уголки рта и, сменив тему, спросила:
— Ты уже придумал, как пережить сегодняшнюю ночь?
Су Эр кивнул.
Цзи Хан с иронией предложил:
— Пойдёшь в комнату ведущего?
— Нет. — Тот покачал головой. Это было не лучшим местом для посещения. — Чжоу Линьцзюнь, даже став призраком, по-прежнему помешан на правилах.
Горожан постоянно замучивали до смерти, и после гибели они думали только о том, как с помощью ещё более строгих правил преследовать потомков. Ирония была в том, что именно эта одержимость и спасала город от истребления призраками.
— Помнишь, что выгравировано на надгробии Чжоу Линьцзюня? — спросил Су Эр с блестящими глазами.
Вэнь Буюй нахмурилась:
— Кража?
— Есть более важная информация… — Су Эр поднял голову и отчеканил, слово за словом: — Дата рождения.
На каждой плите этого хаотичного захоронения были выгравированы дата рождения и подробные преступления, совершённые при жизни человека.
Вэнь Буюй слушала всё внимательнее, но чем дальше, тем сильнее запутывалась в смысле сказанного.
Су Эр заключил:
— Я собираюсь заключить посмертный брак с Чжоу Линьцзюнем.
Воцарилась немая тишина.
Нарочито игнорируя ошеломлённые взгляды собеседников, юноша продолжил излагать свой замысел:
— Сначала найдём мать Чжоу Линьцзюня. Затем привлечём профессиональную сваху. Когда будет получено родительское благословение и оформлено официальное посредничество со стороны свахи, любая попытка убийства с его стороны станет вопиющим нарушением духовных законов.
Лицо Вэнь Буюй приобрело мертвенную бледность:
— Но… разве призрак согласится на такой союз?
Холодная усмешка скользнула по губам Су Эра:
— Ты когда-нибудь слышала, чтобы у покойников спрашивали разрешения на свадебные обряды? — Он повернулся к молчавшему до сих пор Цзи Хану, и тон его голоса смягчился: — Я плохо разбираюсь в нюансах посмертных браков. С твоим опытом и знаниями проведение ритуала под твоим руководством будет наиболее правильным и безопасным.
http://bllate.org/book/13001/1145660
